что-то огненный шар, но он прошел сквозь него, как и это нечто прошло сквозь Гинтара к Валанди. От яркого света отделилась часть, похожая на руку, и ею нечто ударило несильно Валанди в лоб.
— Я тебе уже говорил, что нечего лезть ко мне когда я работаю! — голос Сектара! Это нечто было им!
— Сектар? — в один голос ахнули остальные, и лишь после этого нечто стало принимать более явственные очертания. Сектар! Точно, он! Его голос слышался, словно сам эльф был в длинной пещере, и эхо казалось громче. Его тело было прозрачным — Гинтар видел через грудь брата Валанди. — Это же высшая магия! Как ты…
— Это не телепорт, но магия действительно высшая, — он говорил и голос его с каждым словом хрипел. Призрачными глазами младший туманный смотрел на Валанди так, как этой ночью смотрел Гинтар. Изучал, запоминал… прощался?..
Точно! Отойдя от шока вся компания видела, как этот призрак старел с каждой секундой! Одна — минус десять лет жизни. Вторая — ещё десять лет. Счет шел на секунды!
— Сектар, немедленно прекрати это творить! — истошно закричал Гинтар.
— Перестань… — тихо произнесла Валанди, за криком Гина он мог и не услышать, но они были связаны и мысленно, поэтому он все слышал. — Опять? Ты опять жертвуешь собой?! Тебе было мало того раза? Нам не нужна помощь, если цена — твоя жизнь! Не смей умирать, пока я тебе не отомстила.
«Почему? Почему ты не сказал? — на глаза ее навернулись слезы, она поняла, что он прощается с ней. Почувствовала это в нем. — Как же я ненавижу тебя сейчас! Только попробуй умереть. Я тебя не прощу за это. Так и знай, я стану некромантом и буду воскрешать тебя то и дело, чтобы поиздеваться. Заканчивай здесь и иди спасать свою жизнь. И чтоб ответил мне, когда позову в следующий раз!»
Призрачная фигура протянула ладонь к щеке Валанди, и большой палец стёр бегущую слезинку. Сектар улыбнулся Валанди так, как никогда не улыбался. Только матери — нежно, ласково и любяще.
— Я люблю тебя, Валанди, — это все, что он ей ответил и, отойдя, пошел к барьеру.
— Сектар, нет, — вновь закричал Гин, бросаясь к брату, но вместо того, чтобы схватить его за плечи, прошел сквозь него. Обернулся, попытался опять, так снова и снова: — Нет, Сектар, ты умрешь! Ты уже умираешь!
— Прошу, остановись! — подхватила этот крик и Кая, хотела броситься к нему, но Зак не отпустил, удержал, видя, что это бесполезно.
К барьеру туманный подошёл уже стариком. Он поднял свои худые морщинистые руки с обвисшей кожей, его иссохшие губы что-то говорили, что-то непонятное, пока Гинтар пытался докричаться до его разума.
— Не смей, я тебя предупредила! Сектар! — Валанди сорвалась со своего места и вытянула руку в попытке прикоснуться к прозрачной фигуре, но и ее рука прошла сквозь. А потом Сектар и вовсе пропал. Рассыпался на миллиарды осколков, как и барьер, осыпая их прозрачной пылью. — Нет!
Валанди упала на колени в снег, ощущая, что он пропал не только здесь, но и связь, что объединяла их, вновь оборвалась, как когда она сняла кольцо. Она звала его, звала без остановки и уже не различала, делала ли это в голос или мысленно. Она увидела, как рядом с ней упал Гинтар, ему было в разы больнее видеть смерть родного брата. Солнечная обняла своего туманного, разделяя с ним эту скорбь. Здравомыслящая часть ее сознания кричала голосом Сектара, что она глупая и пора действовать, ведь барьер упал, и маги вряд ли это не заметили. Но им нужна была минута, всего минута, чтобы осознать утрату, а после… Она пойдет и перебьет всех магов в этой проклятой башне.
Закнеыл, в счет своих натянутых отношений с Сектаром, был в компании более здравомыслящим. Он понимал боль, он понимал горечь, которая была у Гинтара, и не очень понимал её в Валанди. Но нужно было бежать вперёд, к замку.
Грубо, да, но иначе не мог, звёздный за шкирятник схватил каждого и втащил на территорию Белых магов, после чего, идя позади всех, толкал их вперёд, пока они действительно не видны на каких-нибудь магических радарах.
Башня приближалась, точнее путники приближались к ней. Гинтар немного успокоился. Он ещё не до конца осознал это… Ведь перед ним был Сектар, но лишь его духовная часть, и… Пока не пройдёт время, или пока он не увидит его тело… Поверить, что любимого младшего брата больше нет — просто невозможно.
— Стойте, — Кая резко остановилась, останавливались и спутники. Она почувствовала запах, принесенный ветром издалека. Знакомый запах, но здесь его учуять никак не думала. И он становился сильнее. Его было много, запах шерсти принадлежал не одному зверю. А потом появился волчий вой. Волки учуяли и их тоже, и теперь созывали всех стражей башни сюда. — Их много… Слишком много, — напряженно добавила лунная.
— Вперёд, просто убьем всех, кто встанет на нашем пути, — Валанди забыла все свои слова о том, что нечего убивать всех подряд.
— Не бросайся в самое пекло, — остановил ее Зак. — Стоишь сзади и стреляешь, остальное предоставь нам.
Солнечная зашипела на него, но согласилась, достала лук и приготовилась.
Если честно, и Гинтар забыл о своих словах. Маги повинны в смерти Сектара. Нет, они не убивали напрямую, но умер он из-за них, из-за этого проклятого пророчества, которое никто из четвёрки не хотел, никому это не было нужно! Все были счастливы, так почему?! Будь проклят Гинтар, который решил Кае тогда показать Ниварну! Будь проклят Закнеыл, что был тогда там, будь проклято это пророчество!
Три, четыре, пять, семь… Десять льдин появилось вокруг туманного, и четвёрка стала ждать стражей Белой башни. Ждали недолго. Сначала послышалось рычание, а потом десятки, сотни светящихся глаз окружили их. Снежные волки — крупные цепные псы магов. Они были везде — на скалах по бокам, на поле впереди, даже умудрились неслышно обойти их и встать сзади.
Ведомые чьим-то приказом звери набросились на эльфов, и Гинтар обрушил свой гнев на зверей, уничтожая всех, кто подходил к ним более, чем на метр.
Кая обратилась, не задумываясь, под её клыки и когти попали волки, решившие наброситься на самого слабого — Валанди. Зверь не отходила от неё ни на шаг, на лету ловила бросающихся волков, пока солнечная прикрывала мужчин. Так они и сражались — Валанди и Гинтар прикрывали спину Закнеыла, которому доставалось больше всех в счет его человеческой формы, в отличие от защищающей Валанди Каи, которую спасала
