— Тогда зачем вам мстить, раз ваш отец сам влюбился в тетю и бросил вашу мать? — недоумевает Ракель.
— Я ни в чем не виню папулю. Потому что эта дура сама позарилась на его богатства. И он, к счастью, это понял. А потом извинился передо мной и моей матерью. Попросил у нее прощения за то, что был слеп. И по своему желанию решил выплачивать ей деньги на содержание каждый месяц со дня развода.
— Вы же говорили, что Гильберт сам предложил тете буквально весь мир.
— Предложил, потому что она влюбила его в себя! Любовь всегда отключает мозги и заставляет делать глупые, необдуманные поступки. Из-за чего некоторые люди порой лишаются всего, что у них было. Если бы их отношения продлились еще пару-тройку лет, то отец мог запросто отдать ей все свое состояние. И дом, и машины, и магазины, которые расположены по всей Англии и до сих пор приносят моей семье отличную прибыль.
— В таком случае в разводе родителей вам нужно винить своего отца. Потому что он бросил вашу мать, а не она – его.
— Я виню отца только в одном – в том, что он позволил себе влюбиться и помыкать собой. Что так и не вернулся к маме, которая надеялась, что этот человек одумается. Да, папуля попросил прощения и решил обеспечивать ее. Но они так и не воссоединились. — Элеанор бросает короткий взгляд в сторону. — Кроме того, я злюсь из-за того, что он совершенно спокойно приводил эту шлюху в наш дом. Ладно бы это было временное увлечение. Желание почувствовать себя нужным. Но ведь на этом все не закончилось. Отец всерьез задумывался о том, чтобы поселить эту женщину у нас дома, жениться на ней и уговорить родить ребенка.
— В любом случае это не вина моей тети. Она не виновата в том, что вашему отцу захотелось поразвлекаться с молодой девушкой.
— Ладно бы он развлекался с порядочной девушкой. Но отец развлекался с какой-то шлюхой, которая трахалась с другими мужиками за деньги.
— Уверена, что тетя Алисия вовсе не хотела рушить ни чьи семьи и просто пыталась заработать за учебу и на жизнь.
— Заработала и потеряла их в одно мгновение! Если бы она была лапочкой и во всем подчинялась бы моему отцу, то она не была бы вынуждена просить строго определенную сумму и получать ее только лишь после подробного отчета о том, куда они пойдут.
— Думайте, моя тетя захотела бы быть под таким давлением? Постоянно во всем отчитываться и делать что-то только лишь после разрешения своего господина!
— Она была обязана вести себя тише травы, ниже воды. Однако из-за ее выкрутасов и истерик отец начал очень внимательно контролировать все ее расходы. А иногда лично что-то покупал. Из-за этого ей было трудно купить билет хотя бы для того, чтобы уехать в другой город.
— Уверена, что это была инициатива вашего отца. А тете все это никогда не было нужно.
— Ну да, твою тетушку явно не пугала жизнь в нищете, раз уж она так легко сбежала. — Элеанор ехидно усмехается. — Уж не знаю, начала ли она снова прыгать из одной койки в другую. Но видно, у нее были денежки на нормальную жизнь. Наверное, мамочка с папочкой помогали. Или же твоя тетушка все-таки вернулась к тому, с чего начинала, и развлекала мужиков за деньги.
Элеанор замолкает на пару секунд.
— Видно, она накопила достаточно денег, чтобы полететь за границу и навестить тебя и твоих мамочку с папочкой, — предполагает Элеанор. — Только вот ей так и не удалось улететь.
— А? — округляет глаза Ракель.
— Однажды один знакомый моего папы позвонил ему и сообщил, что Алисия находится в аэропорту и готовится к посадке на самолет до Нью-Йорка. Ну папуля приказал своим охранникам и водителю собираться и на всех порах помчался туда. Боялся не успеть. — Элеанор ехидно усмехается. — Но к счастью, он все-таки поймал ее как раз перед началом посадки на самолет и повез к себе домой, несмотря на ее ярое сопротивление. Знала бы, сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы не устроить скандал и не прибить эту сучку прямо там.
— И сколько же лет прошло с ее побега и случая в аэропорту? — неуверенно интересуется Ракель.
— Если точно, то одиннадцать.
— Одиннадцать? То есть, все эти годы ваш отец пытался найти мою тетю?
— И ни разу не терял надежду. Если хочешь знать, отец познакомился с Алисией в начале тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года, когда мне было всего лет десять. А она сбежала от него где-то в конце года… И была поймана в тысяча девятьсот девяносто восьмом году.
— В год, когда его убили?
— Это произошло в один день.
— То есть?
— Отец привез Алисию к себе домой и сообщил ей, что уволил весь персонал модного бизнеса и положил конец существованию модной империи твоей тетушки. Таким образом он выполнил свое обещание лишить ее всего, чем одарил в самом начале их отношений.
— Значит, вот что…
— Да, ты думала, что модный бизнес якобы был разорен, но на самом деле это не так.
— А почему никто не узнал, что произошло?
— Все просто: мой отец приказал написать во всех газетах и журналах о закрытии модного бизнеса Алисии, которая, по их словам, приняла решение жить спокойной жизнью и больше не быть частью модного бизнеса. — Элеанор замолкает на пару секунд. — И отчасти это правда , потому что папа заявил, что больше не позволит ей работать в этой сфере. Дал понять, что она все еще зависит лишь от него: если хочет жить хорошо – пусть выходит за него замуж и рожает ребенка, а желает снова скакать по койкам и быть нищей – ради бога.
Элеанор снова начинает медленно ходить кругами и продолжает рассказывать свою историю, сцепив руки за спиной.
— Ну а что случилось потом, ты уже знаешь, — уверенно говорит Элеанор. — Но я тебе напомню, если твоя память не очень хорошая.
Элеанор хитро улыбается.
— Так что… — задумчиво произносит Элеанор. — После того как мой отец лишил Алисию всех способ заработка и закрыл ее модный бизнес, он решил, что сможет привязать эту девчонку к себе и заставить ее играть по его правилам. Папа полагал, что твоя тетка смирится со своим положением и поймет, что так было бы для нее лучше. Как говорится, стерпится, да слюбится.
— Вы же говорили, что Гильберт хотел найти ее, чтобы отомстить ей, — напоминает Ракель. — Что он прозрел и понял, что совершил ошибку, влюбившись в тетю.
— Верно… Но не зря все говорили, что папуля был очень добрым и светлым человеком. В какой-то момент он решил дать этой шлюхе еще один шанс начать жить как королева. Ради любви папуля был готов простить эту шваль и дать возможность сделать его счастливым и улучшить свою жизнь.
— Неужели он любил ее?
— Да-да, даже спустя одиннадцать лет папуля в глубине души продолжал любить эту женщину и надеялся привязать ее к себе, — уверенно говорит Элеанор. — Ему даже было все равно, если бы ее в нем привлекали лишь деньги и статус.
— Видно, вы пошли по его стопам, раз пытайтесь отомстить моей тете за убийство своего отца вот уже шестнадцать лет.
— Ну если бы она хоть немного думала своей башкой, то я бы, возможно, не трогала ее. Если бы эта тварь не сделала то, что сделала в тот день, когда ее поймали в аэропорту. К слову, тогда я еще тогда не знала, что Алисия еще и едва не убила мою подругу Инес. Ладно, твоя тетка была слишком упрямой, сопротивлялась и пыталась сбежать. Она должна была понимать, что папины люди и он сам тут же пресекли бы любые ее попытки сбежать. И все так и было. Ей не удавалось уйти дальше выхода из дома, ибо ее тут же хватали под руки и тащили в кабинет отца.
— Ладно… В таком случае может, вы расскажете свою версию того, почему тетя убила Гильберта?
— Вообще-то у них была довольная долгая и серьезная ссора, и я не знаю всех подробностей. Но знаю, что в какой-то момент отец захотел показать этой курице, от кого она зависит, и кто все решает. Не смог устоять против ее красоты… Твоя тетка в то время была той еще конфеткой – молодая, красивая и худенькая… — Элеанор ехидно улыбается. — Должна признаться, что даже сейчас она выглядит шикарно в свои сорок семь. Все такая же стройная и ухоженная. А в тридцать один год твоя тетка была очень хороша собой… Не удивительно, что мой отец потерял от нее голову и был ею одержим. Да и ее умения соблазнять тоже имели месту быть.
