Румкорф сидел за терминалом у противоположной стены лаборатории, то ли игнорируя кошмары Цзянь, то ли просто их не замечая.
— Доктор Румкорф, — обратилась к нему Сара. — С ней все в порядке?
Он поднял на нее глаза, посмотрел на Цзянь и махнул рукой:
— У нее постоянно так, — и вновь склонился за работой.
Вот придурок. Сара тихонько потрясла Цзянь за плечи. Женщина вздрогнула и проснулась, увидела Сару и отпрянула, будто та была чудовищем из кошмара.
— Успокойтесь, — сказала ей Пьюринэм. — Все хорошо.
Цзянь поморгала, сделала глубокий вдох, задержала дыхание, затем медленно, неторопливо выдохнула. Ну и видок у нее. Наверное, сон был высший класс. Глаза Цзянь метнулись вправо, к мониторам, затем она резко наклонилась заглянуть под стол.
— Цзянь, что такое?
— Видели его?
— Да кого?
Цзянь ищущим взглядом быстро обвела лабораторию:
— Я видела одного из них.
— Одного из… кого, милая?
Женщина прижала кулаки к глазам и потерла:
— Показалось, будто что-то видела. Но там ничего нет.
Сара протянула руку и погладила длинные черные волосы Цзянь:
— Дыши глубоко, подружка. Это просто дурной сон, только и всего.
Цзянь в ответ смотрела на нее испуганными, ввалившимися глазами.
— Только и всего… — повторила она шепотом и тихонько засмеялась. Смех был настолько пронзительно высоким, что вполне мог сойти за визг, подумала Сара.
Цзянь повернулась к компьютеру, плечи ссутулены, волосы, свисая, закрывают лицо. У нее была осанка женщины, которую поколачивает муж или бойфренд. А Румкорф, похоже, просто по рассеянности ничего не заметил. Полный придурок.
— Мисс Пьюринэм, можно вопрос?
— Не называйте меня «мисс», — сказал Сара и улыбнулась. — Я зарабатываю себе на жизнь. Зовите меня Сарой.
Цзянь помотала головой.
— Я использую только уважительные формы обращения.
— О’кей, тогда «Сара» — это уважительная форма. — Сара нежно подняла пальцем подбородок Цзянь, чуть отклонив ее голову назад. На шее Цзянь отчетливо виднелись ярко-красные пятна, предшественники уже формирующихся черных синяков. — К шее надо приложить лед.
— Я в порядке, мисс Пьюринэм.
— Сара. Я сейчас принесу лед, и вы его приложите. А теперь давайте свой вопрос.
— Где вы раздобыли такой самолет? Это же летающая лаборатория. Здесь все, что нам надо, просто невероятно.
— Это С5-Б, который когда-то разбился при посадке на базе ВВС в Дублине, — рассказала Сара. — Большую его часть Колдинг приобрел по цене металлолома через одну из фиктивных компаний «Генады». Кое-какие узлы достались нам от двух других катастроф, а новые двигатели — по особому контракту с «Боингом». Колдинг отправился на Баффиннову Землю с вами; я со своим экипажем наблюдала за сборкой нового проекта самолета в Бразилии. Влили денежек, хорошенько взболтали, и у «Генады» теперь своя собственная «прокачанная» летающая лаборатория.
— Из нескольких частей вы получили единое целое, — сказала Цзянь и затем кивнула. — Примерно то же я сделала для «Генады», но внутри компьютера.
— Только ведь вы, ребята, шинкуете клетки, ДНК и все такое, — сказала Сара. — Это же нельзя сделать на компьютере, верно?
Цзянь вскочила и утиной походочкой направилась к устройству в белом корпусе. Она явно обрадовалась возможности поговорить о чем-нибудь или с кем-нибудь. Цзянь показала рукой на сложный прибор, как модель на автошоу демонстрирует новый концепт-кар.
— Это наш олигосинтезатор. Я делаю геномы в компьютере, а эта машина создает ДНК — один нуклеотид зараз; так же, как изготавливаются связи между звеньями цепочки, только в гораздо более мелком масштабе.
На взгляд Сары, ничего такого выдающегося в этой машине не было — штуковина высотой по пояс, почти вся покрыта белым пластиком, ощетинившаяся аккуратными трубками, шлангами и пластиковыми баночками. Она вовсе не выглядела настолько научно-фантастически, но то, что рассказывала о ней Цзянь… это было уже за гранью фантастики.
— Боюсь, я не совсем поняла, — сказала Сара. — По-вашему, это что-то вроде биологического струйного принтера? И может делать… Ну, не знаю… что-то вроде «продвинутого» ДНК?
Цзянь кивнула.
— Это самая передовая машина такого типа в мире. Она может строить полноценные, на заказ, хромосомы, которые мы создаем и тестируем в компьютере.
— Офигеть… С ума сойти. Только представить себе мозг, который придумал все это.
— Этот мозг — мой, — сказала Цзянь. Она гордо улыбнулась; выражение ее лица, казалось, явило скрытый резерв красоты, которую Сара не смогла разглядеть в ней прежде. — Я изобрела этот компьютер и называю его «Машиной Бога», потому что эта олигомашина как десница Божья. Прикольно, да?
Нет. Совсем не прикольно. От одного названия у Сары холодок пробежал по спине. «Машина Бога». Прямо в сердце ее самолета.
Саре это очень не понравилось. Ни на йоту.
— Схожу принесу вам льда, — сказала Сара. — Я быстро.
8 ноября. «Машина Бога»
Сара осторожно обернула марлю вокруг шеи Цзянь. В марлю был завернут маленький пакет со льдом, приложенный к темнеющим кровоподтекам. Цзянь покрутила головой, приноравливаясь к компрессу, но все время не переставала печатать. Глаза ее стреляли по полусфере семи экранов, Сара ничего не понимала в ее действиях: единственное, что она видела на экранах, — бесконечные вереницы из четырех букв «С, G, Т, А»…
— Понимаю, вы такая умная и все такое, — сказал Сара. — Но разве не компьютер управляет процессом кодирования?
Цзянь пожала плечами:
— Иногда я вижу сны, которые подсказывают мне идею. Я модифицирую геном так, модифицирую этак. И надеюсь, что могу перезагрузить последние результаты нашего исследования с диска, который взяла с собой.
Словно желая подкрепить сказанное, Цзянь вывела на экран новое окно, напечатала несколько строчек кода, затем вернулась к бесконечной развертке строчек «С, G, Т, А». Компьютер выдал громкий одиночный сигнал. Цзянь резко вздохнула и задержала дыхание, вглядываясь в экран с пугающей напряженностью. Она напомнила Саре игрока в кости, ждущего момента, когда кубики перестанут кувыркаться.
Цзянь кликнула мышкой, и Сара увидела на экране слова, которые смогла прочитать:
Восстановление из резервной копии: завершено
Геном А17: загружен
Вероятная жизнеспособность: 95,0567%
Начать синтез: Да/Нет
Из-за терминала вынырнула голова Румкорфа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
