демонстрации потенциальным свёкрам своей универсальности в качестве невестки.
– А теперь что? Ходит вся такая надутая да сердитая. А как ты думала? Легко ли такого упрямца окрутить? Нееее, тут подход нужен, а она как таран попёрла ресницами хлопать… – думала Сашка.
Образ тарана с ресницами так завладел её сознанием, что она даже не сразу обратила внимание на мужа.
– Ну чего тебе?
– Сашка, поехали домой! Я в отпуске имею право отдохнуть, а не ремонтом сарая заниматься! И детей ты на меня сбросила на весь день, и батька твой нудит, не переставая! – начал Сашкин муж. – Чего мы тут забыли?
– Как чего? Погоди ты, не ной! Я смотаюсь к тётке и Андрюху обратно верну! – решительно кивнула Сашка. – Ишь, чего удумал! Свалил, а мы тут чего, всё за него делать должны, что ли? Обойдётся!
Она, не обратив ни малейшего внимания на собственных детей, отправилась сначала к Лильке, обнадёжив её и ловко перекинув на неё остаток недополотых гряд, а потом – к родителям.
– Не волнуйтесь, я его назад приволоку! – заявила она. – Ишь ты! Свалил, бросил тут всё на нас! Нееет уж, братец, так просто ты не отделаешься.
Глава 16. Ровная-ровная дорожка под ноги
Воронову только и оставалось, что удивляться – перед ним не просто выровнялась да покатилась под ногами ровная дорожка, а ещё по ней словно коврик расстелили! Получалось всё не просто хорошо, а удивительно удачно и ладно! Даже родители не звонили, хотя он был уверен, что звонков со слезами матери и скандалами отца ему никак не избежать.
Посмотрел он соседский дом и понял, что его надо брать! Цена выгодная, дом хороший, земли полно, а что дом требует ремонта, так это для него не проблема.
– Только мне быстро надо… – озадачил Воронова сосед. – А то придётся риэлтора подключать, чтоб побыстрее продать…
Андрей собрался идти брать кредит, хоть и подозревал, что это будет не просто, да тут приехали на выходные его двоюродные брат Игорь и сестра Варвара – дети Анны Ивановны.
– Слушай, а давай мы тебе денег одолжим? – загорелась сестрица. – Нет, правда! Мы дом соседский смотрели, но поняли, что ремонт не потянем, да и не нужен он нам по-хорошему. А вот если ты тут жить будешь, это же просто классно!
– Да, кстати! – поддержал её родной брат. – Ты тут всего-ничего живёшь, а уже маме веранду отремонтировал, забор проклятый поднял, а то он мне в кошмарных снах снился!
– Ты ему тоже! – рассмеялся Андрей, который, вообще-то, опасался, как дети тёти Ани воспримут то, что он у их мамы поселился. И того, что они сами ему деньги предложили, он совсем уж не ожидал! – А процент?
– Какой процент? Озверел? – обиделся Игорь. – Тогда осмечивай свою работу по ремонту, который ты тут делаешь! – он покосился на верстачок, который Андрей смастерил себе во дворе так, словно ожидал от него нападения.
– Ты глупости не говори! – добавила Варвара. – Мы прямо-таки выдохнули, когда узнали, что ты к маме перебрался! Мы не всегда можем приезжать, а ей и скучно, и трудновато бывает… Даже по-простому в гости съездить не получается – надо, чтобы кто-то животных покормил. Ты же знаешь, что она даже Сашку просила как-то пару раз… Правда, из этого ничего особо хорошего не вышло – живность её не выносит и абсолютно не слушается.
Конечно, Воронов про это знал! Визг Сашки про безобразных тёткиных коз он слышал неоднократно. Потом очень удивился, когда выяснил, что сестрица решилась на повторение визита, и только недавно узнал, что тётя Аня Сашке, оказывается, прилично заплатила за присмотр!
– Ты мало того, что с детьми все ягоды снесла у тётки, мало того, что молоко и яйца потребляла только так да с собой приволокла машину битком набитую, так ещё и деньги брала? – изумился он.
– А чё? Если её всё устроило, тебе-то какая разница? Если Варька и Игорь приехать не смогли, ей деваться-то некуда! – торжествующе заметила Сашка. – Я и ещё съезжу, если она заплатит!
Андрей отлично помнил, как ему захотелось взять сестрицу за шкирку и трясти, пока эта пакость с неё не слетит. А потом оглядел фигуристую Сашку и вздохнул про себя:
– Поздняк метаться! Надо было девчонкой воспитывать, а теперь уже поезд ушёл, вагоны отцепились…
Сашка из любимой младшей сестрёнки, ласковой и весёлой девчушки, выросла натуральной хищницей. Её самоуверенность уже почти сравнялась с отцовской, может быть, именно поэтому она и стала его любимицей.
Андрей только вздохнул и вслушался в то, что говорили ему двоюродные брат и сестра.
– Вот ей бы мы ничего не предложили! – продолжила Варя. – А тебе – с удовольствием.
– Ты пойми, чудак, мы же заинтересованы в том, чтобы рядом с мамой не какой-то чужой тип жил да ещё, может, неприятный, а хороший и родственный! – Игорь хмыкнул, осторожненько отодвигая от себя пассатижи, словно подозревал, что они могут подползти и ущипнуть его.
С деньгами, которые привезли двоюродные брат с сестрой и его собственными сбережениями, Воронов буквально за пару дней оформил покупку дома и только в затылке чесал, изумляясь, как это так вышло-то?
Правда, жить там пока было нельзя – текла крыша, да и пол явственно прогибался под ногами, намекая деликатным потрескиванием на то, что нечего тут просто так расхаживать, а иначе вас ждёт погреб!
– Андрюш, да живи ты у меня пока. Дом уже твой, до осени потихоньку наладишь крышу и пол, утеплишь окна, котёл там газовый хороший, печка тоже отличная, так что к зиме будешь в своём доме! – уговаривала его тётя. А он и рад был, тем более что не только тётя, но и её живность к нему самому и его Линде отнеслась так радушно, что впору было от них прятаться.
– Заяц! Отдай молоток! Куда ты его с таким деловым видом поволок! – командовал Воронов, ловко убирая коробку с гвоздями от гусей и изымая из зубов разочарованного Зайчика молоток. Зайчик в отместку высунул язык и явно подразнил неуступчивого Воронова.
Гуси очень долго рассматривали Линдину морду… потом всей стаей обходили её саму и выразительно гогокали и гагакали, обмениваясь впечатлениями.
– Постановили считать её гусыней по клюву! – хохотал Воронов, видя, что, когда его собака устраивалась у его ног, к ней тут же приваливала вся стая и располагалась рядом.
Линда вообще старалась быть к нему как можно ближе. Нет, она поладила со всей тётиной живностью, без особых трагедий оставалась с самой Андреевой тётушкой, болтала с ней по-собачьи, активно комментируя всё, что видела, и здорово веселя этим Анну Ивановну, но как только на горизонте появлялся сам Андрей Линда неслась к нему и словно приклеивалась к нему.
– Андрей и его сурок! – шутила Анна Ивановна, любуясь племянником, который просто
