по тюрко-татарской группе, численность которой составляла в 1897 г. 3 млн 767 тыс. чел. В 1926 г. она выросла до 4 млн 899 тыс. "по народности" и до 5 млн 444 тыс. – "по языку". В то же время группа башкир, мишарей и тептярей (сословного происхождения) составляла в 1897 г. 1 млн 493 тыс., а к 1926 г. ее численность составила лишь 983 тыс. ("по народности") и 393 тыс. ("по языку"). Сокращение численности этой башкиро-мишарской группы, происходящего на фоне общего увеличения населения, объясняется тем, что в Башкирской АССР часть из них стала именоваться татарами[56].
Из приведенных таблиц видно, татарский язык, кроме самих татар Башкирии показали своим родным языком еще 137, 9 тыс. мещеряков-мишарей и 281 тыс. башкир. Кроме мещеряков-мишарей Башкирии, Другая часть мишарей была сосредоточена исключительно среди сельского населения Пензенской губернии – 100, 6 тыс. чел. Таким образом, анализ вышеуказанных всероссийского и всесоюзного переписей показывает ряд очень интересных фактов, касающихся татар-мишарей Пензенского края. Татары-мишари к 1926 г. проживали лишь на территории Пензенской губернии и в Башкирской АССР. Это было татарское население нынешнего Каменского, Белинского, Иссинского, Пачелмского, Спасского и других западных территорий Пензенской области. Восток и юго-восток (Лопатинский, Кузнецкий, Неверкинский, Шемышейский, Сердобский и часть Городищенского района) был заселен татарами, но не мишарями. Это было связано, прежде всего, с близостью западных и северо-западных территорий области с районами проживания мещеряков в бассейне р. Хопра и так называемого государственно-территориального образования Темниковской Мещеры (ТМ), занимавшей основную часть Окско-Ценско-Сурского междуречья, включая бассейн р. Мокши.
В процессе «перекройки» административно-территориальных границ 1928, 1936 и 1939 гг. значительные территории Саратовской области были присоединены к Пензенской области, а другая часть была, напротив, отнесена к Республике Мордовии. Все татарское население Пензенского края в результате приняло самоназвание татар-мишарей.
Основным языком общения в период Золотой Орды, по всей видимости, были различные диалекты кипчакского языка, которые по обычаям и традициям были близки к племенам татар. Но очень скоро название «кипчак» было заменено на «татар», а "Дешт-и Кипчак" вообще вышло из оборота. Историки полагают, что древние татары были многочисленны и мобильны, обитавшие на огромных восточных и юго-восточных территориях Евразии и граничащие со стенами Китая. Татары имели отношение к древним тюркским государствам: Тюркскому, Кимакскому, Уйгурскому, Киргизскому каганатам периода IV–IX вв.
Формирование татарского народа Сурско-Окского междуречья проходило в сложной обстановке и приняло затяжной и незавершенный характер. За это время в основную этническую среду тюрко-язычного населения внедрялись разнообразные компоненты. Оставалась сложной и социально-политическая обстановка, вызванная, прежде всего, отсутствием в XV–XVI вв. в этих районах собственного государственного образования.
Когда Казанское ханство прекратило свое существование, Русское государство находилось на стадии централизации и уже имело под своим началом большое количество как тюркских, так и татарских территорий, начиная с Казани и заканчивая Астраханью. Но наличие городов типа Темникова и Касимова, тем не менее, способствовало в немалой степени укреплению древней этнической основы татар, а устойчивая оседлость развивало межэтнические социально-экономические отношения в регионе.
Тяжёлое экономическое и социальное положение татар в конце XVIII – сер. XIX в. заставляло искать лучшей жизни в других регионах. Это было выражено в многочисленных переселениях и отходничестве на заработки. Татары нанимались на земледельческие работы, работали грузчиками, извозчиками, строителями, торговцами и рабочими в самых различных городах губерний России и даже за рубежом. Это были представители как беднейших социальных групп сельских жителей и части середняцкого крестьянства, так и более зажиточных. Существенную роль в мотивации отходничества имело малоземелье, а также обременённость населения долгами и налоговыми повинностями.
Дальнейшее продвижение татар-мишарей в юго-восточном направлении в XVIII–XIX вв. было обусловлено большой мобильностью татарского населения. Миграции еще более ускорились после аграрной реформы 1861 г. Так, повсюду устанавливались тесные связи с разными этнотерриториальными группами татар. Татарский язык постепенно приобретал универсальную единую форму.
Что касается темы "татаризации Мещеры", нам стоит еще раз вспомнить, что к XVI в. большая часть территории Мещеры уже стала татарской, а местное население в это время было подчинено татарским феодалам. С этих мест, наиболее вероятно, началось расселение татар-мишарей по другим регионам Поволжья и Предуралья. Феодализация Мещеры имела свою особую специфику: у мордвы и мещеры не было своей государственности, и они легко подпадали в зависимость от славянских или тюркоязычных феодалов. О принадлежности большой части мещерских земель татарам после присоединения их к русским княжествам говорят многочисленные источники. Некоторые татарские феодалы со своими людьми стали убегать от своих более сильных русских сюзеренов и они расселялись по лесам и "бортным ухожаям", вовлекая в свою среду тюркоязычные общины. Другие поселились в Мещере, перейдя на службу Московскому государству.
Исторические предания и легенды являются дополнительными источниками в истории каждого народа. Предания татар-мишарей и представляют сегодня значительный интерес. Так, татары района «алты-авыл» рассказывают о том, что давным-давно казанские феодалы-мурзы, оказавшиеся в стесненном положении, стали часто поднимать бунты и восстания. Для борьбы с ними московские цари практиковали переселения недовольных жителей. В одно из таких поселений в район Кевды был насильственно направлен татарский мурза Мельсит со своими многочисленными родичами и подчиненными. Земли им были отведены к западу от р. Миндрус и там возникла д. Кевда. Когда же ее жителей решили крестить, то значительная часть сбежала от крещения, и неподалеку они основали 6 населенных пунктов, именуемых ныне "алты авыл", хотя татарских поселений было образовано всего 9. После переселения кевдинские татары не утихомирились, а продолжали «шалить». Через Кевду в то время проходил большой тракт Москва-Тамбов – Пенза-Самара, по которому двигались торговые караваны на Волгу. В густых лесах появился отряд разбойников во главе с атаманом Кевдо, который нападал на купеческие караваны. От атамана Кевдо и татарского мурзы Мельсита и произошло название с. Кевдо-Мельситово…
Начиная с сер. XVII в, большинство дворян Пензенской губернии получили земельные наделы за несение военной и гражданской службы. Так, в 1684 г. по речкам Мокшанке, Валовой, Вороне получили князья Енгалычевы, в 1690 г. поместьем был наделен Березкин. Спустя год много земли было пожаловано Петром I своему дяде Льву Нарышкину. Но эти земли были заселены после 1705 г. его сыновьями. Единственная наследница сына Ивана – дочь Екатерина вышла замуж за графа Кирилла Разумовского – брата фаворита и тайного мужа императрицы Елизаветы Петровны. Так Разумовские получили в качестве приданного западные и юго-западные части территории Каменского края. Одна из дочерей сына Александра – Аграфена была женой князя и канцлера Алексея Черкасского, потомка кабардинского княжича Девлет Кильдея-Мурзы. Князь в качестве приданного получил земли, на которых был впоследствии основано с. Поим. Здесь имели земли: стольник Л.С. Кугушев, Сафар и Теребердей Михайловичи Мансыровы, предок которых, князь Еноидар, с 1526 г. управлял над "чепечерянскою мордвой".
