— А там и израильтяне русских евреев, в числе прочих русских, расстреливали, не считали они нас евреями, — горько усмехнулся старый раввин. — Так что не было у него другого выбора.
Израильтяне расстреливали евреев из России⁈ Мошико было трудно в это поверить, но дедушка Исаак лгать не стал бы. А раз так, то в этот самый Израиль он точно не поедет. Что тогда делать? А только одно — вербоваться к иперцам. Причем идти учиться на пилота. Раз его альтер-эго сумел стать командиром крейсера, то и он сумеет. Со временем.
— Ой, что ты удумал, дурака кусок! — всплеснула руками женщина, когда сын озвучил ей свое решение.
— Тихо, Ривка! — поднял руку старый раввин. — Парень совершенно прав. Пусть идет, пусть учится и строит свою жизнь. Она теперь намертво и навсегда спаяна с империей. Вскоре я соберу людей и расскажу, что с ними делали в другой реальности те, на кого они надеялись. Думаю, многие все поймут, как нужно. Не дети.
— Ох, дай то Бог… — вздохнула женщина, давно разуверившаяся в здравомыслии взрослых мужчин. Сколько бы лет им ни было, а все равно те же самые мальчишки. Только игрушки подороже.
— Поймут. Я постараюсь, чтобы поняли.
Исаак Соломонович принял решение, и теперь намерен был привести его в жизнь. Имперцу Моисею он поверил сразу и навсегда. Не зря происходящее раньше вызывало у него немалые подозрения. Не нужны русские нигде, кроме как в самой России, кем бы они ни были. Евреями, русскими, украинцами, бурятами, коми или казахами. Все равно в глазах всего мира они русские, а значит, подлежат обязательному уничтожению. И надо не позволить сделать этого. Если он сможет приложить к этому благому делу свои руки, то значит не зря прожил свою жизнь.
Глава 11
Витька сидел за пультом сканеров и анализировал через имплант поступающую от них информацию. Этот самый имплант оказался чудной штукой, не хуже, чем нейросети, описанные в фантастических книгах, которые он запоем читал еще до прилета имперцев. Действительно, немалой вычислительной мощи компьютер, формируемый прямо из тканей мозга носителя, давал очень много возможностей. Он позволял мысленно управлять всеми своими функциями и настройками, связываться с другими людьми, просматривать интернет, отслеживать состояние здоровья и управлять техникой в прямом подключении. Вот научиться пользоваться имплантом оказалось не так-то просто, почти два месяца на это ушло.
Давно мечтавший вырваться из захолустного Вышнего Волочка, в котором родился и вырос, Витька завербовался к имперцам через какой-то месяц после их прилета. Родители, напуганные жестокостью и бескомпромиссностью новой власти, изо всех сил пытались его отговорить, но парень стоял на своем и, невзирая на слезы матери, позвонил в имперскую службу занятости. Когда его спросили, кем хочет стать, Витька ляпнул, что с детства мечтал быть исследователем космоса. Вот его и отправили учиться на оператора мобильных сканирующих систем. Именно такие стояли на разведывательных корветах. Помимо того сказали, что отслужив оператором пять лет, претендент получит право выучиться на пустотного планетолога.
Вживление в мозг импланта и учеба посредством информационных пакетов стали для Витьки откровением. Он узнал столько нового и невероятного, что слов для описания не находилось. Наверное, именно благодаря восторженным постам парня в соцсетях его бывший класс почти в полном составе завербовался к имперцам, разлетевшись по всем их планетам. Сам Витька остался на Земле, по окончании полугода учебы и тренировок его приписали к системному флоту Солнечной системы, распределив на только сошедший со стапелей корвет Д-4689 «Колибри». Кораблик вполне соответствовал названию, поскольку и в самом деле был крохотным, едва восемь метров в длину, напоминая по форме слегка вытянутый вперед объемный ромб. Для посадки на планеты он не предназначался, хотя в крайнем случае мог сесть и снова взлететь, но для этого требовалось недюжинное мастерство и немалый опыт пилота.
Сегодня перед экипажем поставили задачу обследование сегмента Р-3426 колец Сатурна. На более высокой орбите газового гиганта недавно было завершено создание большой орбитальной станции, скорее даже целого города, в котором вполне могли жить, не особо теснясь, больше трехсот тысяч человек. Назвали ее «Циолковский», именно там отныне и базировался системный флот. Он состоял из четырех сотен корветов и ста двадцати фрегатов, не считая трех тысяч истребителей классов «Орлан», «Беркут» и «МиГ-256».
Командовала «Колибри» Леночка Ставрис, по отцу гречанка, а по матери — русская. Точнее, как она сама сказала, в их семье каких только кровей ни смешалось. Красива девушка была настолько, что у Витьки во рту пересыхало, стоило взглянуть на ее точеный профиль и пушистые черные волосы. Хотелось бы с ней встречаться, но ему ли, неуклюжему медведю, на такое замахиваться? Да и имперка она, парень ее плохо понимал, Леночка реагировала на все совсем не так, как землянки. Третьей в экипаже была эскимоска Кэргынавыт Анйалык, не слишком красивая на лицо, зато фигурой обладавшая потрясающей. Они, по словам Леночки, росли в одном интернате, поскольку родители обеих погибли еще в родной реальности во время исследования какого-то объекта в дальнем космосе, вместе и подали заявку на «Снегирь».
Поначалу Витька весьма неуютно чувствовал себя в обществе имперских девушек, они, например, не имели никакого понятия о стыдливости и вполне могли выйти позавтракать обнаженными, удивляясь, что оператор сканеров при виде этого краснеет и прячет глаза. А уж какие странные вещи подруги порой обсуждали между собой! Когда парень впервые услышал, как они сравнивают размеры и форму мужского достоинства ребят, с которыми когда-либо встречались, он чуть со стыда не сгорел. Имперки же только удивленно посмотрели на него и продолжили обсуждение, вскоре придя к выводу, что им нужен один муж, поскольку расставаться они не желают. Поэтому следует найти выносливого парня, способного удовлетворить обеих в полной мере. Витька никак не мог понять, это они так издеваются над ним или все-таки всерьез. Но, в конце концов, привык и перестал обращать внимание на разгуливающих по кораблю нагишом девушек. Поглядывал, конечно, украдкой, больно уж зрелище приятное для мужского взгляда, но и только. Однажды только попытался намекнуть, что был бы совсем не прочь, но его явно не поняли, только странно посмотрели и перевели разговор на другую тему.
Поначалу обследование лун и астероидов казалось интересным, но вскоре несколько наскучило. Командование системного флота приказало искать все необычное, и оператору сканеров приходилось быть очень внимательным, чтобы ничего не упустить. Конечно, его дублировал навигационный искин, но у последнего и других дел хватало, потому он выделял на анализ результатов сканирования не более двух процентов своих вычислительных мощностей.
Пилотировала Леночка великолепно, «Колибри» перелетел к следующему астероиду в кольце настолько незаметно, что даже не вздрогнул. Затем пилот завесила корабль на определенном уставом трехсотметровом расстоянии от каменной поверхности и кивнула Витьке, без промедления начавшему сканирование. Быстро получив первые результаты, оператор при помощи искина разработал программу облета астероида и передал ее Кэргынавыт, являющейся штурманом. Та адаптировала ее и переслала Леночка. «Колибри» медленно двинулся вперед, позволяя Витьке тщательно просканировать каждый метр поверхности. На полное ее изучение ушло около шести часов напряженной работы. К сожалению, ничего, кроме нескольких глубоких каверн, не нашлось, да плюс следы ильменитовой руды, а это титан. Поэтому результаты без промедления отослали в Планетологическую службу — титан необходим империи, как воздух. В любых количествах.
— Пошли обедать! — Леночка позвала Витьку, не спеша раздеваясь догола, ока как раз стягивала трусики, отчего он опять покраснел и спрятал глаза. — Кэргынавыт обещала сегодня что-то особенное сготовить. Вот ума не приложу, как она ухитряется от обычного пищевого синтезатора такого добиваться! Я сколько ни пыталась — ничего не получается!
