Я совсем согрелась, в основном благодаря его словам. Только одного до одури боялась — что его рассказ оставляет все в прошлом.
— Потом, когда понял, что ты не знаешь, что с тобой происходит, я был просто в шоке! Зато стало понятно, что только эта страшная тайна держала тебя от меня на расстоянии. И преград больше нет. Ну, кроме огромной силы, с которой ни ты, ни я не знали что делать. Я часами разговаривал со своей семьей и вытянул из них все, что они знали, любую мелочь, способную тебе помочь. Их прогнозы были одинаково безнадежны — с такой силой тебе не справиться. Но я безгранично в тебя верил и когда у тебя стало получаться, был очень горд и подумал, что теперь-то все должно наладиться.
Тут он остановился на моем лице и я поняла, вот оно! Сейчас он вынесет свой приговор, и определит мою судьбу.
— И когда я уже решил, что все хорошо, появился единственный враг, с которым я не могу бороться — ты сама.
Я вздрогнула.
— У этого врага не было веры в меня, веры безграничной и безусловной, такой, как мне нужна. Я не могу, — он запнулся, — играть в закулисные игры с такими, как Мелена и ее семья. И не хочу. И я не могу, когда ты делаешь мне что-то плохое. Ты как будто бы меня… убиваешь. Так что с этим врагом ты должна справиться сама.
И замолкает. Я не могу оторвать от него глаз, я жду вердикт.
— Ну, со мной все понятно, — вдруг закрывает глаза, — но я не знаю, что думаешь ты.
— Все понятно? — мне понятно как раз ничего не было.
— Ты — центр моего мироздания. — Просто ответил Кирилл и я впитала его слова как живую воду. Они обосновались внутри и моментально разорвали мою янтарную тюрьму в мелкие брызги. Они мгновенно смыли все мои страхи и утопили боль. Холод отступил, утащив за собой обрывки моего отчаяния. Я была спокойна и счастлива.
Но он… его лицо не изменилось. Мне захотелось погладить его пальцами, но сейчас ему нужно не это. Мне хотелось сказать, как сильно я его люблю, но это тоже не то. Я не знала, как точнее передать мою вину, но может он поймет.
— Твоего врага больше нет, — твердо сказала я. — Он уничтожен раз и навсегда, и никогда не вернется. Я верю тебе… больше чем себе самой. Ты — единственное в моей жизни, потерю чего я не смогу пережить.
Кирилл слегка поворачивает голову и я быстро продолжаю:
— Когда сегодня я тебя искала…, - тут его лицо мгновенно меняется — он широко улыбается. Реакция на мои слова, как будто я сказала что-то веселое и не очень приличное. Как будто я предъявила самое неопровержимое доказательство.
— Да почему все так ухмыляються-то? — вырвалось у меня.
— Попробую объяснить, — голос Кирилла тоже немного изменился, стал мягче. И я не могла оторвать глаз от его улыбки, которой мне так не хватало. — Сейчас, видишь ли полнолуние, сила ведьм на максимуме. Кроме того, сейчас гроза, а это одно из самых сильных развлечений для тебя, и вообще сейчас, когда ты можешь получить все, что хочешь… — Кирилл замолчал и я онемела, пугаясь, как могла не заметить очевидного. Все и правда лежит на поверхности, прямо передо мной.
— Я пришла к тебе потому, что хотела тебя больше всего на свете — больше полета, больше самой силы, — слова текли из меня горячим потоком. В его глазах разгорались огоньки, прекрасные, темно-синие.
— И? — прошептал Кирилл.
— Никто не смог бы меня заставить, никакой приворот. Никто не смог бы удержать, даже целое семейство ведьмы, — тихо говорю вслух.
На миг он закрывает глаза и теперь они горят синим светом. Теперь передо мной мой Кирилл, мое самое пламенное желание. Незнакомец, окруженный темной силой, которого я видела тогда под дожем. Он стал таким для меня.
— Я тебя ждал, — хрипло говорит Кирилл и его глаза больше меня не отпускают. Я встаю, оставляя полотенце на диване. Оно мне больше не нужно.
Медленно делаю шаг ему навстречу, расстояние между нами теперь немного меньше. И тогда он поднимается и спокойно шагает навстречу мне. Я наверно очень глупо улыбаюсь, но это неважно — Кирилл идет мне навстречу и нам больше не нужно останавливаться.
Мы встретились на середине комнаты и через мгновение мою спину обожгло теплом его рук. Я положила ладони ему на грудь, вспоминая как это, прикасаться к любимому человеку. Потом медленно вдохнула его запах и это все, что он дал мне сделать. Он резко прижимает меня к себе и больше не сдерживаясь, целует так настойчиво, что на секунду я боюсь, как бы не повторился случай с ежиком. Похоже, думая о том же Кирилл тут же замедляется — у нас впереди столько времени, что ничего ухватывать не нужно. Я полностью в его распоряжении, столько, сколько ему захочется.
Все страшное вылетает из головы — рядом со мной самый дорогой человек, центр моего мироздания. За окном громыхал гром, небо сотрясалось, исторгая последние потоки мутной воды — скоро оно заснет, до самой весны. Целых полгода не будет бури, но мне все равно — мои пальцы в его волосах, вокруг его запах, все так и должно быть.
Его губы ползут по моей шее, оставляя раскаленный след. Я ерошу его волосы — он так и не подстригся, и сейчас мне это очень нравиться.
Мгновенно возникает желание поговорить с ней, моей ведьмой. Я закрываю глаза и ищу ее. Смотри, говорю, у нас теперь есть Кирилл, так как мы хотим. А в ответ — молчание. Я ее не вижу! Осторожно оглядываюсь вокруг.
Ее больше нет! Я слышу, как во мне осталась ее дикая жажда жизни, дерзость и немного злости. Теперь есть только я. Вот так неожиданно закончилась моя битва — теперь у меня ее сила и способность ей управлять. Без угрозы окружающим, так, как мне хочется. Перед глазами мелькают искры новой жизни.
Я отрываюсь от лица Кирилла, он вопросительно смотрит на меня.
— Ведьмы больше нет, она ушла. — Слышу свой изумленный голос.
— Она — это ты, — отзывается Кирилл, я чувствую его дыхание у своего уха и его губы возвращаются к моим губам. Все что происходит потом, происходит только между нами двумя и никого больше не касается.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
