раз трусцой поднимался по пыльной дороге к баррикаде, где стояли Кришна и Сатьяки, когда оттуда выскользнула фигура и, врезавшись в него боком, отшвырнула его в сторону, да так, что он врезался в стену соседнего дома.
Дождь, меланхолично подумал Кришна. Сатьяки усмехнулся, помогая Критаварману подняться из пыли. Но Дождь и не думала останавливаться. Она снова атаковала – на этот раз и Критавармана, и хрупкого Сатьяки.
Кришна вскинул руку:
– Достаточно, Дождь. Отведи Бурю к целителю.
Дождь, как раз размахнувшаяся, чтоб двинуть Сатьяки в челюсть, замерла.
– Я в порядке, – обронила Буря, с трудом поднимаясь на ноги. Казалось, сейчас, когда она хмуро смотрела на Кришну, ее лицо состояло лишь из заячьей губы и подозрительного взгляда из-под коротко остриженных волос. – Я была приманкой, господин Кришна. Ты все испортил.
– Мои извинения, Буря, за заботу о любимой Волчице Сатьябхамы.
– Она сама так сказала? – Буря с неподдельным восторгом уставилась на Сатьябхаму, стоящую на балконе. – Она действительно так сказала?
– Нет, – ровно откликнулась Сатьябхама. – Он говорит это каждой Волчице.
Буря бросила на Кришну злой взгляд и, показав ему непристойный жест, позволила Дождь оттащить ее в сторону, чтобы привести себя в порядок. Городская стража собиралась напасть на Волчиц спереди, но Кришна уже заметил, что Стража была разгромлена Волчицами.
– Я думаю, что Серебряные Волчицы побеждают, – заметил Кришна, поднимаясь по лестнице к Сатьябхаме. Дождь последовала за ним. Добравшись до балкона, Кришна обнаружил лежащую на полу Серебряную Волчицу, с неподдельным ужасом уставившуюся на него. Благочестие, вспомнил он ее имя.
Длинные вьющиеся волосы девушки были завязаны в высокий хвост. По щеке, на которой виднелось клеймо, стекала кровь. Благочестие глянула на него, а затем уставилась на Сатьябхаму, явно зная о чем-то больше, чем Кришна.
– Ах, тебе не следовало этого говорить, Кришна. – Критаварман прислонился к баррикаде внизу, потирая ушибленные ребра.
Сатьябхама свистом подозвала свою лошадь и спрыгнула с низкого балкона в седло:
– Где мои лучники?
Из домов, расположенных вдоль по улице, вышли тридцать человек из городской стражи, вооруженные арбалетами. Наконечники болтов были обмотаны хлопком и кожей, но если бы такой болт попал в глаз, то с такого близкого расстояния этого было бы достаточно, чтоб ослепить человека. Кришна вдруг понял, что собиралась сделать Сатьябхама, и его глаза расширились. Вышла бы просто резня!
– Огонь!
То, что Кришна увидел потом, можно было назвать лишь волшебством. Серебряные Волчицы встали перед арбалетчиками и, как в безмолвной симфонии, резко развернулись боком, избегая попадания. Половине из них этого не удалось, но справившихся с этим заданием оказалось достаточно, чтобы одержать верх над арбалетчиками, обезумевшими перед страхом смерти. И началась настоящая битва. Две Серебряные Волчицы сражались с Сатьябхамой; одна – отчаянно пыталась сбить ее лошадь. Сатьябхама сбила Волчицу с ног своей дубинкой, спрыгнула с лошади и оказалась лицом к лицу с еще шестью Серебряными Волчицами. И хотя Кришна не мог увидеть ее лицо, поскольку она стояла к нему спиной, он мог представить ее выражение. Она ухмылялась.
Критаварман печально глянул на Кришну.
– Если бы у нас было больше стоявших на ногах Волчиц… семь – это слишком мало… Может, если будет еще двое, тогда, возможно, Повелительница Войны для разнообразия проиграет битву.
II
После того как все семь Волчиц наглотались пыли, Сатьябхама перепрыгнула через баррикаду, чтобы поприветствовать Кришну. Пыль покрывала ее лицо, как краска.
– Ну так что, мальчики, что привело вас в Третий округ? Не пропал ли у вас шпион?
– Шпионаж столь же важен, как и армия, Сатья, – хрипло ответил Кришна, поворачиваясь к Сатьяки за подтверждением.
– Я не собираюсь снова вступать в эту дискуссию, – отрезал Сатьяки, обнаружив что-то забавное у себя между ног.
Кришна одними губами произнес:
– ПРЕДАТЕЛЬ! – а затем вновь повернулся к жене: – Серебряные Волки сегодня хорошо поработали. Может, дашь им отдых? – На лице у Сатьябхамы было столь искреннее недоумение, словно Кришна говорил на чужом языке. Покачав головой, мужчина добавил: – Они почти победили тебя, Повелительница Войны. Они вымотаны. Ты же знаешь, им нужно срастить кости.
Сатьябхама нахмурилась:
– В тот день, когда они действительно победят…
Внезапно время остановилось. Воздух свистнул позади Сатьябхамы, и все словно замерло. Она молниеносно вскинула руку, перехватывая болт в воздухе, и развернулась к нападавшему. И в этот миг еще одна стрела с громким стуком ударила ее в нагрудник. Удар на мгновение заставил ее отступить, а на нагруднике появилось красное пятно от краски с наконечника.
Казалось, все забыли, как дышать. Проигравшие солдаты из городской стражи и Серебряные Волчицы забыли, что надо заниматься их ранами. Сатьяки широко распахнул рот, словно это в него выстрелили из арбалета.
Кришна осторожно обернулся и увидел Бурю, сидевшую верхом на балюстраде, а между пилястрами балкона, на котором до этого стояла Сатьябхама, выглядывала Дождь. И обе они держали арбалеты, направленные на Повелительницу Войны. Похоже, Буря имела в виду именно это, когда говорила, что она была приманкой.
– В тот день, когда они действительно победят? – невинно поинтересовался Кришна.
– Заткнись, муж мой!
Сатьяки беззвучно скользнул к Кришне и прошептал:
– Кажется, на лице Сатьябхамы улыбка?
Сатьябхама повернулся к Сатьяки:
– Отправь сообщение Серебряным Волчицам и Городской страже. Скажите им, что, как только они уберут пугала с улиц, они могут отправиться в таверну Кабана. Выпивка за мой счет. Они заслужили разрешение напиться.
Серебряные Волчицы и городская стража разразились радостными криками. Несколько Волчиц радостно подхватили Бурю и Дождь на плечи. Сатьяки счастливо улыбался этому, пока не заметил, что Сатьябхама смотрит на него.
– О, прямо сейчас? Да, Госпожа Войны. – И он поспешно скрылся из виду.
– Ты слишком строга к нему, – сказал Кришна, когда Сатьяки ушел и они медленно шли по улице. – Ты ведь знаешь, что он тебя боится. Он просто мальчишка.
– Напугаешь мальчишку, и он продолжит тебя бояться, став мужчиной. Что привело тебя на эти грязные улицы, о мой муж и повелитель? Разве госпожа Рукмини недостаточно хорошо погладила подушки на твоей кровати?
Она не в настроении.
– Я просто осматривал туннели. Я направлялся в Шьямантаку. Думал взять Сатьяки с собой. Знаешь, нужен кто-то третий, кто будет действовать вместо меня, когда меня не будет рядом, иначе медведи забудут, перед кем они отчитываются. Я доберусь туда к ночи и вернусь завтра. Но у меня может не быть времени, чтобы увидеть тебя снова. В Панчал лучше уехать засветло.
– Знаю, – с трудом выдохнула она.
Сатьябхама не потрудилась
