Так что же такое гедонизм, к которому следовало бы стремиться? Я думаю сейчас, что это полный отказ от борьбы, от всякого сопротивления, противодействия. Это чистое, спонтанное действие-движение на незанятых клетках жизни, представляющейся здесь своеобразной шахматной доской, действие, которое совершается тобою так, словно бы есть только они одни, эти не занятые ничем клетки. Так, словно бы ограничения, накладываемые содержательностью, отсутствуют… Но здесь следует обучиться тому, как «ходить» на этом искривленном поле, поле, которое должно восприниматься тобой как неискривленное.
Здесь тебе (как шахматной «фигуре») нужны какие-то новые правила, новые степени свободы, дарованные новым видением мира. «Доска» стала объемной, но способен ли ты ощущать этот объем, достаточны ли возможности твоего психического аппарата, чтобы чисто технически обеспечить тебе это ощущение?… К сожалению, ответ на этот вопрос носит риторический характер: каков он - «Да!» или «Нет!» - не имеет значения. Даже если «Да!» здесь - «неправильный ответ», у нас просто нет другого выбора, ибо ответ «Нет!» в этом случае - никуда не годится, даже если он «правильный».
Если, действительно, «правильный ответ» - «Нет!», то с гедонизмом просто ничего не получится, а без гедонизма - не получится ничего, поскольку жизнь теряет при таком раскладе свой всякий смысл - тускнеет и проституируется. Гедонист в этом смысле это тот, кто играет ва-банк: или счастлив, или пошло все к черту! Однако же эта тактика не должна быть риском, что возможно, на мой взгляд, лишь при отказе от борьбы, от всякого сопротивления. Теперь странный вопрос, который я не могу не сформулировать именно так и только так: хватит ли у нас сил, чтобы заставить себя жить? Ответ за подлинным гедонистом…
Вместо эпилога
Если в названии значится слово «самоучитель» - это, как вы понимаете, означает, что автор фактически снимает с себя полную ответственность за достижение заявленной им в названии цели - будь то игра на гитаре или искусство пасьянса. Я и опечален, что дело обстоит именно таким образом, но, казалось бы, если тебя это так смущает - смени название… Однако же от этого ничего не изменится: назови я эту книгу «учебником» - результат все равно всегда дело рук своего творца. И если я мечтаю виртуозно играть на гитаре или с легкостью раскладывать пасьянсы - это ведь мое собственное умение, следовательно, мне, а не кому-нибудь придется его осваивать. Понятное дело, что такие цели, как «свобода», «философствование», «психологическая чуткость», - это еще более головокружительные номера, нежели музицирование или карточная игра. Так что…
Но это именно «самоучитель», и именно потому, что его цели - это свобода, умение думать корректно и психологическая чуткость. Этому просто нельзя учить - в этих вопросах недопустимо никакое давление, а школярство просто противопоказано. Но я очень хочу, чтобы всякий научился этому! - поэтому я и писал эту книгу. Если вы лишь мельком просмотрели ее, забавляясь персонажем, историями и «меткими замечаниями» автора, - эта работа не достигла своей цели, я сожалею. Каждый вопрос, поставленный в этой книге, требует принятия и истинно глубокого вопрошания - только тогда от ее прочтения будет какой-то толк. Все, что я говорю здесь, я отношу и к себе, причем к себе - в первую очередь. Вместе с тем помните: если что-то кажется вам нелепым - это вам так кажется, если же вы чего-то не можете понять - вы просто не хотите этого, и это ваше право; я со своей стороны лишь могу предложить вам то, что имею, рассчитывая, что это вам как-то поможет.
Так не пишут ни в предисловиях, ни в послесловиях, но я все-таки скажу: мне совершенно неинтересна критика моей работы, мне интересен ее эффект; я писал эту книгу, желая развенчать губительные социальные и мыслительные стереотипы, желая освободить человека для чистого познания. Кто может знать, насколько это мне удалось? Если же эта задача оказалась невыполненной в каком-то конкретном случае, не думаю, что это моя вина. По крайней мере, я не буду чувствовать себя виноватым (возможно, уже просто нечего было разрушать или же невозможно было разрушить). Сопротивляйтесь мне - я даже рад этому. Скажите, что я не открыл Америк, только не вешайте на них амбарных замков. Скажите, что все это уже было сказано; правда, здесь я отвечу: то, что сказано, что все уже сказано, уже было сказано - Экклезиастом.
Эта книга - собеседник. Она разворачивает мышление, переживание, пространство и время читающего, который все-таки задался целью перестать причитать и жаловаться на жизнь, решившись, наконец, достичь желаемого собственными силами. Я знаю, что это возможно, и я желаю этого каждому. Сделать же это за другого - не в моих силах, да и никто не сможет сделать это за другого: чтобы произошло наводнение, вода сама должна выйти из берегов, хотя помощников может быть тьма-тьмущая и они всегда есть, но не будет воды - не будет и наводнения…
Сейчас человечество неустанно кричит о грядущих трагедиях, впрочем, этот крик был популярен во все времена, только если раньше в большей мере опасались Страшного суда и чумы, то сейчас экологической катастрофы и СПИДа… Кто осмелится утверждать, что что-то изменилось принципиальным образом?… Я не думаю, что имеет смысл кричать, настало время отдаться своему страху, чтобы он в страхе же и ретировался. Беда ныне, как и прежде, ищется вовне. Я же полагаю, что основная проблема человечества спрятана глубоко в нас самих и, конечно, «далеко за» всеми этими формально-логическими опасениями. Человек - существо социальное, но социальность эта не в отношениях масс, организаций, государств, этике и эстетике, социальность человека в глубоком и искреннем отношении между двумя. Если вы почувствовали такое отношение с Семен Семенычем (или со мной), эта книга уже дала замечательные результаты. А если не почувствовали - теперь вы знаете «нет», значит, когда-нибудь, при каких-нибудь иных обстоятельствах яснее будет «да».
Мир слишком сложен - я знаю это, или кажется, что знаю. Но так или иначе, именно по этой причине я и написал «достаточно сложную книгу», ведь она о нем (если мне только это не кажется)… Я догадываюсь, что немногие сразу же вняли моим увещеваниям читать ее вдумчиво, не спеша, осознавая глубину живущих в ней символов, аллегорий, метафор, принципов и тенденций. Впрочем, я и сам дал к тому повод, потешаясь от одного рассказа к другому, отвлекая тем самым своего читателя от основной задачи; но я априори очень нежно отношусь к своему читателю, и нет ничего странного в том, что я хотел порадовать его, в меру своих скромных сил и возможностей.
Но я не писал эту книгу специально для этого, все имеющиеся в ней казусы и забавные эпизоды не придумывались мною специально, а как-то сами собой рождались по ходу. Они приходили ко мне, а я лишь акцентировал их, поскольку прекрасно знаю, что такое читать «философские тексты», которые, к сожалению, очень сложны в своей композиции, точнее, не то чтобы сложны… Они не предполагают читателя - вот что плохо. Я же упростил эти рассказы, насколько это было возможно, надеясь, что основное содержание моего труда родится не в форме слов на этих страницах, а мыслями в голове моего читателя. Только в том случае, если мне это удалось, я могу считать свою работу удачной.
Невозможно получить новое знание, перебирая старые идеи, а существующее философское и психологическое знание ни одного действительно мыслящего человека, на мой взгляд, удовлетворить не может. Философия ходит по кругу однажды поставленных ею проблем, не делая никаких принципиальных уровневых переходов в феномене познания. После Платона ничего лучшего создано не было, хотя вот подпортили многое. Обратитесь к его диалогам, и вы увидите в философском тексте живого человека, а потом почитайте современных экзистенциалистов… Вы поймете, что здесь уже речь идет (и это в лучшем случае!) о клинической смерти. Холодный интеллект растоптал человека как объект своего изучения, Платон же радовал тех, кто был рядом с ним…
Философия и психология в том виде, которые представлены здесь, это инструменты нашего с вами существования, причем, как мне представляется, хорошие, удобные, эффективные инструменты. Это то, что нужно освоить, пробудить в себе всякому, кто хочет быть свободным и приносить радость любимым людям. Что может быть лучше возможности осчастливить любимого человека?… Да и что еще в этой жизни может быть нам нужно?
Я благодарен каждому, кто читал эту книгу, и смею надеяться, что это время не было потрачено даром. А еще я надеюсь, что Вы не раз вернетесь к ней - к нашему Семен Семенычу. Спасибо! Удачи! И до свидания…
1996-2002
Андрей КурпатовThis file was created with BookDesigner program [email protected] 06.05.2008
