статус фракции не получали.
Детальный анализ показал, что он обладает по меньшей мере несколькими высококлассными эксклюзивами. Силовая броня, тяжёлый двуручный электромолот, прекрасно работающий как против обладателей костюмов, так и против зомби. Об обычной электронике и сложном современном оружии и вовсе речи не идёт. Оно у них было. Редкие и ценные символы власти. А ещё Лас-Вегас окружал пятнадцатиметровый забор с лазерными турелями… Которые, по оценкам Афины, прекрасно справлялись как с наземными целями, так и воздушными, низколетящими объектами. Другими словами — дронами.
К ним отправился один из наших лучших дипломатов вместе с группой прикрытия. Проверенные бойцы, опытный переговорщик. Мы не беженцы, не кочевники, не захудалая банда, а фракция. И фракция сильная. О нас за прошедшее время, благодаря Суперцентрам связи и радиосообщениям, уже знали, пожалуй, во всей Северной Америке и всей северной части Южной Америки.
Мы смотрели за тем, как мой человек вышел вперёд, представился, обозначил свой статус дипломата, что во все времена означало неприкосновенность и гарантии от других правителей. К нему вышел мужик в боевой броне, улыбнулся, и через миг мой дипломат оказался на земле. Все, кто смотрел за этим видео, стали свидетелями жестокого избиения безоружного дипломата. На фоне в это же время Афина демонстрировала статус трёх бойцов сопровождения. Менее чем за десять секунд их имена покраснели, затем почернели и исчезли… Смерть.
И это было лишь начало видеозаписи. Шлем всё это записывал и передавал основной группе, что осталась на побережье, и они, здраво оценив разницу в силах, решили отступать. Корабль, на котором они приплыли, в это же самое время взяли штурмом, и моих моряков и офицеров на корабле пленили либо убили. Всё, что успели сделать оставшиеся бойцы, — разбежаться и выбраться с боем из оцепления и окружения, а один даже успел добраться до работающего здания с радиостанцией и зашифровать для Афины сигнал с видео сообщением, что продолжало записывать всё это время. Она же его во время очередного сканирования и забрала, после чего передала мне…
Дипломат же оказался за воротами, ведущими в столицу азартных игр, и шлем передал всем нам суровую правду о том, во что превратился этот город. Думаю, чем-то таким стал бы и Майами, если бы китайские нацисты сумели его захватить…
Зрелище заставляло кровь кипеть даже у меня. Хотя я смотрел это уже второй раз. Мои люди полностью разделяли мои чувства. Дипломата тащили, били, пытались выковырять из шлема, но не могли разобраться с защёлками. Ему выстрелили в колено. Он не стал ничего говорить. И его потащили, как мешок с дерьмом, по грязным улицам в крупнейшее казино города. Альфред Тигулла превратил его в собственный дворец и украсил… по своему вкусу. Кажется, я когда-то видел кадры из одного фильма, вызвавшего много переполоха в общественности. Головы людей, насаженные на колья. Клетки с полуживыми людьми, рабы с цепями на шеях… Альфред Тигулла, видимо, попытался воплотить в жизнь всё то отвратное, что сценаристы сумели вписать в эту киноленту.
Пинки, страдания, плач, крики. Всё это было музыкой для ушей правителя ближайшей к нам фракции. Власть превратила его в психа. Аномального психа, которого почему-то до сих пор не убили более здравомыслящие члены фракции. Странно это… Он в своей броне смотрелся внушительно, но вместе с тем и отвращение вызывала его самодовольная рожа. Как и слова, что вылетали из его грязного рта.
«Не хочет снимать шлем? Дайте-ка я попробую его стянуть…» — сказал он в самом конце записи и протянул руку-манипулятор, которой можно было, пожалуй, вагон приподнять. Конечно же, шлем не выдержал. И имя моего дипломата стало чёрным, а затем исчезло с потемневшего экрана прервавшейся записи.
— Четверо убиты в Лас-Вегасе, шестеро в Лос-Анджелесе. Восемь человек попало в плен, и четверо сбежали, скрываются где-то на территории штата. Таков итог нашей дипломатической миссии о мире и процветании, торговле и взаимовыручке на западное побережье США к первой независимой фракции, сумевшей возвыситься на фоне многих других группировок. На повестку дня поднимается вопрос об объявлении войны фракции Лас-Вегас. Прошу вас всех проголосовать. Все, кто за, — поднимите руки, — произнёс я и прикрыл глаза.
Пять ударов сердца, и я вновь посмотрел на членов совета.
— Единогласно.
Двенадцать часов спустя…
Первая Тихоокеанская флотилия Круизеров собиралась у контрольной точки в порту Панамы. Основная масса кораблей были из числа прошедших проверку, ремонт и восстановление военных судов стран Латинской Америки и США. Люди рыскали повсюду, пытаясь найти, зацепить на буксир и притащить военные символы прошлого ради светлого будущего. Новоявленному адмиралу флота в усиление отправили несколько судов экспедиционной группы. Вернулся собранный на терминаловских верфях современный боевой фрегат из чилийской командировки. Отплыла основавшая аванпост на Гавайских островах боевая группа во главе с ракетным крейсером проекта «Тикондерога». Через вновь активную водную артерию, Панамский канал, на другую сторону континента для усиления флотилии продвигался всё ещё единственный авианосец Круизеров.
Кроме привычной боевой группы кораблей, при подготовке к войне Михаилу пришлось отказаться от покупки очередного эсминца. Хороший проект, достойный корабль, способный бороться как с подлодками потенциального врага, так и с многочисленной авиацией противника. Первая часть интересовала Круизеров в меньшей степени, но возможности этого корабля, что на десятилетие опередил развитие военно-морского флота Земли в части контроля неба, были невероятно важными. К сожалению, на него не осталось ОД. Ведь более трёхсот тысяч ОД понадобилось на покупку особого корабля сопровождения. Проект назывался «Щитовик», и по своим характеристикам корабль был ни рыбой, ни мясом. Не фрегат, и не эсминец. Даже не корвет. Какой-то новый тип, который так и решили обозначить «Щитовиком» или же более официально — щитовым-линейным кораблём поддержки. Его суть была очень проста… Это напичканная пушками и датчиками платформа занималась тем, что захватывала радарами и уничтожала быстролетящие объекты, угрожающие флоту. Что-то похожее на ПВО, только более специализированное, способное работать по низколетящим объектам и атаковать идущие близко к поверхности воды торпеды. Настоящий щит, прикрывающий флот. Один корабль по эффективности не должен был уступать семи-восьми кораблям с установленными системами ПВО последнего поколения.
Он был довольно крупным, закрытым и во многом автоматизированным. Его мы и решили испытать на практике, доставив обучавшихся в столице членов экипажа к нашей новой прелести. Вторую половину очков достижений мы потратили на одну очень интересную и полезную примочку, устанавливаемую практически на любой более-менее крупный корабль. А возможно, и на суше ей найдётся применение… Оценить её мы смогли не сразу, и если бы не наши спецы по вооружению, сидящие в капсулах
