Этот журнал появился в апреле 1972 года в количестве 50 копий. Спустя много лет рассказ впервые издается официально – в этом сборнике. «Супермозг» – это раннее произведение автора, который впоследствии напишет «Девушку с татуировкой дракона». По этому рассказу видно, что уже подростком Стиг Ларссон обладал талантом рассказчика. Уже в семнадцать лет его волновали такие вопросы, как злоупотребление властью, ограничение гражданских свобод граждан, притеснение верхними классами нижних. Построение рассказа свидетельствует о том, что уже тогда Стиг Ларссон умел создать напряжение, постепенно раскрывая читателю детали происходящего. Перед нами не только первая работа создателя Лисбет Саландер, но и признание в любви к двум жанрам – научно-фантастическому и детективному, страсть к писательству и приверженность к идеям справедливости, сострадания и гражданских свобод.
Мистеру Майклу Ноябрю Коллинзу
Сектор 41
Альдедо-стрит
8048 Нью-Йорк 18–A–34
Мистер Майкл Ноябрь Коллинз – это я. Письмо, адресованное на мое имя, ранним утром прибыло через почтопровод. Джудит, моя жена, достала его из корзинки на кухонном столе, прочитала имя адресата и протянула мне. Уже по конверту я понял, что письмо необычное. Вместо отправителя – штамп, означавший, что отправку оплатило правительство – или налогоплательщики, если выражаться точнее. Нечасто я получаю письма от правительства. До этого момента подобное случилось только один раз, когда два года назад мне повезло выиграть золотую медаль в беге на Олимпийских играх. Тогда президент направил мне свои поздравления. Тогда был 2172 год, сейчас 2174-й, а мой мировой рекорд так никто до сих пор и не побил. Я вскрыл конверт.
Майкл Ноябрь Коллинз 46-06-18
Мистер Коллинз, по приказу правительства вас просят явиться на медицинское обследование к доктору Вестеру, Бостонский университет, Государственное исследовательское отделение, 24 августа 2174 года.
За текстом следовала неразборчивая подпись и внизу пометка «секретарь».
Я недоуменно уставился на письмо, гадая, что все это значит. Тем временем Майкл-младший и Тина подбежали обнять меня на прощание – их уже ждал школьный лифт. Пока я обнимал детей и прощался, Джудит вынула письмо у меня из рук.
– Что они имеют в виду? – спросила она.
– Понятия не имею, милая. Видимо, придется поехать туда и узнать.
– Но зачем им тебя обследовать?
Я притянул жену к себе и поцеловал.
– Наверное, это как-то связано с моей физической формой. Я вообще-то поставил несколько мировых рекордов.
– Но при чем тут правительство?
– Ни малейшего понятия, – ответил я, пожимая плечами. – Со временем мы все узнаем.
– Доктор Марк Вестер, – повторил я.
Я говорил с девушкой на стойке информации в главном корпусе Бостонского университета.
– Как я могу его найти? – нетерпеливо спросил я.
– Я позвоню его секретарю. На это может уйти некоторое время. Как вы, наверное, знаете, Бостонский университет не просто учебное заведение, а государственный исследовательский центр, и здесь строгие формальности.
– Нет, я этого не знал. А не могли бы вы сообщить, зачем я здесь.
– Вам назначено обследование. Так написано в письме.
Она подняла трубку и набрала номер.
– Мэри? Это звонят со стойки информации. Вы ожидаете визита господина Майкла Ноября Коллинза? Он уже здесь.
Тишина.
– Хорошо, я направлю его к вам.
Улыбнувшись, она показала на одетого в униформу мужчину, сидевшего в стеклянной будке.
– Поговорите с ним. Я позвоню ему, и он проводит вас к доктору Вестеру.
Девушка снова подняла трубку. Я двинулся через холл. Разговор был закончен еще до того, как я прошел половину пути. Мужчина в униформе поднялся со стула, вышел из будки и поприветствовал меня рукопожатием.
– Вам нужен доктор Марк Вестер, правильно?
– Именно так.
– Прекрасно. Я провожу вас. Следуйте за мной.
Идя за ним следом, я чувствовал нарастающую тревогу. У меня было чувство, что что-то не так, но я не знал, что именно. Это незнание только добавляло к тревоге раздражительности. Два раза охранники в униформе останавливали нас и спрашивали пропуск, но мой спутник только показывал на меня и говорил: «Он к доктору Вестеру».
Тревога и недоумение нарастали, и под конец я не смог удержаться от вопроса, зачем мне к доктору Вестеру. Но охранник знал не больше девушки в холле. Наконец мы прибыли на место.
Медсестра, судя по всему Мэри, попросила меня присесть на диван и сказала, что доктор примет через минутку. Через три минуты из кабинета вышел рослый широкоплечий мужчина лет пятидесяти. Лицо и руки его были покрыты ровным загаром, какой можно получить только на солнце, а не из баночки в магазине. Вид у него был ухоженный.
– Спасибо за то, что пришли, – сказал он, протягивая руку.
Я пожал ее и спросил:
– Может, вы расскажете мне, зачем я здесь?
– А разве они не написали в письме? Вас должны обследовать.
– Написали, но я не понимаю почему.
– Вот как?.. Скоро узнаете. Но это целиком и полностью зависит от результатов обследования.
– Правда? Я не уверен, что испытываю большое желание проходить это обследование. Я в превосходной форме. Это необходимо в моей профессии.
– Да, я знаю, что вы в прекрасной форме, но мне необходимо узнать, в каком состоянии ваши внутренние органы.
Он усмехнулся и похлопал меня по спине, приглашая в кабинет.
– Я не знал, что Бостонский университет теперь государственный исследовательский центр. А студенты здесь еще имеются?
– Только по специализированным направлениям. Общественность мало осведомлена о нашей деятельности.
– И в чем она заключается?
– Вообще-то мне запрещено распространяться на этот счет; могу только вкратце сказать, что мы занимаемся исследованиями в области биологии.
– И какое это имеет ко мне отношение? Я-то тут при чем?
– К сожалению, не могу посвятить вас в детали до того, как мы проведем все необходимые тесты.
– Вот как… Тогда лучше приступайте сразу. Я хочу быстрее вернуться домой к Джудит и детям.
– Ах да, вы ведь женаты, – констатировал Вестер и почесал макушку.
– Именно так. На лучшей в мире женщине, – улыбнулся я.
– Поздравляю. Сам я не женат, детей нет, да и возраст уже не тот, чтобы об этом думать. Но я рад, что вы согласны на обследование.
– Когда вы начнете?
– Завтра.
– Завтра? Я надеялся, что все можно успеть сегодня.
– Речь идет о сложных и основательных исследованиях, требующих времени. Но вы не переживайте. Мы подготовили вам отдельную палату в университете. И вы всегда можете позвонить жене.
– И сколько дней это займет?
– Сложно сказать. Возможно, неделю. Если все пойдет так, как мы рассчитываем.
– Неделю?! Что же это за исследования? Я хочу знать. Почему я здесь? Как вы собираетесь меня обследовать? Зачем?
– Я уже сказал, что не могу ничего вам рассказать, пока не готовы результаты обследования.
– В таком разе я отказываюсь, – отрезал я.
Вестер улыбнулся:
– Друг мой, только не волнуйтесь. Тесты абсолютно безопасные, могу вас заверить.
– Это неважно, – продолжил я. – Мне важна причина. Или вы ее назовете – или я отказываюсь от участия.
– Вы не все поняли. У вас нет выбора, участвовать или нет. Вы будете обследоваться. Это приказ.
– Чей приказ?
– Правительства.
– К черту правительство, – разозлился я. – Я отказываюсь.
– У вас нет выбора.
– Конечно, есть. Я могу встать и выйти вот в эту дверь, – сказал я, поднимаясь.
– Взгляните на эти бумаги, – сказал Вестер, когда я уже взялся за ручку двери.
– Зачем?
– Потому что этот документ касается вас.
– До свидания, – сказал я, толкая дверь.
