Проклятый Букаха…
Вот и доверяй после этого предателям…
– Ну, ладно, спасибо вам за ценные сведения, – поднялся с соседнего с Пашкиным лежака Граненыч и поклонился Марфе.
Стрелку он пожал руку.
Специалист по волшебным наукам рассеянно проделал то же самое, только наоборот, и они уже собрались уходить, как дед Зимарь снова ударил кулаком в ладошку, крякнул, словно решился на что-то, и преградил им путь.
– А послушайте-ка вы меня, старика, ребята… Все говорят, что я на этого Костея похож как кот на кошку. Так?
Агафон нервно покосился на старого друга в новом, безволосом образе, и молча кивнул.
– Похожи, дедушка, страсть как похожи! – пылко поддержал и деда и мага Пашка. – Я вас как увидел, как очнулся-то, так чуть ума не решился – думал, это он!.. За
мной пришел, думал…И глаз у него страшный… и пальцы были в крови… и… и…
– Не отдадим мы тебя ему, голубь, даже и не надейся, – похлопала его по плечу и приобняла Марфа, и мальчик расслабился.
– А я и не боюсь ничего, – выпятил нижнюю губу и снисходительно хмыкнул он, но вывернуться из объятий толстушки попытки не сделал.
– Ну, так вот, – заговорщицки прищурился старик в неярком свете коптилки и обвел
умным взглядом командующего обороной Лукоморска и его зама. – Мне тут одна мысль
в голову пришла, как свечка вспыхнула, как нам на этом нашем сходстве сыграть, и машине новой до нас добраться не дать.
– И как?..
– А вот садитесь-ка рядком, да послушайте ладком…
– Ну, ладно, – потрепала по вихрам Пашку Марфа и встала. – Вы тут заговоры стройте, да разговоры разговаривайте, а мне работать пора.
– Вы куда?.. – встрепенулся и подскочил стрелок.
– На дежурство, конечно, – повела мощным покатым плечом ведьма. – Ночь-то еще не кончилась.
– И я с вами!.. – его словно пружиной подбросило с лежака. – И я!.. Где мой лук?
– Тебе нельзя, ты болеешь!.. – протестующее вскинула пухлые ладони Марфа, но такой преградой воинственного вольного стрелка было в лазарете не удержать.
– Нет! Я уже всё! Я передумал! – протестующее мотнул он головой и перекинул ремень колчана через плечо. – Мне нельзя болеть!
– Это еще почему? – возмутилась ведьма. – Всем можно, а тебе нельзя?
– Да, мне – нельзя, – хитро глянул он на слегка опешившую от такого напора тетку Марфу. – Полковник Гвоздев сказал, и ты подтвердила, что сегодня ночью от меня зависит весь город!
– Ну, а знахарское искусство что по этому поводу скажет? – полностью разоруженная, она призвала на помощь подкрепление в виде деда Зимаря, надеясь,
что тот запретит пережившему потрясение маленькому охотнику лететь сегодня с ней.
Но – клин клином вышибают.
– Знахарское искусство пожелает не попадать ко мне в руки как можно дольше, –
смешливо собрал морщинки в углах глаз дед. – Но если что – помогу, чем могу и не могу.
– Вот видишь!.. – расплылся в торжествующей улыбке Пашка и решительно зашагал к двери. – Ну, пошли быстрей, тетка Марфа! Ночь-то еще не кончилась!..
* * *
Вечером пятого дня, когда по-осеннему рано стемнело, и дорогу среди деревьев было не разглядеть уже на расстоянии вытянутой руки, похитители яйца спешились на окраине леса под высоким холмом, на котором, словно громадное вычурное надгробие всем надеждам1, зловещим черным силуэтом на черном фоне ночного неба, испещренного иголочными уколами звезд, возвышался замок Костея.
Они взобрались на холм почти ползком по шершавой шуршащей траве и прижались к холодной, словно отполированной черной стене.
– Находка? – вопросительно прошептала Серафима, оглядываясь по сторонам в поисках октябришны.
– Д-да… – еле слышным дрожащим шепотом отозвалась та откуда-то слева.
Было похоже, что, в отличие от царевны, возвращение к замку далось ей не так
легко и безболезненно, и если бы не ее клятва защищать свою благодетельницу и не роль, отведенная ей в плане, она бы набралась смелости и попросила подождать на расстоянии.
Желательно километров в сто.
– Ну, не дрожи так, Находочка, – Серафима бережно сжала холодную руку октябришны в своей – сухой и горячей. – Всё пройдет хорошо. У меня такое предчувствие, правда. Как ученица убыр, ты веришь в предчувствия?
– Д-да… Н-нет… Н-не з-знаю…
– Не веришь – проверишь, – сжала несопротивляющуюся ладонь Серафима. – Вот увидишь – прорвемся. И ты нам поможешь. Получится?
Находка перестала дрожать, сделала несколько неровных вдохов-выдохов, потом затаила дыхание и на выдохе кивнула, уже спокойнее:
– Да. Сейчас. Погодите.
Она отошла в сторону, повернулась к черной стене, сложила ладошки лодочкой и торопливо что-то в них зашептала.
Иванушка с интересом выгнул шею, выглядывая из-за плеча своей супруги, умруны обернулись, Серафима сжала кулаки, и тут же радостно перевела дыхание: между
ладонями Находки возник и ожил бледный, пугливо вздрагивающий желтоватый огонек. Продолжая шептать, ученица убыр медленно обошла всех присутствующих, останавливаясь напротив каждого на несколько секунд, потом резко схлопнула ладони и тут же снова развела их. Огонек продолжал светиться, но теперь ровным голубоватым светом, заливающим все вокруг в радиусе трех метров.
-начало сноски-
1 – Какие надежды, такое и надгробие.
-
– Всё, – несколько успокоившись, прошептала она. – Теперь, кроме нас, его никто не увидит. Можно начинать.
– Ну, что? – едва слышным шепотом дохнула в ухо Иванушки Серафима. – Готов?
– Готов, – так же беззвучно кивнул в ответ тот и приступил к делу.
Для начала ему предстояло найти участок стены, свободный от прижавшихся к нему умрунов, Находки и Серафимы.
Ему это удалось с третьей попытки, и он застыл перед открывшимся перед ним
монолитом, размышляя, как бы сподручнее приняться за работу. Раньше стены резать ему не приходилось, но в его представлении это было делом хоть и трудоемким, но выполнимым, и вот теперь ему предстояло доказать это на практике.
Ощупав еще раз – на всякий случай – обреченный участок стены перед собой, он мягко и осторожно воткнул клинок по самую рукоятку в гладкий камень и повел его вниз, потом влево, затем вверх и вправо, пока проем будущего хода не был
полностью очерчен, и тут же проворно отскочил в сторону, приземлившись на чьи-то ноги, чтобы избежать личного участия в следующем этапе, предусмотренном его планом: падения вырезанного фрагмента стены.
Владелец ног терпеливо промолчал, и лишь постарался как можно более тактично извлечь свои отдавленные конечности из-под каблуков царевича.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
