Таким образом, новый командир I батальона Симони решил провести краткую операцию против этих групп. В ней участвовали практически все доступные подразделения батальона. Главной целью была деревня Сыч, ее Симони считал центром партизанской активности. Если сказать, что подразделение отражает своего командира и наоборот, то теперь I батальон был воплощен в Симони и его приказах: в этой операции, помимо партизан, французами были убиты мирные жители и сожжены 4 деревни. Симони во время первой операции показал свой «стиль» командования.
На два месяца силы партизан были ослаблены: они практически не атаковали{450}. Так что остаток зимы прошел в относительно спокойной для французов обстановке. Разве что мораль постепенно снижалась: после Сталинграда чаша весов начала клониться в сторону СССР. Были зафиксированы случаи дезертирства.
Симони писал в отчете, что после двух месяцев затишья Дербан собрал свои силы и снова развил бурную деятельность. Мелкие отряды (5–15 человек) подобрались к командному пункту в Сморках и уже было начали совершать диверсии на Борисовской железной дороге.
29 марта произошел ночной бой в деревне Веребовщипа. Симони пишет, что деревня была на окраине леса, в 4 километрах западнее Сморков (деревню на карте найти не удалось). 28 марта в 18:00 Симони был предупрежден одним из легионеров, что двое его товарищей хотят убежать в Веребовщину, где их ждут партизаны, дабы присоединиться к ним. К 20:00 Симони уже собрал группу: 10 всадников Барбары во главе со своим командиром, два отделения (15 человек), всего 26 бойцов и 2 пулемета. Легионер, сообщивший Симони о планируемом побеге, провел их к деревне, и уже в полночь мобильная группа достигла ее пределов. Ночь была очень темной, невозможно было разглядеть что-то в метре от себя; вдобавок шел дождь, дул сильный ветер. Симони сразу же атаковал деревню ударом с двух сторон (своего рода «клещи»); погода тут сыграла французам на руку. Партизаны принимали пищу, поэтому легионеры быстро захватили трофеи: 500 патронов, магазины для 1ШШ, две мины и снаряжение. Помимо этого, было взято в плен трое партизан.
Тут же пришлось запять оборону и прикрывать все секторы обстрела. Партизаны из других домов ринулись в бой; их вел офицер регулярной армии, они использовали гранаты и пытались выбить французов с занятых позиций в течение всей ночи. Легионеры хорошо держались, каждый раз отражая атаки; лишь двоих ранило осколками от гранат. Партизаны потеряли одного убитым и одного раненым (включая офицера).
Двое легионеров-беглецов были захвачены в плен еще во время начала атаки. Пока Симони был занят выяснением отношений с партизанами, эти двое смогли убежать. Их поймали спустя два дня на аванпосте у Оздятичей, с помощью офицера французской разведки и местного командира «Службы порядка». После этого их переправили в Борисов, отдали под трибунал, который вынес им приговор в виде высшей меры наказания{451}.
В какой-то момент партизаны обосновались в Мурово. Сама по себе деревня представляла достаточно удачное место, с которого просматривалась округа; деревню при желании можно было превратить в опорный пункт. Симони запретил пытаться переходить Березину из-за движения льда; эти условия могли создать неблагоприятную тактическую ситуацию. 1 апреля его приказ был нарушен командиром
2-й роты капитаном Жаном Бассомпьером, который с взводом пересек реку и попытался произвести разведку. В итоге он потерпел неудачу, попав под плотный обстрел; выйти из ловушки удалось лишь ночью. Итог неудачного рейда: 1 убитый, 1 раненый.
Естественно, Симони был зол. В своем отчете он, уже в который раз, сетовал на дисциплину легионеров и назвал это еще одним примером «офицерского» поведения среди командного состава ЛФД. Бассомпьер, по мнению Симони, не был достоин звания капитана, т.к. не обладал достаточными знаниями, опытом и дисциплиной.
Симони расставил наблюдателей на правом берегу реки, а сам начал готовить операцию. Ему нужно было выбить партизан из Мурово, занять деревню и превратить ее в опорный пункт. При планировании акции Жан Ксавье сделал поправку на способности офицерского состава (в его понимании).
Таким образом, он разделил своих подчиненных на две группы. Первая группа, под его руководством, продвигаясь от Сморков через Борисов к Щербинке, должна была создать у партизан впечатление, что конечной целью рейда было пройти на юг, к Сычу. Вторая группа, сформированная из частей из Оздятичей и Лавпицы (последняя тоже была превращена в опорный пункт, по настоянию командира батальона), должна была быть поставлена на левом берегу Березины, с пулеметами и двумя 37-мм пушками (с разрывными снарядами), и наблюдать за Мурово. Эта группа должна была открыть огонь, как только она услышит выстрелы пушек и тяжелых минометов на правом берегу (это значит, что первая группа достигла цели); сигналом к прекращению обстрела была бы зеленая ракета.
Первая группа: 3 отделения местных полицейских; кавалерийская группа Барбары (12 человек); взвод 3-й роты; отделение саперов (6 человек); половина мобильного взвода при 10 пулеметах, три 80-мм миномета и 37-мм пушка.
Вторая группа: пулеметный взвод из 2-й роты (4 пулемета); 20 полицейских (2 русских пулемета); две 37-мм пушки.
15 апреля группы выдвинулись. Все пошло так, как Симони и предсказывал: партизаны «клюнули», подумав, что французы идут в Щербинку, видимо, обстреляли их, и были сами обстреляны второй группой, из тяжелых орудий. Мурово было занято; в нем тут же установили 80-мм миномет и сразу были начаты работы по возведению укреплений.
Отступившие на юг партизаны были захвачены в плен и повешены по приказу Симони.
Таким образом, I батальон значительно укрепил свои позиции, а партизаны потеряли выгодный плацдарм для ведения операций{452}.
Наступил май 1943 г. Первой большой антипартизанской операцией в этот период стала «Майская гроза» («Maigewitter»), проводившаяся в районах Сур аж — Дрозды — Межа — Выходки — Городок (Витебская область) с 17 по 22 мая{453}.
В операции принимали участие 87-я пехотная дивизия, части 8-й танковой дивизии, боевая группа казаков Эверта Вольдемара фон Рентельна и 9 охранных батальонов{454}. Общая численность сконцентрированных сил составляла около 27 тысяч человек{455}.
От I батальона Симони участвовали 150 бойцов: усиленный взвод (т.н. «мобильный взвод» или «взвод быстрого реагирования») под командованием оберфельдфебеля Деляруэлля; взвод 80-мм минометов; разведэскадрон Барбары; взвод из 2-й роты под командованием оберфельдфебеля Гобиона; два взвода из 3-й роты (гауптфельдфебель Рижад и оберфельдфебель Перриго). Командовал этой сводной группой лейтенант Рауль Дагостини{456}.
Германским силам противостояли крупные партизанские соединения: 1-я и 2-я Белорусские партизанские бригады имени Пономаренко, диверсионная Белорусская бригада имени Ленина, 1-я Витебская партизанская бригада, партизанская бригада имени А.Ф. Данукалова, а также бригада имени Краснознаменного Ленинского комсомола. Общая численность партизан доходила до 2500 человек{457}.
Численное превосходство, а также артиллерийская и авиационная поддержка позволила вытеснить партизан из района их дислокации (треугольник Витебск — Городок — Сураж), после чего у населения были забраны продукты и фураж (350 голов скота и лошадей, 15 тонн зерна). Партизаны были заблокированы, и им остался один выход — прорыв. Здесь они и столкнулись с I батальоном.
22 мая у села Котово разгорелся тяжелый бой: партизаны, в попытке прорвать блокаду и избежать уничтожения, столкнулись с французами под командованием Дагостини. Партизанская группа численностью около тысячи человек вела бой со 150-ю легионерами, которые укрылись в селе; обе стороны понесли тяжелые потери, но, естественно, при подобном численном раскладе французские солдаты не смогли остановить советских партизан и вынуждены были выбираться из окружения сами.
Прорыв партизан, по показаниям командира казаков Рентельна, был удачен и произошел восточнее полка под его командованием. Виной этому была, по его словам, «низкая квалификация немцев». При прорыве из окружения партизаны потеряли до 200 человек{458}.
В ходе операции было убито 650 партизан, 1749 «подозрительных» арестовано, а также захвачено различное оружие и снаряжение{459}. Белорусские специалисты пишут, что в ходе этой акции было расстреляно более 2400 мирных граждан{460}.
За «Майской грозой» последовало еще две операции — «Весенний хоровод» («Frühlingsreigen») и «Дождь на Троицу» («Pfingstregen»). В принципе, каждая операция была лишь продолжением предыдущей. «Весенний хоровод» (иногда встречается датировка с 1 по 3 июня) прошел в период май — июнь 1943 г. на территории оккупированной Смоленской области и в Лиозненском районе Витебской области. Проводили ее части 3-й танковой армии и охранные войска тылового района группы армий «Центр»{461}. «Дождь на Троицу» прошел в том же районе, что и предыдущая операция, по уже в июне 1943 г.{462} Увы, детали по этим двум акциям почти неизвестны и подробности крайне скудны.
