корчась в тугих бесплодных позывах над сухой землей с колючками.
– Маш… Маш, тебе плохо?
– Мне очень плохо! – кричу со слезами.
– Тшшш… Не кричи!
На рот мне ложится крепкая, сухая горячая ладонь Марка. Он приподнимает меня над землей и утаскивает куда-то.
Еще глубже в темноту. В мрак… Точно хочет утащить в ад.
Я еще больше начинаю бояться и паниковать, дергаться, кусаться.
– Ауч. Больно… Ыыыы… В глаз попала. Ай! Ай… Хватит! – рыкает, притиснув меня спиной к чему-то холодному и острому, царапающему кожу. – Тихо! Не кричи… не кричи, нас ищут!
Я начинаю дрожать всем телом и просто плакать, всхлипывая от страха.
Взгляд Марка мерцает в полутьме, как у зверя, взбудораженного погоней. Но при виде меня, корчащейся в мучительных спазмах от крупных слез, взгляд Абрамова смягчается, становится цвета жженой карамели, обдает меня горячими лучами.
– Тише, тише!
Его губы касаются моего виска.
– Ты испугалась? Понимаю… Сам не ожидал такой подставы. Это… было подстроено кем-то.. Может быть, мой брат сводный постарался? Он меня ненавидит! Семейка, блять… Я не ожидал, что он опустится до такой гнусности. Он всегда играл по правилам. Неужели надоело?
– Мне плевать. Отпусти меня. Отпусти. Мне плохо. Мне больно… Отпусти!
– Где? Где тебе больно?!
– Вот здесь! – кричу, ударив себя ладонью по груди. – Вот здесь больно! Тут у людей находится сердце. Ему больно от того, как ты играешь со мной. Вот только я… не игрушка! С меня довольно! Хватит!
Рассердившись, отталкиваю Марка изо всех сил в грудную клетку. Он откатывается назад, позволяя мне выйти из капкана на несколько секунд. Между нами появляется пространство.
Я оглядываюсь по сторонам. Мы… под мостом каким-то. Сверху гулко проносятся автомобили.
До города далеко.
Как… как мне до него добраться?
Наверное, мне точно стоит уехать. Это было последней каплей. Больше не могу.
Я пыталась, но силы на исходе.
Я… просто раздавлена.
– Маша, постой. Ну куда же ты, глупая?
Сильные ладони Марка хватают меня за плечи, разворачивают, снова утягивают обратно.
– Отпусти.
– Отпущу, – вздыхает. – Отпущу, но не сейчас. Сейчас тебе нужно подождать! Там шарится полиция. Всюду… Гонка нелегальная. Могут забрать тебя!
– Меня? Почему меня?! Я вообще тут не участвовала.
– Участвовала. Есть ориентировка. По-любому есть! – ухмыляется криво. – Папаша будет в ярости, если узнает.
– За себя трясешься?!
– За тебя, глупышка. Тебя сразу же выпрут из универа.
– Пусть выпрут! – плачу без остановки. – Я хочу домой.
– Выпрут? Совсем с ума сошла? – злится. – Ты же умная! Умнее всех этих пижонов… На грант проходят единицы. У тебя талант и способности. Такой шанс, как выпал тебе, выпадает всего раз в жизни. Не смей закапывать его в землю. Ни из-за чего. Ни из-за каких обстоятельств.
– Даже из-за тебя?!
– Тем более, из-за меня! – выдает глухим напряженным голосом. – Ты… Бля… Слов не хватает, чтобы объяснить все, что ты во мне вызываешь.
– Отпусти.
– Ни хрена! У тебя просто шок. Секундой позже ты пожалеешь, что поддалась слабости и испортила себе жизнь. А еще… Еще ты знаешь, кого любят выставлять кругом виноватыми? Тех, у кого не хватает денег и связей. Могу на что угодно поставить: высунешься сейчас, тебя выставят крайней, сделают зачинщицей беспредела.
– ЧТО?! Но как такое возможно? У меня даже байка не было.
– Возможно. Поверь. Люди с деньгами уровня моего отца могут все. Он подчистит все… Абсолютно все. Найдет виноватых. Пофиг, кого. Логика отдыхает. Поверь. Все будет по его. Я… это знаю.
Голос Марка становится сильным, вибрирующим от эмоций. Таких интонаций, как у него, я ни разу не слышала. У меня чувство, будто я прикасаюсь к оголенному проводу: его слова отзываются в моем сердце.
Всего лишь намеки на правду, на то, как обстоят дела, но меня задевает за живое.
Я неожиданно обмякаю в сильных руках парня и просто падаю. Он подхватывает меня за миг до падения и садится на землю, утягивая за собой. На колени.
– Переждем немного, – выдыхает в мои волосы. – Просто переждем. Потом…
– Никаких потом! Я не желаю тебя знать, Марк Абрамов.
Мы замираем без слов. Под моей попой – твердые, накачанные мускулистые бедра парня, который сводит меня с ума. Испытывает на прочность, истязает.
Я должна его ненавидеть. Бежать без оглядки.
Но вместо этого мое глупое сердце рядом с ним замирает без движения, а потом бьется как сумасшедшее, как загнанное.
Я просто не знаю, как быть с этими чувствами – они как водопад. Слишком бурные и слишком сильные.
Хочу убежать.
Но тянет магнитом. Он слишком опасен и легкомыслен для глупышки вроде меня.
– Я это заслужил, – касается моего ушка его тихий голос, полный грусти.
Дергаюсь на его коленях, он придерживает меня за талию, прижимает к себе ближе. Я чувствую его крепкий, толстый стояк.
Но вопреки моим опасениям Марк не предпринимает ничего, чтобы сделать что-нибудь еще. Просто держит меня на коленях, жадно дышит в мои волосы.
– Я заслужил это. Ты другая. Не из моего мира. Тебе… Действительно лучше держаться от меня подальше, – слова словно даются ему с трудом. – Но я хочу кое-что. Последний раз. Клянусь.
– Что? И что будет потом.
– Отпущу.
– Не верю.
– Сам не верю. Но я должен. Не хочу, но должен. Иначе… Испорчу, испорчу тебя, а ты такая чистая, как ангел. Хочу тебя! Испортить… Гореть мне в аду. За такое. Но поцелуй меня в последний раз. и…
Я развернулась на его ногах, сев
