– По–твоему, у меня должен быть богатый опыт общения с ними? – разозлилась Рада. Она не понимала, почему все еще стоит тут и разговаривает с этим придурком, а не бежит отсюда сломя голову.
– Мой брат любит цеплять странных девушек, – сказал Костя. – А потом страдает от этого.
– И много у него таких?
– Да все почти.
– Мне надо идти, – сказала Рада и обернулась к двери, соображая, как ее открыть.
– Давай наконец нормально пообщаемся, – предложил Костя. – Поужинай со мной, обещаю больше не пугать тебя.
– А сразу подумать было нельзя? – с вызовом бросила Рада.
– Виноват. Теряю голову, когда тебя вижу, – сказал Костя и глупо улыбнулся.
– И смелость, видимо, девать некуда, – пробормотала Рада, соображая, не выйдет ли ей боком, если она ответит согласием. Но тут вспомнила, что Дима сейчас с Иветтой, а Антон собирается лететь к жене. Почему она должна сидеть и страдать в одиночестве? Она что, самая правильная в этом мире?
– Адреналин заставляет чувствовать меня живым, – сказала Костя. – Так что?
– Только если ты будешь держать себя в руках, – осторожно сказала Рада.
– Я еще не забыл, как ты умеешь кусаться, – смеясь, сказал Костя. Рада сняла плащ и повесила его на вешалку. Она все еще чувствовала себя неуверенно, но напряжение спало.
Костя ушел на кухню, подогревать ужин, а Раде захотелось умыться и она пошла в ванную. Глядя в зеркало на свое уставшее лицо, она подумала, что зря приехала сюда. Дима уже нашел ей замену и сейчас хорошо проводит время. К чему тогда был этот разговор утром? Или настроение у него меняется быстрее, чем погода? Она почувствовала себя так, словно ей изменили.
Потерев щеки махровым полотенцем, чтобы не выглядеть слишком бледной, Рада пошла на кухню. Костя как раз разливал по бокалам вино.
– Что у тебя с моим братом? – спросил Костя, доставая тарелки.
– Ничего такого, пару раз поужинали вместе, – небрежно сказала Рада и вспомнила, как он поцеловал ее в лифте.
– Учитывая, что обычно он тащит девиц в постель, а в не в кафе, ты для него исключительная, – сказал Костя. Рада пожала плечами и взяла из плетенки ломтик хлеба.
– Такая исключительная, что он сейчас у какой–то Иветты, – сказала Рада, стараясь предать своему голосу беззаботность. Не стоит показывать, что это ее задевает.
– Ой, даже не заморачивайся! – поморщившись, сказал Костя. – Иветта для него пустое место. Секс, и ничего личного. Впрочем, как и для меня.
– Она… Ваша общая подружка? – спросила Рада и ей стало не по себе.
– Ага, – бодро ответил Костя и понес поднос с едой в гостиную. Рада пошла следом.
– У вас всегда так? – спросила она, устраиваясь на диване. Костя, как и в прошлый раз сел на полу напротив нее. – Все девушки общие?
– Нет, конечно, – ответил он и откинул назад волосы. Рада заметила про себя, что он красивый. Намного симпатичней своего старшего брата. Дима был проще и грубей, а в Косте было изящество. Тонкое, ненавязчивое, которое с первого взгляда и не заметишь.
– Это была общая фантазия? Вы это планировали? – спросила Рада и постаралась унять свое воображение.
– Первый раз все произошло спонтанно, никто об этом вообще не задумывался, – ответил Костя. – А потом вошло в привычку, стало чем–то обыденным. Тебя это напрягает?
– По–моему, это отвратительно, – сказала Рада и покраснела.
– Дело вкуса, – равнодушно ответил Костя. – Ну так и быть, тебе такое предлагать не буду.
– Вот уж спасибо!
– За встречу, – поднимая бокал, сказал Костя и они чокнулись. Рада сделала глоток и тут же напомнила себе, что напиваться здесь не стоит. Она все еще не доверяла полностью этому парню. Он, конечно, милый, но черт знает, что творится у него в голове. Может, он мечтает как ее расчленить.
– А тебе что, жить негде? Ты все у Димы торчишь? – спросила Рада.
– У меня своя квартиры побольше этой будет, – улыбнулся Костя. – Отец перед смертью выделил каждому из нас деньги на жилье, это было вне наследства. Я купил себе трешку, Димка вложил все в раскрутку кафе. А Ева… Она получила большую часть состояния, потому что папа решил, что девочке больше нужны деньги, чем нам с братом. Мы мужики и можем сами заработать, а Ева может родить, с мужем не поладить, мало ли что произойдет, а ребенка на ноги ставить надо.
– И вас это не задело?
– Нет, конечно.
– Это здорово. Обычно такие темы, как яблоко раздора…
– Мы всегда были очень дружны, может быть поэтому нас это не коснулось, – сказал Костя. – Мы же все равно будем помогать друг другу до самой смерти.
– И вы никогда не ссоритесь? У вас не бывает непонимания?
– Бывает, конечно! Знала бы ты, сколько мы угробили дорогих сервизов, выясняя, кто прав! – смеясь, сказал Костя. – Но скандалить это не значит не любить друг друга. Иногда это помогает спустить пар от высоких эмоций.
– То чувство, когда ты единственный ребенок в семье и ощущаешь глубокую зависть, – сказала Рада. – Я бы очень хотела, чтобы у меня была сестра или брат. В детстве мне было очень одиноко. Но не судьба, увы.
– Родители в разводе?
– Нет, но мне кажется, что если бы они развелись, то стали бы намного счастливее, – вздохнув, сказала Рада. – Отец делает все, чтобы угодить маме, а та всегда им недовольна, то, какой холод между ними, ощущается физически.
– А другие родственники?
– Их больше нет.
– Сочувствую. Меня так вот очень пугает перспектива, что я когда–нибудь останусь один, – задумчиво сказал Костя и допил вино. – Самый большой страх в моей жизни.
– Сколько тебе лет?
– Двадцать четыре.
– Для своего возраста ты слишком озабоченный, – заметила Рада.
– До смерти отца я таким не был. А после понял, насколько уязвим… Смерть близких всегда напоминает об этом, что все временно и ты не исключение, – сказал Костя. Рада посмотрела на него и подумала, что пожалуй, с выводами насчет него она поторопилась. Он начал ей нравиться. Неужели первое впечатление обмануло ее?
– Мне жаль, я очень тебе сочувствую, – искренне сказала Рада. Костя кивнул и налил себе еще вина. – Что с ним случилось?
– Рак.
– Ох…
– Он отказался лечиться. Ему предстояла операция, долгий курс химии, но он выбрал возможность прожить столько, сколько сможет без лечения, но не проводя время в больнице, – с болью сказал Костя. Рада вспомнила слова Димы, когда он сказал, что понимает почему Зоя отказалась ложиться в клинику. Почему он тогда не сказал ей правду?
– Представляю себе, как вам было тяжело, – сказала Рада.
– Особенно маме. До сих пор не знаю, как она держится.
Рада допила вино и откинулась на спинку дивна, разглядывая Костю.
– Прости, – виновато проговорил он, – я не хотел, чтобы вечер скатывался в тоску.
– Все нормально, – заверила его Рада. – Нельзя спрятаться от жизни.
– А какой у тебя самый большой страх? – спросил Костя.
– Обещаешь не смеяться?
– Умеешь ты заинтриговать! – усмехнулся Костя.
– Брак по залету, – серьезно сказала Рада и это было правдой. Она сама не знала почему решилась поделиться этим с Костей. – Как представлю себе, что со мной может такое случиться, меня аж передергивает.
– Но почему? – пожал плечами Костя. – Мужчина хочет взять ответственность за своего ребенка, что в этом такого?
– Именно в этом. Мужчина, с которым ты спишь, которого любишь, не хочет позвать тебя замуж, чтобы быть с тобой, а желает быть лишь правильным для семьи и общества из–за ребенка, – с горечью сказала Рада, вспомнив, с каким призрением ее мать говорила о таких женщинах. – По–моему, это ужасно и здесь нет никакой любви.
– Ну я бы не был так категоричен, – сказал Костя. – Разные все–таки бывают ситуации. Кто–то хотел на тебе жениться ради ребенка?
– Я никогда не была беременна.
– А вообще хочешь детей?
– Теоретически – да. Но пока я не уверена, что готова к этому, – ответила Рада. – Не встретила мужчину, от которого бы захотелось родить детей.
