грудь, соски ладошками едва — едва тереблю, глажу нежный животик. В ответ пытается с пол — оборота целовать.
Только лезу к ремешку штанов.
— Крис… Не надо, пожалуйста, — молит, продолжая стоять, как поставил.
— Сколько раз ты уже была на пике? — Шепчу в ушко, продолжая возиться с ремнем.
— Много, и у меня там мокро, очень мокро, не надо.
— Надо, — говорю заведенный, расстёгивая ей штаны.
— Мне нельзя терять девственность, иначе не выйду замуж за него, — стонет, задыхаясь.
— За кого? — Спрашиваю ласково и спускаю, наконец, её штаны до колен, вполне достаточно. Ягодицы шикарной формы всколыхнулись упруго, уфф.
Передо мной просто охренительная задница в белых трусиках. Мясная, ляжки упругие, ничего не висит, хоть и с жирком.
— Я обещана сэру Берингу Шатуру... — скулит, пока я подцепляю пальцами резинку белья.
— А кто это? — Спрашиваю, спуская трусики. С большим мокрым пятном на середнике.
— Член правящей палаты Сотни из Градира, — отвечает прерывисто. — Крис, пожалуйста, прекрати меня мучить.
— Я и не начинал ещё, — шепчу и просовываю руку меж ягодиц. Ну — ка, где там моя мокрая киска.
Из — за крупных ягодиц, промежность очень глубоко посажено. И это особо волнительные ощущения. Добираюсь до горячих дырочек. Волосики на кисе есть, но не так много, зато поглубже сплошные слюни на нежных половых губах. Касаюсь едва, но палец так и засасывается.
— Не рви плево, нельзя, ааах, — стонет и содрогается от новой порции оргазма. Меж булок горячо. Ягодицы упираются в запястье. Какие же они большие... именно сами ягодицы для такого обычного телосложения.
— Не буду, раз ты любишь какого — то Беринга, — шепчу, лаская киску сверху. Какая же там нежная кожа.
— Не люблю, но обещана... — стонет, отклячивая зад и расставляя ляжки ещё шире. — Уууу...
Палец чуть глубже заходит, нащупываю сладкое местечко. Вскоре по вздохам, нахожу крохотный клиторок в вязкой жиже. Второй рукой хватаю за грудь и сжимаю колом стоящий сосок.
Инесса кончает, едва удерживаясь на ногах.
— Не мучь меня, Крис...
В таком положении легко можно устроить допрос. Хотя уже у самого член дымится.
— Почему Градир? — Спрашиваю, не в силах оставить без внимания.
Что там за педанты берут в жёны только девственниц?! У принцессы Ангелины один сорвался, и она брата своего угробила из — за какого — то брезгливого ублюдка оттуда. Кстати, Беринг Шатур, знакомое имя. Где — то уже слышал.
— Ааа, что?? — Переспрашивает девочка, явно теряя контроль, когда трогаю её «бусинку». Чуть отпускаю.
— Градир? Зачем тебе жених за восемьсот комье от дома? — Продолжаю пытать, лаская слюнявую киску, из которой течёт уже по ляжке.
— Как только сойдут снега с большого перевала, отец отправит меня в Градир, — заговорила быстро. — Остановись, пожалуйста, мне так стыдно...
— Почему именно туда? — Пытаю дальше, проводя уже ладошкой от киски до низа живота и назад. Как приятно ощущать большие ягодицы с обеих сторон от руки.
— Это город в вечно Белых землях, куда не смогут добраться вампиры, так отец говорит, — шепчет. — И ты... уходи, Левант может не выстоять в этот раз.
— Мне тоже нужно оставаться девственником, чтобы найти местную барышню с пропиской? — Подкалываю.
— Ты смеешься надо мной, — укоряет, и я снова начинаю теребить клиторок. — Не лишай меня, пожалуйста. Уууу!
Снова содрогнулась, а я не могу уже терпеть!
Убираю руку с груди и пробую одной расстегнуть штаны. А второй тереблю письку, чтоб не опомнилась.
— Не делай этого, отец меня убьёт, — скулит, как сука, и начинает покачивать задницей из стороны в сторону.
От этого ещё больше хочется ей всадить.
— Хочу тебя, не могу, — шепчу и вываливаю наружу член, что уже колом, с головки сразу потянулась смачная слюна. Твою ж мать, на штанину попало.
— Позволь мне попу тогда, — предлагаю альтернативу в нетерпении.
— Как же стыдно, — шепчет. — Я подглядывала, как это делал отец со служанкой, ей не очень нравилось... Она орала истошно, наверное, это очень больно.
— Когда любишь, не больно, — уговариваю, как дебилку. — Давай я попробую пальчиком, он тоненький. После скажешь, как ощущения.
Замирает таз.
— Только пальчиком, — соглашается с придыханием.
Ты моя хорошая...
Руку увожу с груди ниже к нежному животику, и она принимает эстафету, начиная ласкать зону клитора. А другой веду у анусу, затаив дыхание и предвкушая.
Из — за крупных, выпуклых ягодиц, отверстия и не видно, очень глубоко посажено. В нежной коже средним пальцем нащупываю твёрдое сжатое кольцо. Остальные упираются в ягодицы, приподнимая чуть обе.
Горячий анус пульсирует, но не хочет пускать так просто.
— Это безумие, — слышу шёпот. И веду палец обратно, чтобы обмакнуть его в смазке побольше. Веду к сфинктеру назад, мажу. Несколько раз такое проворачиваю.
И вот, перестав дышать, вхожу в её попу. В своё первое в этом мире женское тело! В сжатый анус проскальзывает палец, ломая все её хрупкие барьеры. Сфинктер сжимает сильно. Стенки плотно обволакивают, но я продолжаю давить, проникая всё глубже.
Как же туго.
— Ммм, — стонет утробно. Но не вырывается, наверное, потому что ещё начёсываю ей бусинку.
Вхожу на всю длину пальца. И назад, чуть надавливая в сторону матки.
Оооо! — Раздаётся громкое.
Инесса вдруг резко отдёргивается, вырываясь, валится на бок и начинает громко ахать, мощно содрогаясь всем телом.
Подождите, а что за оргазмы были до этого? Похоже, цветочки.
Девку колбасит, глаза в тумане. А меня злость берёт, с члена капает смазка на пол. И он уже болит.
Подсаживаюсь к ней. Хватаю за волосы и сую член ей прямо в слюнявый рот.
Она пытается целовать головку, пребывая в каком — то полуобмороке. Сую глубже, на язык.
— Только не зубами, как леденец соси, — предостерегаю.
Послушно делает, но зубы всё равно чувствую.
Однако это не мешает мне в скором времени извергнуться. Да с такой мощью, что девка начинает захлёбываться с диким ужасом в глазах. Отпускаю, заваливается обратно, кашляет, плюёт, едва ли не блюет.
Смотрю со злорадством на тупое создание. Я подарил ей миллионы жизней, а она их сплюнула.
Как же всё хорошо начиналось, особенно то чувство предвкушения и волнения...
Мерзко вдруг становится. Хочу уйти скорее, чтобы
