с производства, где занимал должность начальника цеха стройдеталей. Образования он не имел. В начальники выбился через работу в профсоюзе. А когда завертелась перестройка, комбинат посадил его, как своего проверенного кадра в кресло главы города. Да и кресло это в силу местных условий было скорее табуреткой. Весь жилой фонд, торговля, общепит, медицина, снабжение были на балансе гиганта цветной металлургии страны, градообразующего предприятия, Северского комбината.
Город занимался образованием, милицией, культурой, пожарной частью… Бюджет был крохотным, и за любой мелочью надо было обращаться в комбинат. Но и в таких условиях городские власти раздирали противоречия, подковёрная борьба, интриги и раздоры. В результате зам. Мэра, бывший врач — хирург Олег Панов, улучил момент и подсидел своего начальника. На чем он поймал не шибко грамотного шефа, история умалчивает. Но поймал крепко. По настоянию краевого губернатора Ткачук вынужден был написать прошение об отставке. Но через полтора года взял — таки реванш.
1990 г.
«И время собирать камни…»
Приступив к работе, Влад первым делом изучил всё новое в законодательстве. Перестройка шагала по стране, но все нововведения были такими «сырыми», что бросались в глаза зияющие дыры в новых законах и положениях. Их можно было трактовать очень широко и, особенно, к своей, личной выгоде. Чего стоила только одна фраза в положениях о деятельности кооперативов и малых предприятий. Там в разделе о сфере деятельности нужно было дать в его уставе перечень сфер деятельности, но тут же допускалась и такая фраза: «а так же и другие виды деятельности, не запрещенные законом»! То есть кооператив по выпуску, к примеру, валенок мог при желании сбывать за границу атомное оружие, если запрет на это «забыли» прописать в каком — ни будь законе.
Было разрешено открывать Малые государственные предприятия (МГП) с количеством работников не более ста. Они пользовались льготами при налогообложении и работали сами по себе, не входя в систему министерств и ведомств. Это открывало большие возможности улучшить плановые показатели управления, переведя в МГП подсобные производства. Так Влад и сделал, переведя службу главного механика с гаражом на 35 единиц техники и полусотней работающих в МГП. Управление заключило с МГП договор о предоставлении услуг по определенным тарифам и сняло эту численность со штата. А фонд зарплаты, спущенный сверху из Министерства, остался неизменным. Таким образом, можно было повысить зарплату оставшихся в списочном составе управления работников примерно на 20 %! Фонд зарплаты был строго лимитирован сверху, а денег для оплаты услуг было много.
Побывав в Тресте на совещании по текущим вопросам, Влад разговорился с начальником управлеия «Севсвязьмонтаж». Это было специализированное управление Треста по монтажу систем связи. Оно имело участки во всех городах, где располагались управления Треста, в том числе и в Северске. Это был самый большой участок, дававший управлению до 40 % плана. Но начальник неожиданно предложил забрать Северский участок.
После расспроса «с пристрастием» он сознался, что его терроризирует один работник из категории «жалобщиков». Были тогда такие ребята, что не хотели работать, а пользуясь пробелами в трудовом законодательстве, «пробивали» себе, то инвалидность, то внеочередное жилье, то компенсации за нарушение против них трудового законодательства.
— Если ты заберешь весь участок вместе с этим «правдолюбом», то я оформлю все формальности за неделю. Заверил начальник.
Подгрести в сферу деятельности такой жирный кусок, да еще в престижной и сулящей выгодные связи в городе и комбинате сфере, было заманчиво. С разрешения Треста ударили по рукам. Но Влад не стал забирать участок в своё управление. Это снизило бы показатели. Решил выступить от управления учредителем новой тогда формы, Малого Государственного Предприятия (МГП), на базе участка. Собрал коллектив, объяснил выгоды от смены формы предприятия, что они будут сами зарабатывать и распоряжаться деньгами по своему усмотрению после уплаты налогов. Могут добавить в устав и другие виды деятельности, кроме основного — монтажа средств связи. Учредил МГП «Связист» и назначил, как учредитель, начальника и главного бухгалтера.
Начальником назначил Ивана Левичева, бывшего начальника участка из его управления, тоже возвратившегося из загранкомандировки.
Так как название и форма предприятия изменились, то все работники написали заявления об увольнении из Сибирского управления и приеме на работу в МГП. И все были приняты на новое место работы, кроме одного. Не трудно догадаться, что это был тот жалобщик, что не давал спокойно работать прежнему руководству, да и в коллективе уже всем надоел.
Он начал бузить, мол, что это за беззаконие — всех приняли, а меня обманули. Ему было вежливо объяснено, что такой работник с инвалидностью 3 группы, большим количеством дней на больничном и не пользующийся авторитетом в коллективе, никому не нужен.
Через неделю нового начальника МГП вызвал на беседу пом. прокурора города по жалобе «непринятого». Напуганный повесткой Иван попросил у Влада помощи. Поехали в прокуратуру вдвоем. Там показали прокурору оформленное по всем правилам заявление «потерпевшего» с просьбой уволить «по собственному желанию». Прокурор не поверил своим глазам:
— Наконец, то и на этого гада нашлась управа! Он всю прокуратуру и суд затерроризировал за эти годы. Спасибо, что избавили нас от этой головной боли!
Он с чувством пожал друзьям руки.
— Сейчас я ему «накатаю» ответ! Сам попросил об увольнении. Нарушений нет! А кого принимать на новое место работы администрация вправе решать сама. Нарушений НЕТ!!! — Еще раз повторил он.
Но на этом эпопея с жалобщиком для Сибирского управления не закончилась. Он поехал в краевой центр, через суд восстановился на работе в Управлении, да еще и высудил себе квартиру в не очереди! Видимо краевая фемида так была запугана им по прошлым делам, что посчитала менее хлопотным решить дело в его пользу, чем отписываться от проверок с республиканских и всесоюзных органов. Так что управление «хлебный» участок отдало, а проблему получило обратно.
Следующим вопросами, которыми Влад занимался, работая заместителем начальника, были обеспечение 100 % охвата отпускников путевками в пансионаты и санатории и строительство квартир для выезжающих «на материк» после окончания работы на Крайнем Севере. Оба были не из легких. В истории Северска еще никто в полном объеме их решить не мог.
В те времена оздоровиться во время отпуска можно было только по профсоюзной путевке. Понятия гостиниц, пансионов не было в принципе. Не имеющие путевки могли только ехать к родителям, или снять койку в частном секторе, без удобств, лечения и прочих благ. С путевками на отдых дело в Северске обстояло не совсем хорошо. Их хватало далеко не всем желающим. Занимался этим
