— Ты не инкубатор, — исправил я. — Возможно, ты не моя пара, — пока что, — но гораздо важнее инкубатора, Катриана.
— С чего бы? — уныло прошептала она, качая головой. — Не бери в голову. Я хочу прилечь, — она положила ладонь на свой все еще плоский живот. — Я поела, теперь пришло время поспать. Чтобы твой ребенок был здоров.
— Наш ребенок, Катриана, — помрачнел я, не обрадованный ее формулировкой.
Катриана ничего не ответила, лишь встала с моих колен.
Я схватил ее за талию и, подняв на руки, инстинктивно заурчал для нее. Она была близка к регрессу, который я отказывался допускать.
— Мы идем вперед, а не назад, — сказал я, направляясь в свою спальню. — Но если хочешь поспать, будет тебе сон.
Рядом со мной.
Я опустился вместе с ней на кровать, расстроенный тем, что она не чувствовала себя комфортно для гнездования. Да, недели для исцеления было недостаточно.
Катриане нужно было гораздо больше.
Какой-то жест.
Не укус, — который она сочла бы жалкой отметкой, — что-то грандиозное.
Нечто вроде признания.
Публичного.
Улыбнувшись ей в волосы, я поцеловал ее в макушку, и у меня возникла идея. Четкий план действий. Он должен был сработать. Без вариантов.
Катриана Кардона была моей.
И я собирался удержать ее.
Навсегда.
Глава 21
Кэт
В ростовом зеркале отражалась незнакомка. Я узнала свои рыжие волосы, но не укладку. Татуировки были выставлены на всеобщее обозрение. Хотя бы глаза остались прежнего цвета.
Облегающее шелковое платье казалось слишком мягким. Изящным. Женственным.
Особенно если учесть, что я вообще не носила платья.
Я предпочитала джинсы и свитера. Куртки. Перчатки. Шапки. Оружие. Не туфли. Как женщины вообще ходят на каблуках?
— Что случилось? — спросил Андер, подойдя ко мне в костюме-тройке.
Я широко распахнула глаза. Мне никогда не доводилось видеть роскошные наряды, разве что в журналах. По крайней мере, деловой костюм я узнала. Ничего себе, Андер выглядел потрясающе.
— Катриана? — позвал он.
— Да. Точно, — покачала я головой. — Я в порядке, — я всего-то хотела потереться о его костюм и узнать, насколько он мягкий. Ничего больше.
Но сегодняшним вечером у нас были другие планы.
Знакомство альф и омег.
По-видимому, также знакомство с моим будущим. Андер говорил обтекаемо, но я все понимала. Стоило мне родить ребенка, как меня бы забрал один из мужчин, чтобы начать процесс заново.
Скольких детей я могла произвести на свет? Троих? Десятерых? Тридцатерых? Меня передернуло при воспоминании о комментарии Райли касательно численного соотношения альф и омег в Андорре.
Выходит, тридцать было вполне реальным количеством.
Моя жизнь… Я нахмурилась.
— Сколько живут оборотни? — вслух задалась я вопросом. Да, волки были бессмертны, по крайней мере, неуязвимы для болезней и прочих человеческих недугов. Но ведь хоть что-то да могло их погубить.
— Пока что-то нас не убивает, — повел плечом Андер.
— Например? — надавила я.
— Почему ты спрашиваешь, Катриана? — блеснув золотистыми глазами, он толкнул меня к раковине и прижал к ней, опершись на нее обеими руками.
— П-просто, — выдохнула я, задрожав. — Я…я почти ничего не знаю о… — я сглотнула. — Н-не обращай внимания.
Когда я попыталась отвести глаза, Андер ухватил меня за подбородок и заставил выдержать его грозный взгляд. Мое сердце пропустило несколько ударов, ладони вспотели.
Почему-то мой вопрос заставил Андера задуматься. Хоть я и не понимала, о чем.
— Оборотня может убить все, что надолго остановит его сердце, — наконец ответил он. — В Андорре живут несколько альф, которым около пятисот лет. Они почти в пять раз старше меня, но выглядят точно так же. Я встречал лишь пару тысячелетних волков. Они кажутся почти моими одногодками. Человек дал бы им не больше сорока, но их сила с годами лишь возрастает. Один из них мой отец.
— Твой отец? — шепотом спросила я.
— Да, — кивнул Андер. — Он лидер сектора в Норвегии.
— Какого? — я не особо разбиралась в географии, но мне нравилось больше узнавать об Андере и немного его очеловечивать.
— Скандинавского, — он отпустил мой подбородок и погладил меня по щеке. — Если думаешь о самоубийстве, то не стоит. Волка убить непросто, и в конце ты пожалеешь.
— Что? — у меня чуть не отвисла челюсть. Значит, вот чем Андер объяснял мой интерес к продолжительности волчьей жизни? Не успев понять, что делаю, я шлепнула его по лицу и тут же в испуге прикрыла рот ладонью. — Ох… — приглушенно выдохнула я.
Я не хотела поднимать на Андера руку. Ни в коем случае. Но от одной лишь мысли о том, что он заподозрил меня в суицидальных наклонностях, у меня вскипела кровь. Я так долго выживала не для того, чтобы влезть в проклятую петлю!
Андер поджал губы, и яростный блеск в его золотистых глазах немного поблек.
— Вот и мой котенок, — прошептал он и, опустив руку на мою ладонь, отодвинул ее ото рта. Наклонившись, Андер сделал то, чего я меньше всего ожидала. Он нежно поцеловал меня. — Мм, между прочим, ты потрясающе выглядишь в этом платье.
Я застыла, судорожно обдумывая последние шестьдесят секунд.
— Ты думал, что я планирую самоубийство? — чтобы я позволила ему сменить тему и поговорить о моем платье? Черта с два. — Думаешь, после двадцати одного года борьбы за жизнь я покончу с собой?
— Ты спросила, потому что ищешь способ меня убить? — задумчиво попятился Андер.
— Что? Нет, — я хотела поколотить его снова и снова. — Я спросила, потому что ничего не знаю о том, как быть гребаным волком. Конечно, я в курсе, что по всему миру разбросаны секторы, и клан Икс — не единственные перевертыши, но никто ничего не рассказывал мне о вашей жизни. Все ждали, что я просто смирюсь. Возьму и приму свою роль, — последние слова я прошептала, и вместе со вздохом меня покинул весь запал.
Я бы никогда себя не убила.
Но мне стало легче от того, что волки все-таки умирали, и мне бы не пришлось вечно быть вещью.
По крайней мере, я на это надеялась.
Ухватив меня за волосы, Андер запрокинул мне голову и заставил снова посмотреть на него.
— Ты не чертов инкубатор, — прорычал он. — Ты — мать моего ребенка. Омега. И ты моя, Катриана, — набросившись на мой рот, он не дал мне оспорить его заявление, напав языком и подчинив так, что у меня перехватило дыхание.
Всю последнюю неделю его поцелуи были нежными.
Но не этот.
Андер требовал взаимности, усиливал хватку, карал губами.
Он пробудил ото сна мою волчицу и вызвал пульсацию у меня между ног, которой я не чувствовала уже несколько недель. Обняв Андера за шею, я выгнулась ему навстречу, принимая его и отвечая тем же.
Вот что я понимала.
С чем могла справиться.
Мне даже понравилось быть высокой на каблуках.
Ослабив захват, Андер свободной рукой сжал мой зад, крепче прижимая меня к себе.
«Да, да, пожалуйста, еще», — я чувствовала себя живой. Человечной. Готовой на все.
— Нет, — Андер оторвался от моего рта. — Я уничтожу тебя в твоем ослабленном состоянии, — он резко отпустил меня, и я пошатнулась. — Нам пора на вечеринку, где я лично покажу тебе, как устроено наше общество. Быть может, тогда ты поймешь.
«Верно. Альфы и омеги ждут», — у меня оборвалось сердце.
Андер не дал мне шанса ответить, схватив за руку и вытащив из ванной. Он шагал резко, будто злился.
Стоило мне вдохнуть, как мои подозрения подтвердились. Андер разозлился и возбудился. Очень, очень возбудился.
Что не было добрым знаком перед вечеринкой с десятком омег.
Или, возможно, так и было задумано.
Моя волчица чуть не зарычала, с каждым шагом все сильнее желая его отметить. Я не хотела делиться Андером. Сама концепция полигамии вызывала желание крушить все вокруг.
