Так, путешествуя от ветви к ветви, я поверхностно познавала мир живых, и детально изучала мир мертвых. Главы ветвей и даже сами старейшины оказывали мне прямо-таки королевский прием. Меня везде принимали как госпожу. Размещали с комфортом, кормили досыта, беспрепятственно давали допуск во все помещения. Казалось, они видели во мне какого-то Мессию, который вот-вот сотворит чудо. У меня действительно была тайная миссия, но чудо, на которое они так рассчитывают, не случится. Скорее, наоборот.
Куда бы ни лежал мой путь, со мною везде была Зоя. Благодаря ей, я еще не тронулась мозгами. Я чувствовала себя защищенной и оттого более уверенной. Зоя ни на секунду не оставляла меня одну. Ей был нужен этот вояж куда больше, чем мне. Во-первых, девушке, наконец, выпал долгожданный шанс разведать призрачное логово Виктора, а во-вторых, она следила, чтобы я ненароком не выдала и других своих талантов.
Так, к лету 2011 года мы добрались в Екатеринбург, в «Центр», в тайное пристанище Виктора. Мне всегда представлялось это место жутким и мрачным. Этаким склепом без признаков современных удобств. Но на поверку логово оказалось великолепным шедевром архитектурной мысли. Общая панорама напоминала двухъярусный торт. Сферическое четырехэтажное здание из стекла и бетона казалось невесомым. Оно точно парило над землей, едва касаясь макушек деревьев. Вокруг него раскинулся роскошный тенистый парк с вымощенными дорожками. Цепочки фонарей, как жемчужные бусины на торте, причудливыми завитками огибали парк. А громадные цветочные клумбы с пестрым разноцветьем придавали общему виду торжественность. Я восхищенно замерла и не верила глазам. Я не видела ничего прекрасней. Здесь было столько жизни и света, что густая чернота ночи таяла перед этим великолепием и покорно осталась дожидаться рассвета у главных ворот.
Нас уже ожидали стражи из числа личной охраны Виктора. Они были неразговорчивы и не так дружелюбны, как мы ожидали. Нас проводили внутрь здания. Изнутри сфера показалась еще более грандиозной. Громадный купол растворялся в пелене звездного неба. Выпуклые стеклянные стены состояли из квадратных панелей, скрепленных между собой металлическими прутьями. Рисунок повторял паутину. В центре сооружения расположился не менее громадный стальной конус, вершина которого упиралась в свод. Звук шагов отражался от паутин и мелодичным эхом заполнял пространство, релаксируя мое утомленное сознание. В металлическом конусе практически бесшумно раскрылись двери лифта. Наш маршрут лежал глубоко вниз.
Для нас уже были подготовлены отдельные комнаты, но я настояла, чтобы мы поселились в одной. Комната больше походила на допросную камеру: яркое белое освещение, по центру стол и стул, справа – кровать, прикрученная к стене, слева – обзорное окно с видом на соседнюю «камеру», у входной двери – одинокая тумбочка.
– А душевая есть? – растерянно спросила я.
Стражники, как бесчувственные зомби, развернулись и ушли, оставив мой вопрос без внимания.
Мы осмотрелись. Кинули баулы на пол и устало плюхнулись на кровать. Пожалуй, ничего, если ненадолго! При таком освещении отдохнуть и отключиться не удавалось. Мы сидели, уставившись в окошко, в ожидании хоть каких-либо любопытных взглядов. За стеклом мелькали фигуры, облаченное во все белое, но никто не проявлял любопытства к нашим персонам.
Прошло около часа прежде, чем нами заинтересовались. В комнату вошли двое гомотогов. Они принесли сменную одежду – белые лаборантские костюмы, и пакеты с кровью. Нам приказали раздеться полностью. Зоя выполнила приказ без доли смущения. Я же была готова провалиться сквозь землю со стыда, да вот только мы и так уже были глубоко под землей. Нас обдали струей холодного пара из цилиндрического баллона. Оказалось – это и был душ! Мы переодевались под пристальным наблюдением этих двоих. Они не оставили нас, даже когда мы кормились. Только когда мы закончили трапезу, два истукана ожили и зашевелились. Они собрали нашу грязную одежду, опустошенные пакеты от крови и удалились.
В комнате раздалось шипение настенного динамика, из которого прозвучало доброе приветствие знакомым голосом. Виктор желал нам приятного пребывания в «Центре». Он не дал нам возможности отдохнуть с дороги и велел приниматься за дело. Так сказать, «с корабля на бал». В смотровом окне появилось трехмерное изображение Центра. Виртуальная экскурсия не давала мне четкого представления о месте, где мы находились. Зато для Зои все было предельно понятно. Она внимательно изучила схему и могла безошибочно отвести меня в любое место. Однако нам не разрешалось выбираться на поверхность без сопровождения. Зато мы могли беспрепятственно посещать любые уровни подземелья.
Со своей задачей я справилась быстро. Всего за тридцать часов я вместила в банк своей безразмерной памяти еще шестьдесят четыре имени и запаха. Но еще много недель Виктор нас не отпускал. Я очень тревожилась, что он оставит меня тут навечно.
Я подвергалась множеству проверок и тестов, которые без труда проходила. Я могла определить любого, кто пытался ко мне приблизиться. Даже когда силы были на исходе, и я отчаянно сопротивлялась сну, он не давал мне спуску. Задания становились сложнее и изощреннее. Я должна была выявлять гомотогов и на поверхности среди людей, и в отдаленных бункерах, среди ароматизированных реагентов. Мне приходилось концентрироваться на полную, чтобы действительно учуять гомотогов. Я не могла пользоваться другими навыками, их мне все еще приходилось тщательно скрывать. Но ощущение, что Виктор ожидает от меня большего, чуть не сломало мою оборону. Когда я ненароком улавливала мысли экзаменаторов – они были словно намеренно запутаны; а если я неожиданно теряла сознание и фантомно переносилась вслед за искомым объектом, то путь оказывался заведомо ложным. Казалось, что Виктор уже встречал подобные проявления силы и нарочно манипулирует мной, чтобы вывести на чистую воду. Но я держалась.
Виктор не собирался нас отпускать назад в Москву, по крайней мере, меня. Зое он предлагал выбор, и та на мое счастье решила остаться в Центре. Ей еще требовалось время, чтобы побольше разузнать о планах Виктора. А мне требовались ответы о том, кто я.
Мы начали свое тайное расследование с изучения работы Центра. Под разными предлогами мы несколько раз поднимались на поверхность. Благодаря светофильтрам солнечный свет не причинял боли. Наверху было тихо и спокойно. Хоть издали, через призму окон, но я могла любоваться изумрудным парком. Это сферическое сооружение служило не только пропускным пунктом для сотрудников, которые массовым потоком приходили к девяти утра и таким же потоком покидали рабочее место в шесть часов вечера, пять дней в неделю от звонка до звонка. Его главным предназначением было аккумулировать энергию, за счет которой питалось все подземелье. И, судя по яркому освещению, мощности было с лихвой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
