— И… Стасик приезжал? — невозмутимо интересуюсь я.
— И он, — отзывается Кирилл и несколько секунд думает. — Повезло, что и он. Только поэтому все уехали — он потребовал, чтоб нас, в конце концов, оставили в покое.
— И…теперь мы бесконтрольные?
— Придется самим ездить за продуктами, — вздыхает Кирилл.
При слове продукты в животе снова заурчало.
— Приготовлю тебе завтрак! — расщедрился Кирилл, поднимая меня на ноги.
Летний солнечный день наливался жарой.
— Пойдем купаться? — спросил Кирилл во время завтрака.
Идея была очень заманчивая.
— Да. Только… что делать теперь?
Он сразу понял, о чем я.
— Ждать месяц и снова пробовать, — просто сказал.
Я испугано замерла, и он погладил меня по щеке, успокаивая.
— Снова?
— Как ты теперь понимаешь, контролировать свою суть совсем непросто. Ведьма не уймется, пока вы не станете одним целым. Другого выхода просто нет, — он замолчал, теперь его рука погрузилась в мои волосы. А потом вдруг засмеялся:
— Ты знаешь, что выглядишь сейчас, как обычный человек? — восторженно спросил он, отдергивая руку. — Никакой силы. Никакой ауры!
— А обычно? — ошарашено спросила я.
— Не считая малахитового свечения, как вокруг лампочки? — невозмутимо поинтересовался Кирилл, но не выдержал и засмеялся, увидев мое лицо.
— Шучу, — выдавил он сквозь смех, и я кивнула, хотя так и не поняла, в чем именно шутка.
Как потом объяснил Кирилл, вылив всю силу, я теперь буду заново накапливать ее, как аккумулятор. Так что последнюю неделю лета можно было ни о чем таком не заботиться, а просто отдыхать. Не знаю как я, а Кирилл отдых точно заслужил, и я делала все, чтобы ему было весело и комфортно. Я даже молчала, когда он, в очередной раз накладывая себе в тарелку мясо, не брал даже салат. А это с моей стороны действительно подвиг!
Просыпались мы почему-то одновременно, и утром, выходя из комнаты, я уже знала, что сейчас столкнусь с ним в дверях.
Мы перестали спать в одной кровати после случая с ежиком, хотя, если честно, ежика вряд ли можно в этом винить.
Тем утром я ждала, пока свариться кофе, когда услышала, как Кирилл забегает на кухню с криком:
— Смотри! На тебя движется ежик! — он показывал пальцем на серое существо, уверенно перевалившегося через порог. Потом ежик, не останавливаясь, быстро потопал в мою сторону. Я насторожилась, что-то не так. Даже если он не боится людей, с чего бы ему так быстро бегать?
— Он хочет тебя съесть! — страшным голосом сказал Кирилл.
Я сделала шаг в сторону. Ежик развернулся и по-прямой опять двинул ко мне, правда, медленнее. Я отступала по кругу, но он все время поворачивал в мою сторону. Краем глаза я увидела, как Кирилл давится от смеха и поняла. Он в этом замешан!
Я бросилась к Кириллу и прижалась к его груди спиной. Ежик шел к нам.
— Как ты это делаешь? — я была в восторге. Кирилл довольно обвил меня руками.
— Секрет, — дразнился он, дыша мне на ухо.
Я развернулась, чтоб с укором на него посмотреть. Тогда все и случилось, не знаю как.
Просто через несколько секунд я оказалась на диване, прижатая Кириллом, он целовал меня с каким-то животным напором, а майка, которая раньше была на мне, теперь валялась на полу, разорванная на части. Я уперлась руками ему в грудь, пытаясь понять, как это произошло, и он, подняв голову, смотрел на меня с таким же изумлением. Очень медленно мы оторвались друг от друга и я долго сидела потом в комнате, приходя в себя.
С тех пор у нас негласный договор — мы друг друга не касаемся и даже стараемся близко не подходить.
В первый же день после той ночи, придя на реку, мы снова встретились с Катиной компанией, и я опять была привлечена в качестве повара. Новостью дня были странные вещи, происходившие ночью в дачном поселке. Катя была удивлена, что мы ничего не знаем.
— Как? — удивленно закричала она. — Да все же слышали!
— Что? — мне, правда, стало очень любопытно.
— Да посреди ночи вопли такие начались, что все проснулись! Я так испугалась, выглядываю в окно — никого, пусто. В дверь мама барабанит, спрашивает все ли в порядке. Сегодня у всех спрашивали — все эти крики слышали. А Тимур, — она кивает на длинноволосого парня в красных шортах, — видел утром три машины, которые друг за другом катили отсюда на огромной скорости. А у Олега, — кивок в сторону другого парня, пониже и уже с короткой стрижкой. — Он кстати через дом от вас живет, так у него собака старая, не вставала полгода, а сегодня с утра круги по лужайке наматывает, как щенок.
Она подозрительно смотрит на меня:
— Странно, что вы одни ничего не слышали!
Я открываю рот и… закрываю его. Не представляю, что можно сказать. Из-за плеча выныривает Кирилл.
— Как не слышали, — весьма убедительно говорит он, — слышали, конечно! Посреди ночи кто-то вопил, будто его резали!
— Она не слышала, — обвиняющее кивает на меня Катя.
— Ну, Федора эээ… крепко спит, когда от меня устает.
Сказав эту загадочную фразу, Кирилл мгновенно пропадает, а я краснею, замечая, как теперь на меня смотрят девчонки. Ну, я ему это припомню!
Вот значит как, вопила как резаная, хотя я такого не заметила. Становиться немного смешно, разбудила весь поселок — тоже мне событие, особенно в сравнении с тем, что могла с ним сделать!
Остальные дни теперь все похожи на этот — мы ходим на реку, где вливаемся в компанию Кати. Они тоже оттуда не вылезают, тем более теперь засыпали песком площадку, которую удобно использовать под пляжный волейбол.
Мы все отлично устроились, организовали зону отдыха в тени у деревьев из больших столов и стульев. На пляж натащили шезлонгов и зонтиков. Даже электричество откуда-то провели. Музыкальным центром служил малюсенький ноутбук с колонками величиной с мою ладонь. Самое удивительное, что они играли настолько громко, что подходить близко не стоило — потом долго звенело в ушах.
Музыки было много и на любой вкус — смотря кто успел подскочить и выбрать по своему вкусу.
Катер появился другой — большой и блестящий. И кроме него два водных мотоцикла, которые приходилось заправлять чуть ли не каждый час, и с которых постоянно кто-то падал в воду и его приходилось вылавливать и доставлять на берег.
На каждый день у них был свой праздник, и когда не находилось реального повода, они его просто придумывали. Мы отметили день вольво, отмечая новую машину маленького щуплого мальчишки на вид не старше пятнадцати лет. Потом настал день скорби по поездки в Грецию, который явно придумала Катя, довольная, что переиграла в этом деле Лену. Та впрочем, спокойно принимала картинные сожаления парней, падающих с извинениями перед ней на колени и с печальным видом вежливо благодарила. Наблюдать за ней было одно удовольствие. Кстати почти все молодые люди компании, как я заметила, были в этом вопросе со мной солидарны. Но она почему-то всегда ровно от них отгораживалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
