Остановить — без шансов.
Глядя ей вслед, я только раздражённо цыкаю. Мало того, что мне не до Айсан сейчас, так и домашнее задание я толком не сделала. Стыдно…
Так, я здесь не для того, чтобы отвлекаться.
— Ольза, тебя договор устраивает? — я торопливо вписываю про пять дней в Ользиной формулировке.
Она ещё раз пробегает текст глазами:
— Да.
Отлично!
Я тоже перечитываю текст. Хотя именно я его писала, проверить лишним не будет. Я опускаю лист на подножие статуи. Из романа я знаю, что всё серьёзно — клятва отпечатывается в ауре, и если ты нарушаешь засвидетельствованное богами слово, аура начинает распадаться, что в конце концов ведёт к гибели.
Ольза достаёт откуда-то из-под широкой ленты пояса миниатюрный, размером с указательный палец, ритуальный стилет, делает надрез на ребре ладони. Капли крови падают на подножие статуи и лист.
У меня ритуального ножа до сих пор нет. Как я могла забыть… Одалживать чужой — моветон.
— Иветта, — к нам приближается Айсан.
Старшая ведьма сходу оценивает ситуацию, кривит губы в брезгливой гримасе, но нож мне подаёт.
— Спасибо.
— Пфф!
Я делаю надрез, повторяю за Ользой.
Кровь, попавшая на камень, исчезает, на листе с договором — остаётся. Я чувствую внезапный жар со спины в районе лопатки, но не на коже, а в нескольких сантиметрах над ней. Жар обжигает, но почувствовать боль я не успеваю, жар проходит, сменяется затихающим зудом. Так бы и потёрлась спиной о какое-нибудь дерево.
Я возвращаю нож Айсан.
— Учёба не для тебя, да, Иветта?
Вот не надо меня стыдить! Отчасти я даже признаю упрёки Айсан справедливыми. Она приняла меня в Круг, она дала мне имя, она чувствует себя ответственной. Но всё же мы обе взрослые. и обращение в Круге принято старшая и младшая сестра, а не мать и дочь.
— Часть книг, которые вы рекомендовали, я уже прочла. Мне нужно больше времени.
Между прочим, я каждый день выделяла время на изучение теории. Просто учёба для меня сейчас на втором месте.
— У-у-у… угу.
Айсан разочарованно отворачивается и идёт прочь.
— Просто немного подождите и вы увидете!
— Удачи, Иветта, — безразлично откликается Айсан и скрывается за стеной.
Я вздыхаю, но вместе с тем приходит уверенность, что с Айсан я отношения налажу.
Я поворачиваюсь к Ользе:
— Едем.
— Куда?
— Разумеется, в театр.
Глава 31
Круглое здание под ступенчатым куполом стоит на одном из трёх холмов Старого Му, отчего кажется значительно выше, чем есть на самом деле. Театр… Сто лет не была на спектакле, и что-то мне подсказывает, что ещё сто лет не попаду.
Мы приехали днём, и приехали не как зрители. Ольза слабо понимает, зачем мне понадобилась художница. Я ведь не зря с Ирвином в салон пошла — я подбирала третью сотрудницу модного дома, очень важную сотрудницу, без которой вся затея затрещит по швам. И я намереваюсь не только переменить художницу, но и… в некотором смысле ограбить театр.
Чёрный ход закрыт, но на настойчивый стук нам открывают.
— Почему так долго? — сходу возмущаюсь я. — Может быть, вам не нужны наши краски?
Просто так меня не пустят и художницу вряд ли позовут.
— П-простите? — сбитый с толку моим напором мелкий служащий мнётся на пороге, не зная, должен ли он нас пропустить или прогнать, про какие-то краски он слышит впервые.
— Что “простите”? — напираю я. — Если не нужны, то следовало заранее предупредить, а не гонять нас с образцами.
— Должно быть, какая-то ошибка. Меня не предупредили.
— Какой бардак в вашем театре! — поражаюсь я. — Проводите нас к Ланли Тиз. Это вы можете?
— Да, пожалуйста, следуйте за мной.
Действительно, бардак и мир непуганых кроликов. А если бы я бомбу принесла?
Ольза наблюдает за мной в лёгком шоке. Уж не знаю, что её потрясло больше, как я беззастенчиво навешиваю служащему на уши лапши, или как легко мы проникли туда, куда не имели права. По-моему, она начала сомневаться, что связываться со мной правильно.
Художницу мы находим за работой. Девушка наша ровесница, но безразмерный халат, в который она замоталась и платок на голове её старят. Художница увлечённо расписывает задник сцены — из-под её кисти выходит запущенный сад, скрывающий в своей глубине полуразрушенный особняк.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Синьорина Тиз, это к вам, — докладывает служащий и под моим обжигающим взглядом испаряется.
Я выдерживаю паузу, а заодно подхожу ближе, чтобы не кричать.
— Добрый день, синьорина. Мы к вам… с деловым предложением. Модный дом Иветья нуждается в вашем таланте.
Художница, изначально не проявившая к нам никакого интереса, замирает с кисточкой навесу. Я отмечаю, что девушка невероятно аккуратна. Несколько брызг краски забавными пятнышками застыли на платке, несколько мазков на халате, но лицо и руки без перчаток безукоризненно чистые.
— В моём таланте? — переспрашивает она, как будто её удивляет не само предложение, а моё признание её способностей.
— Я посетила салон, синьорина. Мне показали все, представленные работы, и я пришла к выводу, что только вы мне подходите.
Я не перебарщиваю с лестью? Да нет, я говорю вполне искренне. Её работы на самом деле показались мне весьма неординарными.
— Хм… Вы хотите, чтобы я расписала интерьер? Простите, но я уже подписала договор с театром, и это долгосрочное сотрудничество.
— Нет, отнюдь. Я хочу, чтобы вы, используя магию, сделали для нас модную книгу. Вот, взгляните, — я показываю ей свою фотографию, где я накрашена. — Вы сможете перенести картинку на бумагу? У нас будет не столько книга, сколько брошюра, а точнее, сложенный пополам лист. Изображения с обеих сторон. Вы сможете это сделать?
Начнём с брошюры, а со временем и до полноценного многостраничного каталога доберёмся.
Я стану Мэри Кей этого мира!
Художница раздумывает недолго:
— Да, думаю, да. Я могу сделать.
— К завтрашнему утру, — добавляю я.
Художница кивает:
— Да.
— К завтрашнему утру не менее ста экземпляров, — добиваю я. — А лучше тысячу.
— А…
— Приступим незамедлительно, до утра мало времени. Кстати, синьорина Ланли, вы хотите прославиться? В будущем в нашем модном доме пройдут выставки ваших работ. Ваши персональные выставки, а не как в салоне. Что касается славы, то, познакомьтесь, Ольза и вы будете лицом нашего дома. Если вы согласитесь на эту часть работы.
— А…
— Ланли, всё просто, — я демонстрирую ей изображение со склееными вместе селфи “до” и “после”. — Мы поставляем красоту. Косметика, которую привозят с востока, слишком дорогая для большей части горожанок. Даже состоятельные дамы не могут себе её позволить. Но как художница, вы же лучше всех понимаете, что каждая женщина будет красива, если умело подчеркнуть достоинства её лица и фигуры. Я хочу, чтобы даже девушки из бедных семей могли преобразиться. Не только это! Благодаря нам женщины смогут получить собственный источник финансов.
— Как? — теперь уже и Ольза смотрит на меня как на слегка сумасшедшую. Или не слегка…
— Модная книга или меню красоты. Девушки будут вступать в наш модный клуб и получать скидку на косметику. Но ведь не обязательно покупать только для себя. Можно купить для подружки, которая заплатит полную цену. А если подружек будет три? Десять? Набежит приличная сумма. Больше того, если подруга с твоей подачи вступит в луб, то с каждого её заказа ты будешь получать долю.
— А…
— Вы всё поняли? Тогда приступаем.
— Не-ет, — тормозит Ольза, а Ланли просто таращится на меня как на восьмое чудо света или, скорее, как на крокодила, на глазах у изумлённой публики отрастившего на хвосте вторую пасть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Всё равно приступаем. Завтра по ходу разберётесь. Ланли, из коридора налево я видела театральное святилище. Давайте освятим наш договор и займёмся уже делом.
— У меня два вопроса, синьорина Иветта, — останавливает меня Ланли.
