сегодня, чего первоначально не планировалось. Интрига состояла в том, чтобы ты мог выбрать из имеющихся артефактов, именно тот ключ, который надо. Правильно с ним поступить и научиться управлять.
– А если выбрать не один артефакт, а больше? Или вообще не тот? Или неправильно поступить?
– Невозможно, – покачал головой Леонид. – Любой из этих предметов после выбора подчиняет себе человека и держит до тех пор, пока тот сам не научится им управлять.
– А если не научится?
– Все, тогда. Туши свет.
– Жестоко. И ты шел на это?
– А что было делать? – задумчиво произнес Леонид, зачем-то посмотрев на свои наручные часы. По-моему «Rolex», если не подделка, конечно. – В принципе, каждый из этих предметов может выполнять желания. Вопрос – какие, как и в каком объеме? При правильном подходе все получается нужным образом. Мне необходим ответственный исполнитель, причем – давно необходим. А другого способа выбора у меня нет. Может кто-то и знает, но не я.
– Так сколько же народу ты так прикончил?
– Почему это – «прикончил»? – вполне искренне удивился Леонид.
– Ты же сам сказал…
– Про туши свет? Да нет, ты все совсем не так понял. Человек, совершивший неправильный выбор чего-то видел, а потом просто забывал происходящее, терял память. Не всю конечно, только недавние события. Я потом отвозил его в соответствующую психбольницу, и сдавал на руки хорошим докторам. Чтобы меня не запомнили, каждый раз не лично сдавал, а через кого-нибудь постороннего. Пациента там держали, ничего не находили и отпускали к родственникам. Он же не все забывал, а только последнее время. У кого-то этот отрезок больше, у кого-то меньше…
– Все равно жесть.
– Жесть, – согласился Леонид, – но что прикажешь делать?
– А эта силиконовая кукла – она же как живая выглядит! Это что, тоже ключ такой?
– Тоже. Думаю, сам отлично понимаешь, каким образом надо было ею воспользоваться.
– Так что, никто так и не подошел?
– Почему – никто? Подходили несколько раз. Только вот меня они не устраивали. Обычно тут оказывались привлекательные девушки. Кстати – одну из них, Оксану, ты уже видел… и наши отношения рано или поздно, но обычно рано, переходили в интимную фазу. И тут сразу же все заканчивалось. А поскольку мы с тобой безнадежные гетеросексуалы, и такое нам не грозит, все должно получиться. Это я о деловом сотрудничестве.
– Может, расскажешь, как дошел до жизни такой? А то кроме твоих кратких и туманных объяснений, я так ничего и не знаю. В Интернете про твое агентство тоже как-то невнятно и маловато написано.
– Я сам писал, вот и маловато. С одной стороны вообще не люблю писанину, а с другой – не надо мне лишних подробностей. Хотел сначала копирайтера нанять для заполнения сайта. Но смысл? Для рекламы лишний треп ни к чему, все, кому надо, и так обо мне знают, но сайт надо иметь. Чтобы было.
– В общем, ты не кричишь о себе?
– Не кричу. А тебе расскажу. Если, конечно, согласишься работать со мной.
– Ты еще спрашиваешь! Конечно, соглашусь. Но, как мне поведала одна колдунья, у меня нет никаких способностей, кроме разве что выраженной эмпатии6.
– Вот! Это и потребуется. Эмпатия твоя. Просто твои возможности были не то чтобы скрыты, но ты сам их толком не знал, а проявлялись они именно так, в качестве эмпатии. Кстати, что за колдунья?
– Одна знакомая, из Питера…
– Ну, конечно! – язвительно среагировал Леонид. – Откуда же еще? Мог бы и не спрашивать! В общем, неважно… Так что? Ты точно согласен? Не передумаешь потом, когда уже поздно будет?
– Да, – согласился я. Не отказываться же в самом деле от такой халявной синекуры.
– Тогда – заключим новое трудовое соглашение по всей форме. Я жду тебя в своем офисе завтра, скажем, после обеда. Часа в три, устроит тебя?
– Да, вполне. Но как же это… Я же тут сейчас?
– Ты что, так ничего и не понял? Засим твоя вахта на этой даче закончена! Думал, долго тут проторчишь, а ты смотри-ка… Сейчас же едем в Москву, нечего тут рассиживаться. Вещи свои с собой забери, а я по дороге объясню все, что успею, и на твои вопросы отвечу. Если смогу, конечно.
– Знаешь, все хотел спросить, что у тебя за часы на руке?
– Сейчас, – Леонид посмотрел на часы, – Эти? Ролекс… чего там дальше за надпись… субмаринер… не разберу, плохо видно. А так – хорошая сборка, смотрятся неплохо, главное удобные и при плохом освещении время всегда легко рассмотреть, – подсветка стрелок. Но есть недостатки: слабая противоударность и браслет. Но купил и не жалею. Стоят своих денег. Помнишь как у Пелевина? «Ничто так не выдает принадлежность человека к низшим классам общества, как способность разбираться в дорогих часах и автомобилях».
– Да, эту фразу часто цитируют.
– Вот и я процитирую, для хорошего человека не жалко. Давай быстрее! Собирайся, и поехали, времени у нас в обрез, скоро жуткие пробки начнутся…
* * *
– Ты смотрел этот фильм, «Дом-призрак»? – вдруг неожиданно спросил Леонид. – Там, в фильмотеке диск был?
– Да… вернее, начал смотреть, но не осилил как-то. Не понравилось, даже до середины не дотянул. И потом я, понимаешь ли, не самый большой ценитель Болливуда7. Не люблю индийское кино.
– А вот зря не досмотрел. Я же специально на самое видное место его выставил.
Мы быстро ехали в сторону Москвы. Несмотря на поздний час, трасса вовсе не выглядела пустой. Ночная дорога оказалась на удивление оживленной, но Леонид смело обгонял грузовики и фуры с польскими, белорусскими, прибалтийскими и даже шведскими номерами. Часто попадались легковые автомобили с московской припиской.
«Сегодня же воскресенье, – вдруг вспомнил я, – вернее, понедельник уже. Народ возвращается из своих загородных владений, всем к утру на работу. А фуры с товарами только ночами и пропускают».
– …Странные непонятности, – тем временем рассказывал Леонид, – давно и прочно вошли в мою жизнь. Они вспоминаются с тех пор, что себя знаю. В доме, где довелось расти, постоянно происходили различные пугающие явления. Например, однажды ночью, когда все уже давно спали, я услышал, что входная дверь сама собой открывается. Перепугался не на шутку, но все-таки встал и заглянул в прихожую. Там сразу увидел сначала одну только бесформенную тьму, постепенно сконденсировавшуюся и принявшую очертания размытой человеческой фигуры с лицом какой-то старухи. Призрак медленно двинулся прямо на меня. Показалось, что приведение хочет что-то сказать или чем-то привлечь мое внимание. Стало жутко и неестественно холодно. Я дико заорал и бросился в спальню, запрыгнул на кровать и с головой
