сарай… нет, не сарай, это непочтительно, а скажем так: павильон. Снаружи вся красота отвалилась и облезла со временем (как ни странно, его это не портит, а даёт ощущение подлинности и благородства). Зато внутри, вдоль всей стены длиной 118 метров, стоят тысяча позолоченных Каннон – богинь милосердия (если примитивно, а если чуть точнее – женских воплощений Будды, а если хотите ещё точнее, то надо лезть в глубины буддизма, одной из самых непостижимых религий). Богини обычного человеческого роста стоят в десять рядов на ступенчатом возвышении – вот как в хоре певцы. И они все разные – в XIII веке произведения искусства не клонировали. Тысяча золотых Каннон смотрят на тебя, пока ты идёшь мимо них… ощущение непередаваемое. Перед богинями стоят охранники – 28 богов грома и молнии. А в центре павильона на цветке лотоса – Одиннадцатиликая и Тысячерукая Каннон с глазом на каждой ладони и в два раза выше остальных Каннон. Вообще-то об этом храме можно много рассказывать, но остановимся только на том, что упомянутый девочками факт стрельбы из лука вдоль наружной веранды и результата Дайити́ро (или Дайхáти, по другим источникам) Вáса в 1696 году – это правда. Дайитиро Васа, самурай из провинции Кии, за день соревнований выпустил 13 053 стрелы, из которых 8153 пролетели всю сто-двадцатиметровую веранду.
Сёгун – первоначально это полководец, которого назначает император, чтобы победить врагов или усмирить варваров. А потом, с 1192 по 1868 год, – главный военный и политический правитель Японии (император не играл большой роли в реальном управлении страной, хотя и считался воплощением божества на земле). Фактически сёгун – это военный правитель страны, передающий титул по наследству (хотя формально он утверждался императором).
«Сёгун» – великолепная книга английского писателя Джеймса Клавелла. Фильм с ней ни в какое сравнение не идёт, хотя тоже хороший.
Сёдзи – перегородка, из каких в основном и состоит японский домик. Сёдзи можно передвигать, меняя количество и расположение комнат. Сёдзи можно рассматривать и как вариант дверей. Строение простое – рисовая бумага, натянутая на деревянные планочки.
Сейдза – поза «сидя на коленях, с прямой спиной». Ну не было в Японии стульев!
Сеппýку – харакири, совершённое по всем правилам и когда надо. Возникает вопрос: а когда надо? А может, вообще не надо?
Симэнáва – верёвка из рисовой соломы. Она не пускает злых духов. Не знаю почему. Может, они риса не любят. Может, рис до того священное растение, что злые духи от него шарахаются, как наши черти от нашего ладана. Самая большая симэнава преграждает вход в святилище Идзýмо-тáйся в префектуре Симáнэ. Её толщина девять (!) метров в поперечнике, а масса три тонны. Видимо, в префектуре Симанэ очень страшные злые духи, если их нужно отгонять такой гигантской верёвкой.
Суми́ко – женское имя, означает «ясный, умный ребёнок».
Суми́масэ́н – извините.
Сюри́кен – японское метательное оружие в виде звёздочек, квадратиков, монет, гвоздей, ножей… в общем, безобидных предметов повседневного обихода и геометрических фигур. Их бросают в противника по одному предмету, но оружие на самом деле страшное.
Сямисэ́н – японская «балалайка», трёхструнный щипковый инструмент, очень знаменитый, потому что на нём играют героини народных сказок, гейши, актёры театра кабýки и бунрáку.
Тáби – носки с отдельным большим пальцем, чтобы было удобно надевать под японские сандалии с перемычкой между большим и указательным пальцами.
Такéда – древний японский род, очень знатный, ведущий свою родословную от императора Сэйва. Прославился созданием боевого искусства áйки-дзю́цу, а также знаменитыми полководцами и влиятельными политиками.
Танýма – в реальной Японии эпохи Эдо влиятельный род, вассалы Токугавы. Особенно известен был Танýма Окицýгу, родзю, то есть глава правительства сёгунáта Токугавы.
Татáми – и не коврик, и не матрасик, и не циновка, и не гимнастический мат, и не пол, и не мера площади… а всё это вместе. Татами имеет строго регламентированный размер, поэтому ими и измеряют площадь. Например, площадь комнаты для гостей обычно 6–8 татами. А Сэндзёкаку, Павильон Тысячи Татами на острове Миядзима, имеет площадь пола тысячу татами. Он прекрасен, особенно осенью, когда золотая листва растущих вокруг гинкго отражается в отполированном тысячами ног деревянном полу, переливаясь розоватыми, лиловыми, золотыми и перламутровыми бликами. Это невозможно представить, и это не получается на фотографии, автор пробовал фотографировать – не то!
Токугáва Иэя́су – знаменитый полководец и правитель XVII века, завершивший объединение Японии.
Тэкéши – мужское имя, означает «жестокий воин».
Тэкехи́ро – мужское имя, означает «широко распространённое благородство».
Тэмáри – это вышитые шары. Просто для красоты. Нет, сначала в Китае, где они возникли, это были вполне функциональные детские мячи для игры ногами (вроде футбола без ворот). Хоть и матерчатые, они были такие тугие, что подпрыгивали. Изобрели их мамы и бабушки для детишек и мастерили из обрезков старых одежд – свернут ткань в комок, сильно-сильно утянут нитками и разошьют узорами для красоты. Уличные жонглёры тоже оценили изобретение – красиво! И недорого! В VIII веке мячики перебрались из Китая в Японию. В XIV веке их стали расшивать шёлковыми нитками дочери самураев – детские игрушки превратились в изысканные бесполезные штучки. А потом стали народным ремеслом – уже ближе к XIX веку. Сейчас в России тоже научились вышивать тэмари – красиво.
Тóрии – ворота перед синтоистским святилищем. Считается, что их прообразом был тот самый насест, на который сел тот самый петух, который своим пением пытался выманить богиню Аматэрасу из пещеры, куда она удалилась в обиде на брата Сусаноо (братец был ещё тот, хоть и бог). Если бы Аматэрасу не вышла из пещеры и сидела там до сих пор, то она не создала бы Японию, что было бы весьма печально (особенно для японцев – где бы они жили, если бы Аматэрасу не создала Японию?).
Тян – обращение к ребёнку.
Тяся́ку – метёлочка для взбивания чая в чайной церемонии.
Русскому человеку трудно смириться с тем, что чай надо взбивать.
Укиё-э – «плывущий мир», «ивовый мир», «изменчивый мир» – направление в изобразительном искусстве Японии периода Эдо. Некоторые понятия японской культуры коротко перевести невозможно. Сначала укиё-э звучало как буддийское выражение «мир скорби» (только записывалось другими иероглифами). Потом укиё-э стало означать «мир мимолётных наслаждений», «мир мимолётной любви» – как раз тогда в Эдо процветал квартал Ёсивара с гейшами и куртизанками (это разные профессии!) и театр кабуки. И наконец укиё-э сделалось «картинками повседневной жизни, мгновенно пойманными кистью художника». Особенно славились гравюры – их можно было напечатать много, не только для богатых, но и для
