– Ну, как знаешь. Теперь вас осталось двое: ты и Димон. Он сейчас, кажется, осуществляет предвыборную поездку? Аркадий недавно говорил, что на днях должен вернуться. Я прав? Так вот, дорогой мой товарищ Руслан, именно сегодня вечером я окончательно вышел на след следующего убийства. И, пока еще потенциальный труп, – при этих словах он с силой ткнул Руслана в грудь, – не попал в опасную зону, из которой уже нет выхода, прими мой совет. Когда вернется Димон, попробуйте миром решить свои вопросы, не дожидаясь такого конца, – он кивнул на тело, накрытое покрывалом. – Конечно, если это в принципе возможно? Хотя, как я уже понял, за вас взялись основательно и эти убийства не случайный процесс. Все заранее и хорошо спланировано, даже ваша очередность, наверное, по особенным заслугам. Неужели ты еще не понял этого? Боюсь, что вам никто не поможет. Ни я, ни ваша тупая охрана. Не спасает вас ничто. Вот вы мне, где уже, – он провел рукой по горлу. – Чувствую, век носить мне капитанские погоны. И то, за «глухарей» у нас по службе не продвигают и большие звезды не дают, как бы половину этих не забрали, – пробормотал он себе под нос и снова налил в стакан водки.
Лицо Руслана снова покрылось испариной. Он судорожно хватал воздух ртом, пытаясь, что-то сказать, но дар речи начисто покинул его.
– И оставь эту романистку в покое, – добавил Ермаков уже спокойнее, опустошив стакан. – Это не она. Вас убивают уже полгода, а она всего каких-то пару недель, или чуть больше, как приехала. Работает серьезный парень, скорее всего кто-нибудь из элитного спецназа или бери, куда выше… Другое дело, что она могла что-то видеть, но молчит. Так что, Русланчик, думай и оглядывайся, когда дома на балкон захочешь выйти. Кури в комнате. Я так просто уверен, что ты следующий. Или Димон? Ты сам как считаешь?
– Подожди, Толик, – голос Руслана звучал прерывисто и хрипло, – вот теперь я все понял. Вот сразу, как ты сказал о спецназе. Я вспомнил, где видел эту бабу, будь она неладна. Точно она, голову даю. Только тогда она была немного не такая. Ну… сам понимаешь, в другом наряде и, стриженая под пацана, но это была она, я не могу ошибиться. Я ее, стерву, ни с кем не перепутаю.
– Ну-ну, – скептически посмотрел на него Ермаков.
– Слушай, точно. Я просто уверен, что видел ее в центре подготовки в Северной Осетии. Как же я раньше не догадался? Там проходят стажировку эти… ну, группы спецназа непосредственно перед заданием. Она, точно она. Ошибки быть не может. Постой… сейчас точно скажу, кажись, восемь лет назад… Да. Так оно и есть. На базу тогда никого не пускали, но мы с Аркашей привезли продовольствие и проехали на территорию. Под навесом в сторонке сидели мужики и травили анекдоты. Она была с ними и громко смеялась. Да и потом пару раз встречались. Я ее еще тогда заприметил. Аппетитная была девка. В теле. Не то, что сейчас, об колено сломать можно. Так, значит, насчет приемчиков, ты мне не заливай. Она и похлеще приемчики знает, – несколько оживился Руслан и нервно забегал по балкону.
– Сядь, остынь. Даже, если все так, допустим, все же, маловероятно, чтобы она физически справилась с Аркадием. Думай, что говоришь, – Ермаков постучал костяшками пальцев по лбу.
– А, может, их тут целая шайка?
Капитан посмотрел на дверь, в которую вышла Варвара.
– Ну да, все, кто сейчас находится в зале. Каждый из них потенциальный убийца и член шайки, которую возглавляет эта женщина, – сказал он насмешливо. – Нет. Не то. Нам нужен настоящий убийца. Подставить кого угодно – не проблема, но этим мы вопрос не закроем. Говоришь, Северная Осетия? И, когда это было? Еще раз напомни, – он сморщил лоб.
– Летом девяносто четвертого.
– Восемь лет назад. Понятно. А ты знаешь, что она написала почти полсотни книг? Где по твоему? В центре подготовки или в горах? А, может, на спецзадании? Да нет, не может быть. Ты посмотри на ее хрупкую фигуру. Здесь ты что-то путаешь. Хотя… этот момент тоже нельзя упускать. Попробую проверить. Но даже если ты прав, уже сейчас могу сказать, что в ее бумагах ничего об этом не написано. Эта информация закрыта. Но я, думаю, Русланчик, ты сегодня переутомился, вот и привиделось. Иди, передохни и позови мне Аркашиных охранников.
Руслан вышел от Ермакова, нервно вытирая пот со лба уже совсем мокрым носовым платком. Он подошел к Варваре, долго смотрел ей в лицо, склонив голову набок. Затем криво усмехнулся и спросил:
– Помнишь меня?
– Конечно. Я еще в своем уме. Аркадий нас познакомил пару часов назад, и, если честно, ты мне сразу очень не понравился. Я и Аркадию об этом сказала, – ответила равнодушно.
– Говоришь, пару часов назад? – переспросил шепотом, близко наклонившись к ее лицу.
Она невольно поморщилась от запаха перегара и брезгливо отодвинулась от него, прикрыв лицо шалью.
– Во как? Выходит, моя память получче твоей будет. Поразмышляй об этом. В твоих же интересах, – он подмигнул ей и ушел.
Закусив губу, Варвара проводила его долгим ненавидящим взглядом.
Перед рассветом следственная бригада закончила работу, и Ермаков позволил гостям покинуть злополучное место торжества, так неожиданно превратившееся в скорбную обитель.
Варвара медленно подошла к своему автомобилю. На улице было свежо, но она этого не заметила. Переутомленный разум был занят другим. В глазах вскипали слезы и, подступившие к горлу рыдания, готовы были сорваться и выплеснуться наружу с огромной силой. Безжизненный взгляд Аркадия не отпускал ни на минуту. Он словно прирос к ней. Насколько ее еще хватит?
Села в машину и устало опустила голову на руль. На память пришли слова, которые, если не служили утешением, то, во всяком случае, некоторым образом объясняли ее состояние. Сейчас это было, как нельзя кстати.
«Если крест тяжел, возьми и неси его. Если грех велик, ты не думай, а прими его. Господь пожалеет и простит…» – пробормотала едва слышно и включила фары, чтобы видеть дорогу.
Какая жуткая ночь. Только сейчас в свете фар заметила, что тротуар усыпан мокрыми листьями. Значит скоро осень. С силой нажала на газ и на бешеной скорости выехала на шоссе. Руки судорожно сжимали руль, душили слезы отчаяния, и все расплывалось перед глазами. Она вела машину так, будто завтра никогда не наступит.
Путь домой на такой скорости занял совсем мало времени. Буквально заставила себя выбраться из салона. Устало прислонилась к мокрой дверце, сняла босоножки и направилась к дому на непослушных ногах, совершенно не ощущая холода. На крыльце снова остановилась и долго стояла, облокотившись на лестницу. Потом тяжело поднялась по ступенькам, забыв закрыть за собой дверь, и рухнула на кровать. На этом силы закончились.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
