1. Закон «О свободе совести и религиозных объединениях» является реальным барьером на пути распространения тоталитарных сект в России, таких как, например, «Аум Синрикё», охраняет традиционные для России религии и духовно-культурные ценности народа.
2. Закон о свободе совести не нарушает прав граждан на свободу вероисповедания, соответствует международным стандартам и является даже более либеральным, чем ряд аналогичных европейских законов, прямо обеспечивающих особые права традиционных религий (например, в Ирландии, Испании, Дании, Греции и др.).
Погрешности отдельных норм закона, вызывающие двойное толкование, не являются существенными и могут быть достаточно легко исправлены.
3. Экономические и политические санкции, которыми угрожает Сенат США России в случае подписания Президентом России закона о свободе совести, не могут ухудшить то дискриминационное положение, в котором сегодня находится Россия на международной арене.
Например, в ходе последнего визита в Брюссель В. С. Черномырдину так и не удалось убедить Евросоюз отказаться от своего отношения к России как к стране «второго сорта» с нерыночной экономикой и, в частности, отменить ограничения на 600 видов российских товаров. Такая позиция Евросоюза абсолютно не зависела и не зависит от подписания Президентом России закона о свободе совести.
Кроме того, анализ политической обстановки в России приводит к выводу, что проблема закона о свободе совести создана искусственно и может послужить детонатором серьезного социально-политического взрыва, небывалого по масштабам и катастрофического по последствиям: «гремучая смесь» из непримиримой оппозиции, реакционного генералитета, недовольного офицерства и большей части Православной Церкви получит широчайшую поддержку населения.
Недописание закона резко обострит общественно-политическую ситуацию в России, противопоставит Президента России почти всем его избирателям, даст в руки оппозиции уникальные козыри для решительной борьбы с Президентом и Правительством России.
В результате иллюзорный тактический выигрыш на международной арене в случае неподписания закона обернется стратегическим поражением внутри России.
В любом случае негативные последствия экономического давления США на Россию будут временными и менее существенными, чем необратимые последствия внутрироссийского политического кризиса.
Использование президентского «вето» в данной ситуации неприемлемо также потому, что:
а) уже в сентябре или на специально созванном внеочередном заседании в июле – августе оно будет легко преодолено парламентом, практически единогласно одобрившим закон и в Госдуме, и в Совете Федерации;
б) вызовет недовольство не только Русской Православной Церкви, которой сегодня доверяют 60 % россиян, но и представителей всех основных конфессий России, высказавшихся в поддержку закона,
в) усугубит неблагоприятный политический и информационный фон, поскольку «вето» Президента России будет выглядеть уступкой требованиям Сената США в ущерб интересам российских избирателей.
В этих условиях практически единственно возможной является следующая последовательность действий:
1. Президент России подписывает Закон «О свободе совести и религиозных организаций» в соответствии с установленным порядком.
2. Одновременно Президент России обращается к гражданам России с разъяснением своей позиции по закону о свободе совести и заявляет, что в ближайшее время он:
а) обращается в Конституционный Суд России с запросом о соответствии вызвавших острые споры положений закона Конституции РФ и общепризнанным международным нормам;
б) направляет в Государственную Думу России законопроект о внесении поправок в закон о свободе совести, касающихся норм, допускающих различные толкования при применении их на практике.
3. Кроме того, следует активизировать дипломатическую и разъяснительную деятельность российского МИДа, провести соответствующую работу с иерархами основных религиозных конфессий России в целях активизации их общественной позиции и урегулирования отношений с Ватиканом, а также провести информационно-разъяснительную кампанию в СМИ о соответствии закона международным стандартам.
С уважением,
С. Шахрай. ПАТРИАРХ МОСКОВСКИЙ И ВСЕЯ РУСИ АЛЕКСИЙ24 июля 1997 г. № 2971
119034 Москва, Чистый пер. 5
ЗАЯВЛЕНИЕв связи с ситуацией, сложившейся вокруг нового Закона «О свободе совести и о религиозных объединениях»
22 июля сего года Президент Российской Федерации Б. Н. Ельцин отклонил принятый Государственной Думой и одобренный Советом Федерации Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях».
Это решение Главы государства вызвало сожаление в среде верующих Русской Православной Церкви. Ранее Патриарх, члены Священного Синода Русской Православной Церкви и другие архиереи, собравшиеся в Троице-Сергиеву Лавру на праздник преподобного Сергия Радонежского, обратились к Президенту с просьбой ввести упомянутый Закон в действие. Обращения такого рода направлялись духовенством и верующими нашей Церкви и других традиционных религиозных организаций России.
Новый Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» создает предпосылки для действенного ограждения личности и общества от произвола деструктивных псевдорелигиозных культов и иностранных лжемиссионеров. Он устраняет существенные правовые пробелы, имеющиеся в ныне действующем законодательстве о свободе совести, необходимость коренного совершенствования которого признается практически всем нашим обществом.
Закон упорядочивает правовое положение религиозных организаций как юридических лиц, создает новые условия для осуществления религиозного образования, сотрудничества религиозных организаций с государством в сферах благотворительности и культурно-просветительской деятельности, а также в других общественно значимых областях.
Текст Закона, являющийся плодом долгих усилий его разработчиков, действовавших в контакте с российскими религиозными организациями, стал выражением высшей точки компромисса разнодействующих интересов, реально существующих в обществе.
Дифференциация религиозных объединений по времени их создания, численности и распространению, вводимая новым Законом, является весьма справедливым шагом и наличествует в законодательстве многих стран Европы и мира, причем в некоторых из них существует особое правовое положение одной или нескольких конфессий, чего нет в вышеуказанном Законе.
Упоминание об уважении к православию, исламу, иудаизму, буддизму и иным традиционно существующим в России религиям содержится в преамбуле Закона, не имеющей прямого юридического действия. Это упоминание ничем не ущемляет права религиозных меньшинств. Ни оно, ни какая-либо иная норма закона не вводит преимуществ или ограничений для религиозных организаций по вероисповедному признаку.
Вызывает удивление критика упомянутого Закона со стороны некоторых зарубежных государственных органов и религиозных объединений, которые никак не реагируют на наличие в ряде стран гораздо менее либеральных законов о религии, а подчас прямо или косвенно поддерживают эти законы. Это говорит о предвзятости и политике «двойного стандарта» в отношении России.
К сожалению, Закон был подчас неправильно интерпретирован российскими и зарубежными средствами массовой информации: так, в одной из публикаций утверждалось, что все новые религиозные объединения должны пройти 15-летний испытательный срок для получения регистрации, однако ничего не говорилось о том, что этого не требуется от организаций, входящих в централизованные религиозные структуры. Во многих материалах СМИ прямо утверждалось, что новый Закон запрещает деятельность конкретных конфессий, что абсолютно не соответствует истине.
В данной связи счел необходимым распространить текст Закона среди епископата, духовенства и мирян нашей Церкви, дабы создать возможность для широкого, повсеместного обсуждения Закона и для выражения православными христианами отношения к нему.
В то же время многие факты свидетельствуют, что новый Закон, почти единогласно принятый Государственной Думой и одобренный Советом Федерации, уже пользуется широкой общественной поддержкой. Его окончательное отклонение может создать в России напряжение между властью и большинством народа, что существенно затруднит движение нашего общества к миру и согласию, годом которых провозглашен нынешний год.
