– Не поддавайтесь им, – прошептал он. – Все у вас будет отлично. Вы же Гамильтон, верно?
Сара улыбнулась и подняла голову выше.
– О да! – прошептала она в ответ.
– Вот так-то лучше. Вы уже и говорите как герцогиня.
Вздрогнув, Сара недоверчиво посмотрела на Робби:
– Вовсе нет!
– Да, да, Сара, это у вас в крови. Хоть вы и родились в Америке, родословную у вас не отнять.
Сара покачала головой, но времени раздумывать над словами Робби уже не было, так как оркестр заиграл мелодию первого танца.
Сара остановилась у окна, где было прохладнее. Ноги у нее гудели, а лицо было разгоряченным от движения и радостного волнения. Она не пропустила ни одного танца и чувствовала себя счастливой. Оглянувшись, не следит ли за ней кто, она быстро промокнула пот на лбу кончиками перчаток.
Джеймс танцевал с маленькой блондинкой. Сара внимательно вгляделась в эту пару, когда они кружились недалеко от оркестра. Кажется, он держит девушку ближе, чем позволяют приличия. И почему его партнерша все время улыбается, как будто они делятся интимными секретами?
Сара нервно взмахнула веером. В первый раз она видела Джеймса в обществе. Женщины слетались к нему, как бабочки на огонь, и он их не обескураживал – напротив, он улыбался им всем вместе и каждой в отдельности.
Какой же она была глупой и наивной! Конечно, в Элворде Джеймс казался ей очень привлекательным – как и любой женщине на ее месте; она же была для него просто единственной девушкой, с кем он мог флиртовать. Как она могла забыть о разнице в их положении!
– Мисс Гамильтон, не так ли?
Сара обернулась и увидела улыбающихся ей двух пожилых дам. Впрочем, улыбки не затрагивали их холодных глаз, которыми они буквально сверлили ее. Одна дама была невысокого роста, с острым, загнутым книзу носом, вторая – высокая и весьма худая.
– Здравствуйте. – Сара заставила себя улыбнуться. Она предпочла бы проигнорировать этих явных сплетниц, но вежливость и осторожность победили.
– Вы, вероятно, нас не помните? – сказала остроклювая.
Сара покачала головой:
– Боюсь, что нет. Я должна была увидеть вас во время встречи гостей, но, признаться, с непривычки под конец приема у меня зарябило в глазах.
– Хм! – Клюв надменно задрался кверху. – Ну так вот, я герцогиня Ротингем. – Женщина выжидающе подняла брови, но Сара только недоумевающе смотрела на нее. – Мать леди Шарлотты Уикфорд!
Заметив, что губы женщины сжались в тонкую линию, а брови нахмурились, Сара поспешно улыбнулась, очевидно, герцогиня ожидала более выраженной реакции на свое сообщение, но Сара действительно не знала, кто такая мисс Уикфорд, и поэтому вопросительно взглянула на компаньонку герцогини. У бедняги от растерянности открылся рот.
– Это леди Хаффингтон, – процедила сквозь зубы герцогиня.
– Здравствуйте, – вежливо кивнула Сара.
Леди Хаффингтон, очевидно, так и не пришла в себя, все же закрыла рот и кивнула в ответ. Герцогиня шумно задышала.
– Насколько мы понимаем, вы остановились у его светлости герцога Элворда?
– Да, это так.
– Вы особо близкий друг его семейства?
Какое право имеет эта женщина устраивать ей допрос, возмутилась про себя Сара. Несомненно, она считает, что ее положение позволяет ей вести себя абсолютно бесцеремонно.
– О нет, что вы. Еще месяц назад я даже не подозревала о существовании герцога.
– В самом деле? – В ледяном голосе герцогини прозвучало недоверие.
– Ну да, конечно. – Сара старалась придать себе бестолковый и наивный вид. – Мне так повезло, что меня приняли герцог и его семья. Понимаете, мой покойный отец был братом графа Уэстбрука, то есть дядей ныне живущего графа. Когда отец взял с меня обещание вернуться в Англию, он не знал, что его брат уже умер. Разумеется, я не смогла остановиться в холостяцком доме своего кузена. Если бы меня не пригласили в свой дом герцог и его семья, просто не знаю, что бы я стала делать. – Сара остановилась, давая себе передышку, и улыбнулась. – Я так рада хоть немного помочь этой семье за гостеприимство.
У меня есть опыт работы с молодыми девушками, поэтому я наблюдаю за сестрой его сиятельства во время ее выхода в свет.
– А! – Губы герцогини изобразили сдержанную улыбку. – Значит, вы компаньонка нашей милой Лиззи. Это приятно.
Она обернулась к своей компаньонке, совершенно игнорируя Сару, как будто та внезапно стала невидимой.
Однако Сара ничуть не обиделась – она была довольна своей находчивостью. Очевидно, сначала по какой-то причине герцогиня почувствовала в ней угрозу; но слуги не представляют никакой угрозы, так что Сара в качестве компаньонки оказалась просто слишком нарядной служанкой.
Музыка еще не смолкла, когда к ней подошли Джеймс и его партнерша по танцу. Голова девушки едва доходила Саре до плеч; у нее были изящные черты лица и холодные, сдержанные манеры. Выглядела она как дорогая куколка из фарфора.
– Сара, я видел, что вы уже познакомились с герцогиней и леди Хаффингтон. А это дочь герцогини, леди Шарлотта. Шарлотта, познакомьтесь с мисс Сарой Гамильтон из Филадельфии.
Сара улыбнулась, и уголки губ леди Шарлотты судорожно дернулись, изображая встречную улыбку.
– Очень рада. – Шарлотта зевнула, прикрыв ротик крошечной ладошкой. Она так и не подняла глаза выше корсажа Сары. Герцогине было чему поучиться у своей надменной дочери.
В зале зазвучали первые звуки вальса.
– Могу я пригласить вас на танец, мисс Гамильтон? Неожиданно атмосфера на их маленьком пятачке бального зала стала сгущаться, но отступать было некуда, и Сара позволила Джеймсу вывести ее в центр зала.
– Я ошибаюсь, или леди вокруг действительно стали вдруг несколько холодны? – прошептал Джеймс на ухо Саре.
– Я бы даже назвала их замороженными! – Сара пыталась подавить дрожь, когда он положил руку ей на талию, напомнив себе, что она всего лишь его очередная партнерша по танцам. – Думаю, вы можете совершить тактическую ошибку, ваша светлость, – сказала она, когда он закружил ее в танце.
– Сара, пожалуйста, зовите меня Джеймс. Если вы будете говорить мне на ухо, никто не услышит, какую смелость вы себе позволяете.
Дыхание Сары стало сбивчивым.
– Перестаньте!
– Вы слишком часто повторяете эту фразу, дорогая. Не позволяйте ей войти в привычку, потому что это далеко не те слова, которые я хотел бы от вас услышать, когда снова уложу вас в свою кровать. Приучайтесь говорить «Да» или «О да» или просто «О», с соответствующей интонацией, конечно. Коротко и выразительно или протяжно, как будто стон.
– Джеймс, прекратите немедленно!
– Вот видите, я знал, что заставлю вас назвать меня по имени. – Склонив к ней голову, герцог весело рассмеялся. – Вот только почему вы думаете, что я совершаю тактическую ошибку? Я полагал, что веду себя безупречно.
