ранее золотые грибы». Да ты сам бы не устоял от такой находки — целый город руинников! — всплескивает руками мама.
— Вот не надо о прошлом! — отец прячет смущенную улыбку в отросшей бороде. — Если ты не забыла, то это нашей дочери предлагают такую опасную работу!.. А если она встретит руинников? Тивара, ты и сама знаешь, что нет более странной дивности, чем руинник — может помочь, а может и растерзать, просто проходя мимо…
— Вот я не верю во все эти истории «мы просто шли себе, никого не трогали, а руинник как выскочит и одним махом убьет половину отряда»…
Пенси отодвигает в сторону контракт и откидывается на спинку мягкого кресла. Родители могут спорить долго, но это не совсем то, что она хочет услышать. Кейра, тоже недовольная перепалкой бабушки и дедушки, тянется к острому ножу, забытому на полу. Это мгновенно прекращает спор: мама возвращается к морсу, отец — к вырезанию игрушки. Но каждый остается при своем мнении.
* * *
— Кейра — удивительный и милый ребенок, такая общительная и ласковая, — уже вечером говорит мама. Она помогает убрать со стола после ужина, пока дедушка ведет умываться внучку.
— Останься в этом доме еще на недельку и будешь скучать по тишине и одиночеству, — фыркает Пенси. Но это она не всерьез: родители приезжают достаточно часто, и внучка растет у них на глазах.
— Вопросы детей не заканчиваются никогда, а когда у детей появляются дети, этих самых вопросов становится только больше, — смеется мама, а потом признается: — Мне казалось, Кейра будет похожей на тебя. Конечно, с возрастом какие-то черты еще могут проявиться... Ты точно не помнишь ее отца?
— А что мне до него сейчас? — резче, чем следует, отвечает Пенси. Удивительно, чего бы это маме поднимать эту тему спустя столько лет.
— О, какой-то там охотник меня интересует только с точки зрения физического здоровья, которое он мог передать твоей дочери, — взмахивает руками мама и похлопывает Пенси по спине. — Ее ум и любознательность уж точно от тебя! Но внешность… Не видела я еще людей с таким оттенком волос, как у Кейры. Вот мне и интересно: может, ее отец был из дальнего селения или в его роду кто-то попадал под действие Черного леса. Или… — мама чуть виновато смотрит на Пенси, и та вдруг понимает без слов.
— Или же кто-то из моих настоящих родственников отличался цветом волос. Ты это хочешь сказать?
— Да, — кивает она. — Я всё думаю, что в твоих путешествиях есть смысл. Может, в одном из них ты встретишь своих настоящих родных и что-то узнаешь о себе?
— Мне и так ясно, кто мои настоящие родные и кто я, — Пенси берет мать за руку и прикладывает ее теплую ладонь к своей щеке. — И, мам, я полностью довольна всеми своими родственниками.
— Спасибо, милая. И не беспокойся насчет отца, если ты захочешь принять участие в этой экспедиции, мы поддержим тебя. Ты действительно у нас Удачливая: достаточно твое желания вернуться — и, я уверена, у тебя это получится! Лоухи как-то сказал, что у Удачливых это выходит само собой…
Вскоре родители уезжают, вдоволь обнявшись с внучкой, сводив на прогулку, осчастливив безделушками и нужными подарками и даже пожарив вкуснейшее мясо на открытой жаровне во дворе. Дни становятся холоднее, а ночи длиннее. Тот разговор с родителями всё никак не идет из головы. Пенси теперь рассматривает экспедицию с разных позиций. Возможно, в Ледяном краю, вдали от людей, найдется еще видерс или же что-то, что поможет Пенси больше узнать о каренах и их истории. Есть ли шанс, что в далекие дали забредет Ланалейтис или Халис? После раздумий она решает, что есть. Хотя звать своих странных знакомых — руинников — к костру она не станет. Вряд ли обычные охотники будут рады таким собеседникам.
Пенси подписывает контракт одной глухой зимней ночью. Неожиданно для Тамари выпадает много снега, из-за чего дом больше напоминает огромный снежный холм, чем жилище человека. Выйти на крыльцо, не говоря уже о том, чтобы оказаться за пределом двора, становится в один момент подвигом: так сильно замело всё вокруг. В этой тишине, под сопение сонной Кейры, Пенси решается и подписывает контракт. Ей действительно есть ради чего рисковать жизнью. Ей стоит оказаться в Ледяном краю хотя бы ради вишневых волос дочери.
3-4
Отряд выходит за черту, отмеченную Крайним прибежищем, рано утром. Впрочем, только благодаря часам и внутреннему чутью ясно, что ночь сменилась днем. Серое марево вокруг чуть лучше беспросветной темноты: и в такой ситуации особенно начинаешь ценить искристый белый снег. Если на Людоедском перевале солнце редко, но проглядывало сквозь переплетенные ветви деревьев, то здесь подобное даже летом относится к особенным, редким чудесам.
Вокруг царит молчание: всё, что нужно, было сказано в предыдущие дни и вчерашний последний вечер. Слышны только редкие советы и указания от лидеров. Пенси оглядывается, насколько позволяет капюшон: три отряда по восемь человек — это не особо много. Однако для такой вылазки — первой вылазки — больше, чем достаточно. Она не знакома и с половиной участвующих, а распознать среди них кого-либо почти невозможно: одинаковая экипировка стирает различия. Но каждый из участников — не абы какой охотник и профессионал. По слухам, старейшины пытались созвать всех Удачливых, которых только смогли разыскать, но согласились только трое. Участники полностью экипированы и вооружены силами союза охотников. Подготовка к экспедиции заняла больше года. Пенси подписала свой контракт едва ли не в последних рядах, и ей немного не по себе от такого размаха.
Местные со страхом следят за тем, как парами охотники проходят мимо символических ворот в ледяное безумие. Напоследок Пенси хочется обернуться и глянуть на ошарашенные, а может наоборот сочувствующие или хоронящие их взгляды. Но сделать этого ей не удается: тропы Ледяного края отличаются от тех, которыми она ходила. Лед под ногами жесткий, а очищенный от снежной крошки и вовсе скользкий и неровный. Приходится внимательно следить за тем, куда и как ставишь ноги.
Первые полчаса пути под гудящим холодным ветром, всерьез разгулявшимся по открытому пространству возле Крайнего прибежища, оказываются лишь разминкой. Сразу под кронами Черного леса обнаруживается холмистая местность, никогда прежде нехоженая, дикая и, естественно, опасная. Вечная мерзлота покрывает землю неровным слоем: она то хрупкая, как стекло,
