После десяти лет службы у зловредных темных эльфов гоблин стал более чем усердным.
Мэлис поднялась и пошла к выходу из залы.
– Пошли, – приказала она, и две ее дочери, гоблин и одушевленный сундук строем последовали за ней.
Они застали Дзирта в учебном зале за полировкой острых лезвий своих сабель. При виде неожиданных посетителей он вскочил.
– Приветствую тебя, сын мой, – сказала Мэлис более материнским голосом, чем когда-либо слышал Дзирт. – Мы сегодня устроим тебе небольшой экзамен, совсем простой, но необходимый для поступления в Мили-Магтир. Майя встала перед братом. – Я – следующая после тебя по возрасту. Поэтому мне принадлежит право бросить тебе вызов, что я сейчас и делаю.
Дзирт был в полной растерянности. Он никогда не слышал ни о чем подобном.
Подозвав к себе сундук, Майя благоговейно открыла крышку.
– Здесь твое оружие и пивафви. Пришло время тебе надеть полное облачение знатного представителя Дома До'Урден.
Она достала из сундука пару высоких черных сапог и протянула Дзирту.
Юноша живо скинул свои повседневные сапоги и надел новые. Они были невероятно мягкими и так впору пришлись по ноге! Дзирт знал, что они обладают магической силой: в них он сможет передвигаться совершенно бесшумно. Он не перестал еще восхищаться ими, когда Майя протянула ему новый подарок, еще более великолепный.
Уронив пивафви на пол, Дзирт взял серебряную кольчугу. Во всех Королевствах не было доспехов более эластичных и мастерски сделанных, чем дровская кольчуга. Она весила не больше плотной рубашки, а по гибкости не уступала шелку и в то же время способна была отразить удар копья не менее надежно, чем пластинчатая кольчуга дворфов.
– Ты дерешься двумя саблями, поэтому щит тебе не нужен. А оружие свое держи здесь: это более пристало воину-дрову.
С этими словами Майя протянула Дзирту черный кожаный пояс. Вместо пряжки на нем сиял большой изумруд, двое ножен были богато украшены драгоценными камнями.
– Готовься, – скомандовала Майя. – Надо еще заслужить эти дары!
Пока Дзирт облачался в новые доспехи, Мэлис придвинулась к перевоплощенному гоблину, который с возрастающей тревогой начинал осознавать, что сражение окажется не из легких.
– Убьешь его – и все это станет твоим, – пообещала Мэлис.
Гоблин расплылся в довольной улыбке: он не понимал, что никаких шансов против Дзирта у него нет.
Когда Дзирт опять надел и закрепил вокруг шеи пивафви, Майя представила ему ложного война-дрова:
– Это Бьючьюч, мой защитник. Срази его – и получишь эти дары…. и положенное тебе место в доме.
Нимало не сомневаясь в своих возможностях и все еще веря, что предстоящий поединок – простое состязание, Дзирт с готовностью согласился.
– Что ж, начнем! – сказал он, доставая сабли из роскошных ножен.
Мэлис ободряюще кивнула Бьючьючу, тот взял протянутые Майей меч и щит и двинулся прямо на Дзирта.
Вначале Дзирт только прощупывал своего противника, прежде чем приступать к решительным действиям. Однако он почти сразу понял, как неумело обращается Бьючьюч с мечом и щитом. Не догадываясь о том, кем в действительности является это создание, Дзирт не мог поверить, чтобы дров настолько плохо владел оружием.
Он даже подумал, уж не поддается ли ему Бьючьюч, и с этой мыслью продолжал осторожно наступать.
После нескольких необдуманных и непонятных выпадов Бьючьюча Дзирт все же вынужден был перехватить инициативу. Он ударил саблей по щиту Бьючьюча. Тот ответил неуклюжим ударом, и тогда Дзирт свободной саблей выбил меч из его руки и уперся концом сабли в открытую грудь Бьючьюча.
– Слишком уж все легко, – пробормотал юноша. Однако настоящая проверка была еще впереди. По указанию матери Бриза произнесла заклинание, заставившее гоблина оцепенеть в его беспомощной позе. Понимая безвыходность своего положения, Бьючьюч попытался было сбежать, но заклинание Бризы не давало возможности двинуться.
– Заканчивай схватку, – сказала Мэлис. Дзирт поглядел сначала на свою саблю, потом на Мэлис, отказываясь поверить в услышанное.
– Защитник Майи должен умереть, – прорычала Бриза.
– Но я не могу…. – начал было Дзирт.
– Убей! – взревела Мэлис, и на этот раз ее команда была подкреплена колдовской силой.
– Коли! – одновременно приказала Бриза. Дзирт почувствовал, что их слова понуждают его руки к действию. Мысль о том, что нужно убить беспомощного противника, внушала непреодолимое отвращение, и он собрал все душевные силы, пытаясь сопротивляться. Несколько мгновений ему удавалось не подчиниться приказу, но потом оказалось, что он не может отбросить оружие.
– Убей! – закричала Мэлис. – Ударь! – вторила ей Бриза.
Прошло несколько мучительных секунд. Лоб Дзирта покрылся испариной. И вдруг сила воли изменила молодому дрову. Его сабля мгновенно прошла между ребер Бьючьюча, пронзив сердце несчастного. Тогда Бриза сняла заклинание, чтобы Дзирт мог полюбоваться агонией мнимого дрова и услышать его предсмертный хрип.
Бьючьюч рухнул на пол.
Затаив дыхание, Дзирт смотрел на свою саблю, обагренную кровью.
Наступила очередь Майи. Ударив брата по плечу булавой, она уложила его на пол.
– Ты убил моего защитника! – зарычала она. – Теперь будешь драться со мной!
Дзирт вскочил на ноги с одной мыслью – поскорее скрыться от разъяренной женщины. У него не было никакого желания драться. Но не успел он отбросить оружие, как Мэлис, прочитав его мысли, предупредила:
– Если не будешь сражаться, Майя убьет тебя!
– Это несправедливо! – возразил Дзирт, однако слова его потонули в звоне адамантита, поскольку ему пришлось отразить своей саблей сильный удар булавы.
Итак, он опять оказался вовлечен в драку, нравилось ему это или нет. Майя была искусным бойцом: все женщины много часов отводили тренировкам с оружием; к тому же она была физически сильнее брата. Но Дзирт недаром был сыном и любимым учеником Зака. Сказав себе, что другого выхода из этого затруднительного положения нет, он начал хитроумными маневрами отражать удары Майи.
Сабли взлетали и опускались в диком танце, который искренне восхитил Бризу и Майю. Мэлис, казалось, не обращала ни на что внимания, погруженная в колдовское заклинание. Она ничуть не сомневалась, что Дзирту удастся одолеть сестру, и с самого начала строила на этом свои планы.
Дзирт продолжал обороняться, все еще надеясь, что мать проявит снисхождение и остановит бой. Он собирался заставить Майю отступить и сдаться, загнав ее в тупик и положив тем самым конец сражению. Хотелось верить, что Бриза и Мэлис не заставят его убить Майю, как они сделали это с Бьючьючем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
