— Кто это?! — воскликнула женщина на другом конце провода и принялась ждать ответа.
Я молчала. А затем, положив трубку на рычаг, горько заплакала. В голове у меня царила полная неразбериха. Сами понимаете, когда чего-то не знаешь наверняка, всегда подозреваешь самое худшее. Уж не нашел ли он какую-нибудь женщину? Или еще хуже: у него всегда была женщина и он просто использовал меня, чтобы переселиться в Канаду? Нет, я не могла себе позволить думать об этом.
Через две недели Акбар позвонил сам.
— Не могу поверить! Мне прислали бумаги! — выпалил он, даже не поздоровавшись и не узнав, как у меня дела.
Мое сердце вновь оцепенело. Это оцепенение регулярно возвращалось ко мне в последнее время. Я не могла даже объяснить, что со мной происходит. Мое молчание не вызвало у Акбара подозрений, лишь заставило заговорить громче. Он заявил, что с нетерпением ждет встречи и предвкушает те чудесные ласки, которыми сведет меня с ума. Я смогла только выдавить одно слово:
— Конечно.
И тут мой муж поведал мне о таинственной леди. Звали ее Лора, она была медицинской сестрой, которую он нанял помочь ему избавиться от пристрастия к алкоголю еще до того, как мы с ним воссоединились. Наверное, за долгие годы разлуки Акбар так тосковал по мне, что все больше и больше времени стал проводить с виноградом, символизирующим нашу любовь. Сначала спиртное помогало ему возродить то чувство опьянения, которое он испытывал всякий раз во время встреч со мной. Но затем это опьянение стало забирать у него все больше и больше сил и заменять их депрессией и пустотой. Лора якобы была ангелом, который помог ему побороть эту страшную зависимость. Мне оставалось лишь надеяться, что она использовала традиционные методы медицины, лишенные тех небесных услад, которые, как известно, приносят с собой ангелы. Но мое сердце подсказывало, что только время поможет ответить на этот вопрос.
Прошли еще две недели, и в том же аэропорту, у той же стойки можно было наблюдать те же самые эмоции и крепкие объятия, которые способен разорвать только трактор.
Я смотрела в глаза Акбару и поверила, что появление Лоры в жизни моего мужа, потребность в ней и память о ней действительно принадлежат прошлому. Наконец Акбар стал моим.
Мы поехали домой, в крошечную родительскую квартиру с тремя спальнями. С Акбаром дело обстояло гораздо проще, чем когда-то с Ази, Доуиндером и их сыном, которые, слава Богу, уже обзавелись своим собственным жилищем.
Поскольку брат отказался уступить нам свою комнату, родители решили поменять свою спальню на мою комнатушку. Я изо всех сил пыталась отговорить их от этого, но только напрасно потратила силы. Они пропускали мои слова мимо ушей. Мама и папа просто не могли поступить иначе. Ведь согласно их воспитанию гость должен получать все самое лучшее, особенно если этот гость — мужчина.
Однако по приезде Акбара с переменой комнат пришлось подождать: ведь он с ног валился от усталости. Конечно, мы могли вынести вещи заранее, но тогда мои родители лишили бы себя удовольствия прилюдного великого жертвоприношения, которое позволяло гостю осознать, насколько ему рады, но в то же время — насколько он виноват в доставленных семье хлопотах.
Получилось так, что ночью, которую могли бы переполнять страсть и желание, муж отсыпался после долгого перелета. Я решила не расстраиваться. Прождав столько времени, можно было потерпеть еще одну ночь. Ведь впереди у нас была целая жизнь.
Обмениваться комнатами оказалось увлекательным занятием. Я имею в виду освобождение встроенного шкафа от родительских вещей, который тут же заполнялся нашими. И вдруг, будто ниоткуда, из кармана воскресного папиного костюма выпала длинная упаковка презервативов. Я пришла в ужас. Вернее, я почувствовала не ужас, а недоумение. Не то чтобы я сомневалась, что родители способны наслаждаться физической близостью, но мне почему-то всегда казалось, что они только дважды в жизни занимались сексом — когда были зачаты мы с братом. Закрыв глаза, я представляла, как они крепко зажмуриваются, затыкают носы и отворачивают лица, будто им предстоит выпить необычайно горькое лекарство. Я была твердо уверена, что они старались покончить с сексом как можно быстрее, без лишних эмоций. Интересно, до какого возраста физическая близость приносит удовольствие. Одного взгляда на Акбара было достаточно, чтобы понять, что мы будем заниматься любовью до глубокой старости. Я проглотила возмущенное восклицание и добродушно рассмеялась.
Вне всяких сомнений, Акбар заставлял меня по-иному смотреть на мир. От одной мысли вкусить с ним наслаждение у меня по спине забегали мурашки.
31
После двух недель настоящего медового месяца, проведенных в бывшей родительской спальне, пришло время спуститься с небес на землю. Акбару необходимо было устроиться на работу. В льняном костюме, который выгодно подчеркивал его стройную фигуру, с дипломом инженера в портфеле и с умеренно блестящим кольцом на пальце, свидетельствующем о его жизненном опыте, Акбар отправился искать работу.
Офисы фирм он объезжал на такси, поскольку у людей с голубой кровью не принято путешествовать на автобусах. Сто долларов, которые ему было разрешено ввезти в Канаду, Акбар потратил за несколько часов. К счастью, он тайно ввез сумму, в несколько раз большую положенной. Он считал, что таким образом компенсирует унижения своих соотечественников от безденежья. Разве это справедливо, что люди, которые были хорошо обеспечены у себя на родине, оказывались здесь нищими? Но даже с этими дополнительными деньгами Акбар быстро понял, что должен обуздать свои привычки. Особенно обидно было, что каждый канадский доллар съедал двадцать пять индийских рупий. Акбар пришел к выводу, что расходы не должны превышать доходы.
Ночью любимый подробно рассказал о своих первых неудачах в этой жестокой стране, совсем не похожей на землю с молочными реками и кисельными берегами.
В тот день он научился многому. Урок первый: автобусы гораздо больше машин, поэтому ездить в них гораздо лучше. Урок второй: тратить следует значительно меньше, чем зарабатываешь. Урок третий: иностранный диплом стоит разве что той бумаги, на которой напечатан, но уж точно не больше. Урок четвертый: даже знатным особам не следует отказываться от грязной работы, а для души она даже полезна. И таких уроков было много.
За этими печальными признаниями последовали объятия и слезы. Я знала, как ему сейчас тяжело, потому что испытала то же самое. На моих глазах через точно такие же унижения вынужден был пройти и мой гордый папа. Еще я знала, что любые утешения бессмысленны, хотя они и уменьшают чувство обиды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
