что Тьма не зря так настаивала на его клятве. Как бы потом не пришлось пожалеть об этой сделке…
Да черт с ним! Лишь бы Кирайю спасти, а все остальное решаемо. И на Тьму найдется управа.
Несколько мгновений Таггар ждал действий новой союзницы, но ничего не происходило. Урлан все так же вливал в купол силу и усмехался, наслаждаясь своей местью. Ему ведь было невдомек, что его два ненавистных врага могли объединиться, чтобы…
Для чего именно так и осталось неясным, потому что Урлан вдруг дико взвыл и схватился обеими руками за горло. Крик быстро сменился глухим хрипом, а Сиери почувствовал надвигающуюся со всех сторон темную первобытную силу.
Купол лопнул, разлетевшись звенящими осколками. Советник подхватил Кирайю и, не мешкая ни секунды, активировал портал. Вслед понеслись злобные проклятья, но они быстро потонули в порыве ветра.
Глава 11
Голова чертовски болела. Нет, не так! – просто раскалывалась на части. Чем она его припечатала?..
Рэджин огляделся и, увидев на полу осколки, вынес вердикт: бутылкой. Хорошо приложила, ничего не скажешь. Впрочем, он сам виноват. Слишком расслабился в ее присутствии, привык к тихой безропотной Кирайе, начал доверять – и вот итог.
Инквизитор сел в кресло, налил себе вина из уцелевшей бутылки, откинул больную голову на мягкую спинку и прикрыл глаза. Она ушла: сбежала к Сиери, украла часы…
И нечем ее больше удерживать, нет рычагов, способных на нее повлиять, потому что ей ничего не надо. Что ж, она хотела от него избавиться и избавилась…
Рэджин тихо рассмеялся, вот только смех получился каким-то сухим и безрадостным. Все шло к черту, и это уже не изменить. Он поставил на кон все и в конечном итоге проиграет. Это уже предрешено. Хорошо еще, если ему удастся вывести из погибающего мира драконов…
Но Безликие, скорее всего, не допустят. Теперь духи возьмут сполна и неизбежно потребуют исполнения клятвы…
– Рэджин? – Тихие слова Мии вспороли тишину и оборвали поток безрадостных мыслей. – Где Кирайя? Объясни, что происходит? Как, скажи, альфар прошел сквозь барьер и оказался в городе? Я до сих пор вздрагиваю, вспоминая тот ужас, который испытала…
– Твой ужас – нормальная реакция сознания на магию смерти, – так и не открывая глаз, наконец ответил он. – Это был хранитель Верхнего мира. Он и забрал Кирайю…
– И ты допустил? – ошеломленно спросила девушка. – Она ведь тебе дорога! По крайней мере, мне так казалось.
– Но любит-то она не меня! – ярость наконец-то проснулась. Бокал отлетел в сторону и разбился о стену. – Думаешь, она простила бы мне его смерть? Нет! Я устал от ее ненависти, честно. Не хочу больше ее удерживать. Не хочу больше причинять ей боль.
– А как же мир? Кто станет светлым якорем?
– Уже неважно. – Рэджин потянулся к бутылке и отхлебнул из горлышка. – Но с тобой все будет в порядке, обещаю.
– О чем ты? – Мия прошла в комнату, опустилась возле кресла и заглянула брату в глаза. – Ты нашел другой выход?
– Не я, Безликие нашли, – горько усмехнулся он. – Не смотри так. Раз пообещал, значит, сдержу слово.
– Меня сейчас не это беспокоит, – покачала головой девушка, – а твоя сделка с духами. Ведь они ни за что и никогда не станут помогать, если не увидят для себя в этом выгоду.
– Поверь, это в их интересах.
Инквизитор протянул руку и нежно провел рукой по голове сестры, пытаясь успокоить. Слишком много было в ее глазах тревоги, но хуже всего было, что сейчас она беспокоилась о нем.
– Но ведь они потребуют плату! – воскликнула девушка и вскочила на ноги. – И плату несоразмерную!
– Значит, так тому и быть, – равнодушно ответил он и снова отхлебнул из бутылки. – Разговор закончен.
Девушка постояла еще несколько секунд, явно намереваясь высказать все, что накипело, но все же вышла из комнаты, не проронив ни слова. Рэджин проводил ее взглядом и опять приложился к бутылке. Хотел ли он напиться – несомненно, вот только с каждым глотком вино казалось все безвкуснее, а мысли вновь и вновь возвращали к Кирайе.
***
Мы вырвались из Нижнего мира, а я все никак не могла прийти в себя. Урлан напал слишком неожиданно, и я не успела отдать часы Сиери. Все мои попытки докричаться до советника были бесполезными: темная аура, окружающая меня защитным коконом, поглощала все звуки. Он просто меня не слышал, и это чуть не стоило нам жизней.
Украдкой посмотрела на Сиери. Несколько мгновений он вглядывался в пустоту Разлома, словно ждал, что оттуда последует нападение, но все было тихо и спокойно. Наконец, королевский советник провел над Разломом рукой, запечатывая пропасть. Воздух заискрился, кое-где проскальзывали настоящие разряды, но длилось это недолго. Вскоре печать вспыхнула и исчезла, но своего назначения не исполнила: Разлом так и остался зиять чудовищным впадиной, рассекающей землю на несколько миль.
– Как и обещала, – я протянула ему часы. – Прости, у меня не было выбора.
Даже не взглянув на меня, он молча забрал артефакт и открыл крышку. Внутри часов отсутствовал циферблат, были лишь стрелки, которые двигались над шестеренками. И по тому, как помрачнел Сиери, громко захлопнув крышку, я поняла, что что-то не так.
– Я не смогу запечатать Разлом, по крайней мере, пока, – глядя в пропасть отсутствующим взглядом, глухо сказал он. – Рэджин не знал, что сила, заключенная в часах, не беспредельна. Магия времени практически иссякла. Хорошо еще, если удастся активировать ее в последний раз…
Он не умолчал, но я знала, что тогда использование часов станет фатальным. Как только исчерпается вся сила артефакта, Сиери умрет, потому что в нем заключена душа хранителя…
Предки, если бы я знала, чем все закончится, никогда бы не украла эти часы, не отдала бы их инквизитору, не стала бы совершать все эти ошибки! Лучше бы Рэджин отправил меня на каторгу! Впрочем, он в любом случае добился бы своего, и если не угрозами, то придумал что-то иное.
– Прости, – прошептала я, чувствуя угрызения совести и понимая, что никакие раскаяния не исправят случившегося. – Это я во всем виновата. Только я…
Наконец он повернулся. Злость в его глазах мгновенно исчезла, уступив место тревоге. Он притянул меня к себе, а потом открыл портал, и лишь когда мы оказались в его столичном доме, ответил:
– Все это уже не
