Считалось, что организация потеряла силу и распалась в прошлом году, после кончины Дава. Но на дне общества ходили слухи, что бизнес «Голубой палаты» по-прежнему процветает, но уже при другом хозяине.
И вполне возможно, что этим хозяином стала именно Джоан Дав.
Однако сочла благоразумным некоторые вопросы лучше вообще не задавать.
— Счастлива сказать вам, что я все утро провела в расследованиях по поручению Лейк и Марча! — жизнерадостно объявила Джоан.
Лавиния мгновенно насторожилась и уже более пристально взглянула на вдову. Она еще никогда не видела Джоан в таком прекрасном настроении. Возможно, решила наконец сбросить траур!
— Лейк и Марч… — задумчиво повторила Лавиния. — Мне нравится, как это звучит.
— Лично мне совершенно все равно, — возразил Тобиас. — И если хотите придать нашему случайному партнерству постоянный статус, Джоан, следует назвать фирму «Марч и Лейк».
— Вздор! — отпарировала Лавиния. — «Лейк и Марч» звучит лучше.
— Не согласен! Имя старшего партнера всегда должно ставиться первым.
— Возраст, разумеется, может стать достойным доводом, хотя я не стала бы так грубо привлекать внимание к вашему. Тем не менее…
— Я имел в виду опыт, а не возраст, — парировал Тобиас.
Лавиния мило улыбнулась и, вопросительно подняв брови, обратилась к Джоан:
— Итак, мадам, о чем вы хотели нам поведать?
— До того, как меня столь бесцеремонно прервали вашей перепалкой? Неужели не можете договориться, как правильно обозначить ваши деловые отношения с мистером Марчем? Весьма печально!
В глазах Джоан плясали веселые искорки. Нет, с ней явно что-то случилось. Хорошее, разумеется.
— Итак, я хотела сказать, что среди некоторых членов общества, питающих живой интерес к антиквариату, распространились определенные слухи.
Тобиас рассеянно отставил бокал и с неподдельным интересом уставился на Джоан.
— Я весь внимание, мадам.
— Знаю! Я знаю! — выпалила Лавиния, едва не подпрыгивая от возбуждения. — Речь идет о пропавшей Голубой Медузе, верно? Именно поэтому я просила вашей помощи, Джоан. При ваших знакомствах в свете ничего не стоит выведать информацию определенного рода.
— Я счастлива помочь советом, — кивнула Джоан и, понизив голос, добавила:
— Дело в том, что новости о Голубой Медузе заинтересовали некоего коллекционера, чрезвычайно богатого и влиятельного джентльмена, имеющего репутацию человека, готового добиться своего любой ценой.
— Но откуда вам известно, что он хочет браслет? — спросила Лавиния.
— Потому что он крайне редко появляется в обществе, хотя любая хозяйка дома счастлива послать ему приглашение. Тот факт, что он только сейчас вошел в эту залу, лучше всего доказывает, как нужен ему браслет. Не могу себе представить, что бы другое могло привести его сюда.
Лавиния, проследив за взглядом Джоан, заметила человека, стоявшего в компании незнакомых джентльменов у кадки с пальмой. Хорошо одет. Держит себя с холодной надменностью и явной самоуверенностью богатой и знатной особы. Правда, в этом он мало чем отличался от других мужчин, собравшихся здесь, и с первого взгляда был такой же, как они. Но только с первого взгляда. На самом же деле он неуловимо выделялся из толпы, хотя, очевидно, не прилагал к этому никаких усилий. Скорее наоборот. Судя по элегантному костюму и скромным манерам, он делал всяческие усилия выглядеть «частью окружающего пейзажа».
Да, подумала Лавиния, теперь понятно, что имела в виду Джоан. Среди моря многоцветных рыбок он выглядит плохо замаскированной акулой. Совсем как Тобиас!
Неожиданно пришедшая в голову мысль заставила ее судорожно глотнуть шампанского.
Правда, во внешности у них было мало общего. Во-первых, незнакомец был старше Тобиаса. Судя по виду, возраст его приближался к пятидесяти годам. И лысел он со лба, что, как ни странно, весьма ему шло, придавая благородство четкому профилю. Кроме того, он был стройнее и выше Тобиаса.
— Кто он? — прошептала Лавиния.
— Лорд Вейл, — мягко ответила Джоан, и какие-то странные нотки в ее голосе заставили Лавинию украдкой поглядеть на подругу. От неожиданности она растерялась. Лицо Джоан светилось каким-то новым интересом. Только сейчас до Лавинии дошло, что она никогда не видела Джоан такой… Почти счастливой.
Похоже, она находит Вейла интригующим.
— Ад и проклятие! — пробормотал Тобиас. — Значит, Вейл замешан в этом деле?
— По-видимому, — отозвалась Джоан. — Более того, подозреваю, что он знает о вашем с Лавинией расследовании.
— Черт возьми! — не унимался Тобиас. — Только этого нам и не хватало!
— Почему тебя это так тревожит? — удивилась Лавиния. Но Тобиас не сводил глаз с мужчины, стоявшего на другом конце залы.
— Как уже сказала Джоан, Вейл весьма разборчивый коллекционер. И у него есть деньги для удовлетворения всех своих прихотей. Говорят, что, если золото не помогает ему получить желаемое, он прибегает к другим средствам и методам.
— Он основатель клуба избранных, — добавила Джоан. — Члены его называют себя ценителями. В него вступают только те, кто собирает самые экзотичные и необыкновенные предметы старины. Вакансии случаются редко. Каждый претендент обязан пожертвовать в коллекцию клуба какой-нибудь драгоценный экспонат, и только после этого его кандидатуру соглашаются рассмотреть. — Она чуть помедлила. — Кстати, сейчас как раз открылась такая вакансия.
Тобиас задумчиво покачал головой.
— Откуда вы знаете?
— Потому что год назад умер мой муж. Он много лет был членом клуба.
— Но почему же Вейл с тех пор никого не принял? — осведомился Тобиас.
— Возможно, не видел подходящих кандидатов, — пояснила она. — Не забудьте, что следует представить не просто ценную, а чрезвычайно редкую вещь, предпочтительно с невероятной историей. А такую найти нелегко.
— Нечто вроде браслета с Медузой? — выдохнула Лавиния.
— Совершенно верно. И, учитывая появление его светлости, можно предположить, что он не собирается сидеть и ждать, пока другой коллекционер найдет Голубую Медузу и представит в музей клуба. Вейл задумал сам приобрести браслет.
Тобиас лукаво улыбнулся:
— Вы хорошо его знаете?
Джоан поколебалась.
— Он иногда гостил в нашем доме… при жизни мужа. Филдингу он нравился. Они уважали друг друга. Но не могу сказать, что хорошо знаю Вейла. Да и вряд ли кто-то может на это претендовать.
— Верно, — согласился Тобиас. — Вы совершенно правы.
— Вы с ним встречались? — спросила Джоан.
— Да, Крекенберн нас познакомил. Но, подобно вам, не могу утверждать, будто близко с ним сошелся. Да и вращаемся мы в разных кругах.
