Когда раздался звонок в дверь, она сначала удивилась, но потом вспомнила, что видела, как одна из жительниц городка, прославившаяся своими домашними консервами, парковалась недалеко от ее дома. Наверняка это она. Решила предложить один из своих превосходных джемов.
С Фредди на руках Лаура подошла к двери и с приветливой улыбкой распахнула ее. В тот же миг ей показалось, что душа покинула тело. Перед ней стоял оживший главный персонаж ее ночных кошмаров.
Колин! Она сразу осознала серьезность своего положения.
— Хорошо проводишь время в Кумера-Кроссинг, не правда ли, моя дорогая? — спросил он со зловещей улыбкой.
— Убирайся отсюда, Колин. Это мой дом. — Собрав все свое мужество, она решила не сдаваться.
По непривычным ноткам в голосе хозяйки Фредди сразу понял, что гостю на пороге она не рада. Он вырвался из рук Лауры и вцепился когтями в грудь мужчины, повиснув на нем. От неожиданности Колин вскрикнул.
— Мерзкая тварь! — Он попытался отодрать Фредди, но не тут-то было — ласковый котенок превратился в тигра. — Он поцарапал меня! — взвыл Колин и, оторвав наконец Фредди от себя, отшвырнул его в сторону.
— Обязательно было так делать? — Лаура с тревогой смотрела, как сильно ударившийся котенок пытается подняться.
— Лучше побеспокойся о себе, дорогая.
— Как ты здесь оказался, Колин? — Лаура решила не отступать. — Ты же должен быть в Брисбене.
— Ага, сработало! — Он с силой толкнул ее в грудь, и она была вынуждена уцепиться за что-то, чтобы не упасть. — Я специально велел своим сотрудникам говорить, что я на месте. Отлично придумано, а? — В его взгляде засветился знакомый ей зловещий огонек. — Твой любовник умчался в Брисбен, и ты теперь у меня в руках. Сука! — Он снова резко выбросил руку и сильно ударил ее наотмашь по лицу. Лауре показалось, что он сломал ей шею.
Она понимала, что это только начало, но почему-то не испытывала страха. Кроме того, Эван научил ее нескольким приемам каратэ, и она обязательно применит их.
Колин захлопнул дверь и запер ее на ключ.
— Тебя некому защитить, Лаура. — Он огляделся по сторонам, как стервятник. — Отвратительный дом. Не могу представить, как ты живешь здесь.
— Как в раю, потому что без тебя, Колин. — Лаура лихорадочно прикидывала, как ей добраться до спальни, которая запирается на замок, и из окна позвать на помощь. — Кстати, к чему этот маскарад?
— Чтобы добраться до тебя. — Он ухмыльнулся. Ты же знаешь, что обычно моя внешность привлекает внимание, а мне надо было оставаться незаметным. Между прочим, я даже посетил вчерашний концерт. Ты была великолепна. Как и Келлерман.
Лаура была настороже, ежесекундно ожидая нападения.
— Не твое дело.
— Неужели? Ты — моя жена.
— Уже недолго осталось. Мне нужен развод, Колин.
Прозрачные голубые глаза подернулись арктическим холодом.
— Ты — вероломная жена, но никакого развода не будет! Мы всегда будем вместе. Я живу полной жизнью только тогда, когда ты со мной.
— То есть когда у тебя есть жертва, над которой можно безнаказанно издеваться? — Поняв, что до спальни ей не добраться, Лаура решила бежать на кухню. Она спрячется за стойкой, и под рукой у нее окажется набор ножей. — Я никогда не вернусь к тебе, Колин.
— Конечно, вернешься. — Еще одна зловещая улыбка. — Ты же давала клятву перед Богом, помнишь?
— Твое поведение заставило меня отказаться от нее. — Лаура удивилась тому, как ровно звучит ее голос.
— Пытаемся показать, какие мы теперь храбрые? — Снова взметнулась рука, но Лаура успела отклониться.
— У меня теперь есть друзья. Даже без Эвана меня есть кому защитить.
— Если ты намереваешься кричать, то я тебе этого не позволю. А когда твои друзья хватятся, ты будешь уже далеко отсюда. Ты — моя, Лаура. Моя жена. Разве это ничего не значит?
— Это перестало для меня что-либо значить еще во время нашего медового месяца. Я ошиблась в тебе, Колин. Ты жестокий и порочный. Трусливый негодяй, который немилосердно издевался надо мной, женщиной, своей женой, получая от этого высшее наслаждение. И это врач, призванный служить людям, быть добрым и милосердным. Интересно, как воспримут твои коллеги правду о тебе.
Они узнают, какой ты на самом деле — психопат, истязающий жену. Полагаю, единственный человек, для которого это не станет новостью, — твоя мать.
Я всегда видела тревогу в ее глазах.
— Оставь мою мать в покое! — рявкнул Колин.
Опасное пламя все сильнее разгоралось в его глазах.
— Думаю, когда она узнает правду, даже она отвернется от тебя.
— Как будто она тебе поверит! — огрызнулся Колин, но на искаженном злобой лице промелькнула тень беспокойства.
— Думаю, мои адвокаты вытрясут из тебя правду на суде. Лучше смирись, Колин, и отпусти меня.
Бог дал мне второй шанс, и я не откажусь от него.
— Бог? — Голос Колина сорвался на фальцет. Ты не поняла, Лаура, — Бог на моей стороне. Наш брак был заключен на небесах. Я — твой муж, и я никогда не отпущу тебя.
— Есть законы, которым даже ты, Колин, будешь вынужден подчиниться, — продолжала говорить Лаура, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно и убедительно. — И эти законы на моей стороне. Ты ведь не хочешь публичного скандала? Но если ты не отпустишь меня по доброй воле, я его устрою, можешь мне поверить.
— А ты можешь мне поверить, что кое-что обязательно случится с Келлерманом, — угрожающе прошипел Колин.
— О чем ты? Ты убьешь его? Нет, конечно, не сам, только не своими драгоценными руками. Ты наймешь какого-нибудь головореза.
Колин кивнул, как будто все сказанное было самой естественной вещью на свете.
— Я рассматриваю это как законный способ избавиться от соперника. В любви и на войне все средства хороши, не так ли, дорогая? Есть много людей, готовых за деньги на все.
— Да, но они обычно заканчивают в тюрьме.
— Лаура, да я сам скорее сяду в тюрьму, чем отдам тебя Келлерману. — Она с ужасом поняла, что это не просто слова. — Поэтому лучше не зли меня.
Брось пару вещичек в сумку, напиши своим друзьям, что отправилась в путешествие с другом, и быстренько садись в машину.
Однажды он уже подчинил ее себе, но больше она не позволит ему сделать это.
— Извини, Колин. Ничего не получится. Тебе придется уехать одному, без меня. Слышишь, ты, чудовище? — Потеряв над собой контроль, Лаура схватила керамическую вазу для фруктов и швырнула ее в Колина.
Колин глумливо усмехнулся, хотя ваза и задела его по виску.
— Нет, все-таки пора тебя немного поучить. Хочешь драться — пожалуйста. Почему-то я не сомневаюсь, кто победит. Вечно ты меня провоцируешь, дорогая. Все! Делай, как я велел! Мне не терпится поскорее убраться из этой дыры.
