Асур провел на юге в гостях у Данилы Озерова все прошлое лето и понял, что он там чужак.
Он ведь нашел Данила и спросил, с чего он так быстро собрался жениться? Тот удивленно поглядел на друга и белозубо улыбнулся:
— А чего тянуть-то? Мне нравится эта девушка. Она особенная. Нужно хватать и увозить ее, пока кто-то другой не разглядел.
— А если потом другая появится… особенная?
— Та пусть себе появляется. Я что, ослик — за каждой морковкой идти? Нет, я свой выбор сделал, — немного подумал и добавил: — Аглая на матушку мою похожа. Такая же упертая. С ней и скучно не будет.
Асур не понимал Данила. В его кругу было принято жениться после долгих ухаживаний. Даже после помолвки мог пройти целый год, а то и два-три до свадьбы. Да и помолвка сопровождалась многими нюансами. Нужно было, чтобы брак был выгоден обеим семьям, чтобы молодые подходили друг другу характерами. Крепость браков тем и объяснялась, что все было рассчитано. Зато потом не было ни скандалов, ни измен, ни брошенных детей. Разве это не лучше, чем вот такое: “она особенная и упертая”?
А любовь — она ведь идет под руку с уважением и благодарностью. Любовь обязательно приходит, если выбрать жену правильно.
Но Асур не хотел правильно, он хотел Милану. Только… слова отца где-то внутри оставили кровоточащую царапину.
Какая она на самом деле? А любит ли она его так же сильно, как он ее? Будет ли она верной женой? Нет, он не станет ее привязывать к себе. Четыре месяца — этого будет достаточно, чтобы понять, насколько крепки их чувства. Пусть у нее будет выбор.
Потому что, откровенно говоря, Милана была гораздо более приспособлена к самостоятельной жизни, чем сам младший княжич.
В последние дни Асур понял, что без родительских денег он мало на что годится. Да, дар есть и неплохой, но диплома пока нет, а когда будет — пока еще дело дойдет до серьезной работы! Опыта мало, постоянных клиентов нет вообще, если не считать пьяниц и дебоширов в бесплатной городской больнице. Что он сам может предложить женщине? Да ему денег не хватит даже ей на новое пальто! А в его кругу принято женщину полностью содержать.
Асур совершенно не умел обращаться с деньгами. У него их не было никогда. Это Милана могла накопить двести золотых. А он сам порой ужинал кипятком с черствой булкой, потому что потратил весь заработок на живой цветок среди зимы (шутка ли, доехать до оранжерей и там купить самую красивую розу) или на билеты до Синегорья для чужой женщины. Сам дурак, конечно. Привык, что деньги у него не заканчиваются.
Двести золотых еще год назад он мог прогулять с друзьями за пару дней. Сейчас же такая сумма казалась ему весьма существенной. Он посчитал: за четыре месяца можно ее накопить, если экономить практически на всем.
Но… Милана и тут справилась без его участия. Боги, как стыдно! Он ничем не смог помочь своей женщине в трудное для нее время.
Глава 24. Возвращение в Буйск
— Я согласна работать на князя Озерова, — сказала я сестре, которая вовсе и не занималась разложенными на столе механизмами, а с мечтательной улыбкой рисовала на листе бумаги силуэт свадебного платья.
— Это прекрасно! — радостно воскликнула Аглая. — Теперь не нужно экономить!
— Угу. Если хочешь, мы можем возвращаться в Буйск хоть завтра.
— А Асур?
— Он не против, — спокойно сказала я. — У него диплом, я ему мешать буду.
Аглая отложила бумагу, внимательно посмотрела мне в лицо и кивнула:
— Закрываем мастерскую? Представь, здесь еще три месяца будет лежать снег, а на Юге через пару недель начнется настоящая весна!
— Потрясающе, — с притворной радостью улыбнулась я. — Мы так успеем вернуться по снегу, а не по грязи.
Аглая дотронулась до моей руки. В ее глазах была тревога.
— Ты уверена, Мила? Точно уверена?
— Абсолютно.
— А Асур?
— Да что Асур? Ему учиться нужно. Обещал приехать. Данил же твой тоже остается.
— Ну, если обещал, то славно, — повеселела Аглая. — Тогда собираемся потихоньку. Если тянуть не будем, то не дилижансом поедем, а в Святогора Велемировича возке.
Я поежилась. Почему-то хитрый князь внушал мне теперь едва ли не отвращение. Головой я понимала, что должна ему быть благодарна, а глупое сердце стучало, что Озеров разлучает меня с любимым.
Уезжали спешно. Князь сказал, что ждать ему нас недосуг, что у него есть дела поважнее, чем прохлаждаться в Устинске, что он нас не торопит. Дилижансы ходят каждую неделю, не спешите, девки.
Мы с Аглаей, вспомнив свою поездку из Буйска на Север, дружно решили, что нам, в общем-то, и собирать особо нечего. Не ахти мы и разжились вещами. Разве что ящик с деталями и инструментами вырос втрое, а одежда только самая необходимая: белье, теплые вещи, обувь… Остальное — на нас. Мешочек с монетами и сестрицын патент бережно уложены в сумку, сумка повешена через плечо. На ноги — валенки, на плечи — шали. Мы готовые.
Уезжали поутру, едва солнце показалось. Возок княжеский, по зимнему времени поставленный на полозья, был куда удобнее дилижанса. Просторный, с мягкими сидениями, с “горячим” камнем, вложенным в специальную нишу на дне, даже с осветительным артефактом, чтобы можно было почитать что-то в дороге. Спать, конечно, места не было, но князь сразу сказал, что он уже не в том возрасте, чтобы ради пары дней добивать свою спину, поэтому будем останавливаться на ночевки в постоялых дворах. Мы с Аглайкой тревожно переглянулись: деньги, деньги. Тратиться на комнаты и на лишнюю еду совершенно не хотелось. Но выбора у нас не было, мы здесь не хозяйки.
Сиденья возка приятно пружинили. Спине и плечам было удобно. Пальто и валенки скинули сразу — тепло как в бане. С одной стороны сели мы с сестрой, напротив нас — князь. Сразу откинулся на спинку и сообщил: спать будет. Куда в него влезало столько спать, я не понимала, ну да ладно. Зато в тишине побудем.
В последний момент примчался Асур, я уж его и не ждала. Да и откуда, он утром никогда не появлялся, у него же учеба или работа. Но прибежал, вытащил меня из возка под недовольное бурчание Святогора Велемировича, поцеловал и сунул в руки какой-то сверток.
— Я приеду к тебе как только смогу. Веди себя хорошо.
— Эй! Это ты себя веди хорошо! Как ты вообще здесь оказался?
— Сбежал с лекций, — легкомысленно отмахнулся целитель. — Ну, счастливой дороги. Приедешь — обязательно напиши.
Эйфории от этой быстрой, смазанной встречи мне хватило на целый день. Пришел! Попрощался! Нашел для меня и время, и возможность! Значит, и вправду любит, значит, у нас есть еще шансы. Что такое четыре месяца, если впереди вся жизнь?
Дорога теперь казалась мне волшебной. И сугробы, и заснеженные деревья, пролетавшие мимо, и покачивание нашего транспорта, и мирный храп Озерова, и лукавые взгляды Аглаи — все радовало, все восхищало. А еще князь оплачивал все наши обеды и ужины, поглядев на доставшую деньги сестрицу таким сердитым взглядом, что стало понятно: он настоящий южный мужчина, который непременно позаботится о своих подопечных.
На постоялом дворе я развернула сверток, что вручил мне Асур, и вскрикнула от восторга: книга! “Основы артефакторики: металлы, заклинания, простейшие механизмы”. Вот это подарок!
Открыла — и пропала. Асур угадал, чем меня порадовать.
«Серебро — металл универсальный, — прочитала я. — На него ложится любое заклинание. Прочие же металлы делятся на металлы земли, воды, огня и воздуха. Прежде, чем вкладывать заклинания, нужно определить, к какому классу оно относится. Порой медь даёт эффект лучше, нежели серебро».
Про классы заклинаний я знала от Аглаи, но были такие артефакты, что очень сложно разобрать, к чему их отнести. Та же охранка — она что: огонь? Нет. Воздух? Земля? Да черт ее знает! А тот артефакт приёма огней от зеркалографа? Его как классифицировать? Разумеется, в университете это все преподают. Но мы люди темные, университетов не заканчивали. К сожалению, даже не начинали. Теперь у меня книга есть, я хоть что-то из неё подчерпну, хотя и не вижу, как Аглая, плетений магических потоков. Я — маг-металлист. По классификации отношусь к магам земли. Здорово.
