Владелец ног терпеливо промолчал, и лишь постарался как можно более тактично извлечь свои отдавленные конечности из-под каблуков царевича.
Тот шепотом ойкнул, извинился и отступил еще на шаг, перейдя на следующий комплект ног.
Потом повторил маневр.
И только тогда его внимание привлек более важный факт: стена оставалась на предписанном ей архитектором месте, и падать, по-видимому, не собиралась.
Может, ее надо подтолкнуть?..
Подковырнуть?..
Постучать?..
Произведя все три действия поочередно и вместе, Иван понял, что самое интересное только начинается.
– Ты ее по кусочкам отрезай, – посоветовала сдавленным шепотом супруга сразу, как только ей стал ясен смысл производимых царевичем манипуляций. – Ты же ее, наверняка, не насквозь прорезал.
Иванушка согласно кивнул и стал отрезать стену по кускам.
Делом это оказалось нелегким и еще более неблагодарным, чем он ожидал.
Через час стена была искромсана как жертва маньяка, Серафима и Находка замерзли, ему самому пот заливал глаза, а проход шириной в метр и высотой в рост Ивана углубился едва ли на полметра.
– Какой толщины эта стена, кто-нибудь знает? – тяжело дыша, он привалился спиной к неровной, ощетинившейся острыми ребрами и корявыми ямами иссеченной, расковырянной поверхности и стер рукавом с лица пот и мелкие осколки изувеченного камня.
– Сержант Щур как-то упоминал, что на этой стене могут свободно разъехаться две колесницы, – с готовностью сообщил Терентий.
– Две?.. А вы ничего не путаете? Сколько это в метрах? – предчувствуя недоброе, нервно поинтересовалась Серафима. – Со второй линии обороны, из моей башни, она не казалась настолько толстой…
– Метров пять-шесть, – предположил голос слева.
– Не меньше, – согласился с ним голос сзади.
Царевна задумалась.
– Иван, как ты считаешь, ты сможешь прорубить проход… пролаз… или хоть что-нибудь, через что мы могли бы пробраться внутрь, сквозь такую толщу?
– В принципе, уже положен неплохой задел, и, по моему мнению, нет ничего невозможного… – сам не веря в то, что произносят его губы, заговорил он, и с каждым словом – бодрым, вселяющим уверенность в успехе их предприятия – он всё больше понимал, что за ночь прорубить такую дыру не в состоянии даже его безотказный меч.
Вот если бы к волшебному мечу еще бы и волшебное кайло, или волшебную совковую лопату…
– …и это не может не подтверждать, что теоретически препятствий для выполнения
нашей задачи не существует… – закончил он тоном, который чаще используется для произнесения заупокойных молитв и оглашения некрологов.
– То есть, ты не сможешь ее прорубить? – сделала правильный вывод из речи мужа царевна.
– Нет, смогу, – сердито тряхнул головой, он, отгоняя мрачные мысли, стиснул зубы и снова, с удвоенной яростью набросился на многострадальную стену.
Богатырский натиск продолжался в течение получаса, пока, наконец, похрустывая наваленным на землю фаршем из черного гранита, из провала не показался сам богатырь с убитым видом и не прошептал растеряно:
– Кажется, я уперся…
– Во что? – кинулись к нему все, и он развел руками:
– Мой проход стал получаться каким-то… сужающимся… иначе камень невозможно было вырубать… меч должен входить под углом… И вот как-то незаметно получилось… я оказался в клиновидном тупике…
– И что теперь делать? – плохо понимая объяснение, но сердцем чувствуя, что в
клиновидном тупике ничего хорошего произойти не может, тревожно спросила Находка.
Иванушка понуро пожал плечами:
– Конечно, можно начать расширять этот проем, но, чтобы пробиться через стену в пять метров толщиной, нужно провести вычисления, составить пропорцию, вывести закономерность…
– На сколько? – не очень вежливо оборвала ученые рассуждения благоверного царевна, предчувствуя катастрофу их предприятия.
– Метров до пяти… – виновато отвел глаза Иван. – Потому что он всё время сужается и сужается…
– Мы чем-нибудь можем помочь, Иван? – выступил вперед Кондрат.
– Нет, спасибо… – покачал встрепанной головой тот.
– Понятно, – коротко кивнула Серафима. – Какие будут еще идеи?
– Может, сделать подкоп? – нерешительно проговорил голос справа, кажется, Наум.
– Ты хочешь сказать, «упростим задачу»? – невесело хохотнул кто-то рядом с ним.
– Или перелезть?.. – высказали мысль слева.
– Снаружи они гладкие, как стекло, – напомнил солдат справа.
– По крайней мере, выше нашей дыры, – угрюмо уточнил Иван.
– Или, может, применить… волшебство?.. – предложил кто-то хриплый слева, выговаривая последнее слово так, будто жевал бутерброд из половой тряпки с мокрицами.
Беда замолкла и выжидательно повернулась к ученице убыр.
– Я… не знаю, что с ней можно сделать… – едва слышно прошептала Находка и залилась краской стыда.
– Тогда как мы попадем внутрь?..
– Пройдем через ворота, – вдруг уверенно заявила Серафима.
– ЧТО?!.. – подскочил и чуть не нарушил всю маскировку Иван. – Но это же самоубийство!..
– Есть, конечно, еще один вариант, – невозмутимо пожала невидимыми в темноте плечами его супруга.
– Ну, вот видишь! – с облегчением перевел он дух. – Какой же?
– Развернуться и пойти, куда глаза глядят. Но не домой. Потому что если мы не перетянем Змиуланию на свою сторону, то дома у нас не будет уже очень скоро.
Иванушка возмущенно набрал полную грудь воздуха, чтобы немедленно противопоставить ее пессимизму какой-нибудь убийственный контраргумент, начал что-то говорить, запнулся, начал снова, и опять осекся, потом замычал, как от зубной боли, затряс головой и бессильно выдохнул:
– Да…
– Я так и думала, что ты меня поддержишь, – удовлетворенно кивнула она. – Теперь давайте думать, кому часовые на воротах могут открыть ночью пусть если не охраняемый объект, то хотя бы ма-аленькую калиточку в нем.
– Гонцу? – радостно предположил Иван. – Гонец может прибыть в любое время дня и…
– Сообщение между отрядами производится посредством связных на коврах, – остудил его энтузиазм один из солдат.
– М-да… – невесело вздохнула царевна и выразила всеобщую мысль: – Масдай бы нам сейчас не помешал…
Все замолчали, чувствуя, что добавить они могут немного.
– А, может, вместо стены мне лучше прорубить ворота? – через пять минут вдруг
снова оживился Иван. – Наверняка ведь они ну, если не спят, то дремлют на посту, а пока сообразят, что происходит, мы уже будем с той стороны!..
– С той стороны за воротами на ночь опускается тройная железная решетка, – хмуро сообщил хриплый голос слева.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
