— Вот это дело! — обрадовался Энди, тотчас усевшись перед телевизором и запустив игру «Мэдден».
— Черт, — сказал Гюнтер. — Какой же здоровый самолет!
Колдинг кивнул:
— Поэтому мы и выбрали его. С нашей полезной нагрузкой он может покрыть без дозаправки более тридцати пяти сотен миль. Это дает нам просто колоссальный диапазон. К тому же здесь мы защищены от внешних воздействий — и можем делать всю работу прямо на борту.
Сара показала на встроенный в стену столик с лэптопом:
— Захотите писать, Гюнтер, — пожалуйста.
— Если честно, я выдохся, — ответил Гюнтер. — Лучше посплю.
Может, Энди и удалось быстро забыть смерть Брэйди, но Гюнтер выглядел подавленным. Как долго он знал Брэйди? Пять лет? Десять? Колдинг больно ощущал потерю, но сам знал Брэйди меньше двух лет, к тому же они с ним никогда не были близкими друзьями. Гюнтеру, наверное, очень тяжко сейчас.
— Гюн, — сказал Колдинг. — Мне так жаль Брэйди…
Гюн кивнул — безмолвное «спасибо». Волоча ноги, он направился к койке.
Сара осторожно взяла Колдинга за локоть:
— Пойдем-ка, — она провела его несколько футов до маленького изолятора и указала на одну из двух железных коек. Тот сел. Без единого слова она помогла ему выбраться из порванного пуховика. Клочья белого пуха вылетали из подкладки и плыли по воздуху. Взяв хирургические ножницы, она срезала разодранную, окровавленную рубашку.
Духами Сара не пользовалась, но Пи-Джей остро и так близко ощутил запах ее кожи. Она пахла в точности так же, как и два с половиной года назад.
Он вытянул шею взглянуть как следует на свою рану. Кончик лезвия топора порезал его от левого плеча до грудины. Повезло. Пройди острие чуть глубже, оно рассекло бы пополам грудные мышцы. Сара промыла рану.
— Шить надо?
Сара помотала головой:
— По правде говоря, просто шикарная царапина.
Ее пальцы нежно скользили по его коже, смывая все еще сочащуюся кровь. Она собрала комочки белого пуха с пореза, потом осторожно нанесла антибиотическую мазь на рану. Было больно, но от прикосновений пальцев стало как будто легче. Управилась Сара быстро, забинтовала рану, обернула бинт вокруг груди и закрепила его киперной лентой.
Несмотря на нежные прикосновения, от Сары так и веяло враждебностью. Ему надо поговорить с ней, как-то уладить все…
— Сара, знаешь, я…
— Не утруждайся. Ты получил что хотел — меня, а через меня — экипаж для этого самолета.
Так вот что она думала? Что он просто использовал ее?
— Нет, все было совсем не так.
— Неужели? — она встала, выпрямилась и посмотрела ему в глаза. Ее голова чуть возвышалась над его головой. — Совсем не так? А как оно было, Пидж?
«Пидж». Этим странным имечком она стала называть его после того, как они переспали. Тогда оно казалось ему прикольным. Сейчас же его звучание покоробило Колдинга.
— Зови меня, пожалуйста, Пи-Джей.
— Не поняла?..
— Уф… ну, ты знаешь, последний раз ты называла меня Пидж, когда мы… м-м…
Сара склонила голову и улыбнулась так, как улыбаются какому-нибудь трепачу в баре, прежде чем расквасить ему нос.
— Тогда вот что, — сказала она. — Предоставлю тебе выбор. Я могу называть тебя Пидж — или мистер Вонючий-Кусок-Дерьма-Который-Использовал-Меня-Как-Последнюю-Шлюху. Как тебе?
Колдинг только моргал.
— Уф… Это не… В смысле… все же не так было.
Она скрестила на груди руки.
— Тогда как, а? Использовал свой волшебный пенис, чтоб заставить меня подписать контракт?
Он чувствовал, как пылает лицо. Кларисса никогда так с ним не разговаривала.
— Ну, — сказала Сара. — Какое имя выбираешь?
Он хотел лишь одного — закончить этот разговор. Немедленно.
— Пидж.
— Я не сомневалась. А теперь ложись и выспись. Когда будем на подлете к Черному Маниту, я пришлю кого-нибудь сыграть тебе подъем.
Сара вышла из изолятора и повернула налево, к кабине пилотов. Колдинг смотрел ей вслед, вслед единственной женщине — не считая жены, — с которой спал за последние шесть лет.
Может, она и права. Может, так ему и надо. И тут вспомнилось мертвое тело Брэйди, вспомнилось, как ударил Эрику Хёль по ребрам; он вспомнил, что Фишер не отступится и продолжит охоту на всех них. Эти вещи были куда важнее, чем беспокойство о чувствах Сары Пьюринэм.
Он отлепился от кровати и прошел в комнату отдыха. Гюнтер уже вовсю храпел. Но его храп недолго мешал Колдингу заснуть.
8 ноября. Полный комплект
— Перестаньте, руки…
Окровавленные руки Цзянь не слушались. Они продолжали шить. В этот раз иголочные уколы были больнее, и каждый пронизывал будто до кости. Черно-белый мех панды стал влажно-красным.
— Перестаньте, руки!
Она закончила шить. В точности как и раньше и до того, большие черные бессмысленные глаза существа, дрогнув, раскрылись и заморгали, как у пьяницы, очнувшегося на полуденном солнце.
«Зло».
Цзянь почувствовала, что существо источает зло, как скунс — острую вонь. Она хотела бежать, но тело отказывалось повиноваться, вроде ее сбрендивших рук.
Зла достаточно, чтобы убить ее. А разве она этого не заслуживает?
Существо посмотрело на нее. И распахнуло широкий рот.
Цзянь начала кричать.
Сара и Алонсо сидели в кабине С-5. До отказа забитое аппаратурой помещение благоухало искусственной хвоей: над панелью приборов Алонсо повесил три «елочки» автомобильных ароматизаторов.
Сара чувствовала напряжение, исходящее от ее второго пилота.
— Ну, выкладывай, Со, — сказала она. — Сто лет уже сидишь, язык прикусив. Если есть что сказать — говори.
Алонсо с демонстративным тщанием осматривал чуть ли не каждый прибор перед собой. Сара держала паузу и просто наблюдала за ним.
Дверь в кабину открылась. Вошли Миллер и Каппи. Обычно во время полета в кабину они не заходили никогда.
— Так-так-так, — сказала Сара. — Вся банда в сборе, полный комплект. И сейчас ты, похоже, заговоришь, а, Со?
Алонсо кивнул.
— Ты правда хочешь, чтоб мы это сказали?
— Сказали — что?
Миллер коротко рассмеялся.
— Мы та-а-акие скрытные и загадочные. Может, сама догадаешься, о чем речь?
— Ага, сказал Каппи. — Сама-сама.
— И попробую… — Сара потерла подбородок, глядя вверх. — Духи подсказывают мне… Вы озабочены тем, что мы взялись за транспортировку генетического эксперимента, о котором нам ничего не известно, так?
— Бз-з-з, — прожужжал Алонсо. — Ответ неверный, но спасибо за участие в игре.
— Ладно, ребята, хватит. Расскажите, в чем дело. Миллер, опусти задницу в кресло и выкладывай.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
