не один и не два типа двигателей. И если варп-двигатели близки к тому, что показано в Стар Треке, то гиперпространство сеттинга — ближе к Варпу из Вархаммера 40к, хотя зловещих сущностей там вроде не обнаружено, но всё равно эта изнанка обычной вселенной — весьма странное место, зато позволяет неплохо сокращать путь. И в терминологии — чем слой глубже, тем перемещение быстрее, но рискованней для путешественников, как минимум для их психики, так как те могут при отсутствии должной защиты у корабля видеть и ощущать всякое разное…
5) Патагонская аномалия — нечто вроде «реки» в гиперпространстве, характеризующаяся ещё большей скоростью объекта над скоростью света в обычном постранстве, чем перемещение в гиперпространстве «слоя».
14
Веста ощущала себя морским огурцом. Ей казалось, что тошнота никогда не разожмёт своих удушающих объятий, и было совершенно непонятно, как в и так совершенно пустом желудке находится хоть что-то, что может вытечь в обратном порядке сквозь пищевод, горло и губы и оказаться на асфальте взлётно-посадочного поля плавучего космопорта, перемешавшись с лужами всё того же происхождения. Что исторгали из себя остальные кадеты.
Кто-то даже едва мог шевелиться, страдальчески лежа на скамейках, установленных возле здания космопорта на одном из углов плавучей площадки.
И ладно бы это были последствия бурной вечеринки, но нет же…
Девушка болезненно поморщилась от доносящихся до неё громких голосов, ожесточённо о чём-то спорящих и уже довольно долго. До неё даже, кажется, доносился слабый, кхакающий от недавнего полета голос Шинары, которая робко пыталась вставить хоть пару слов в очередное выяснение отношений совсем недавно помирившихся двух пилотов. Только на этот раз совершила ошибку и переборщила Айна.
— …Было же сказано, до какого слоя опускаться, и что идём через аномалию. И что иглолёт — на прицепе. Что сложного было держаться на хвосте? — мужской голос звучал с примерно теми же интонациями, что в первые дни, когда первый кадет был прогнан с практики. — Гиперпространство — это не варп, где ограничения скорости технологические, и то там шкалу собрались скоро расширять.
— Но у меня же хотела как лучше, чтобы быстрее… И лететь же было не сложно, — женский голос был на не менее высоких и агрессивных нотах, но явно оправдывался, — Тем более же не всех укачало…
— Укачало? При прямом провале на пятый слой с уходом на семёрку? И опыт пилота тут вообще дело десятое. — Хоть голоса и звучали громко, и отдавались болью в голве, вызывающей очередной приступ рвоты, Веста с трудом, но могла отметить, что оппонент Айны хотя бы всё так же многословен, как обычно, и девушку-пилота всё же лишь припугнут, но не выгонят. Может быть.
— Знаешь, сколько многоопытных пилотов ныряло в глубокий гипер, а после в месте выхода находили корабль, полный трупов и с одним многоопытным профессионалом, который даже не почувствовал ничего, а после увидел, что ресурсов жизнеобеспечения стало резко хватать на больший срок? Или вообще абсолютно пустые корабли-призраки, где и пилот своих сил не рассчитал, и электронные схемы загнулись, что ничего даже из чёрного ящика нельзя было извлечь?
— Но все ведь живы… — Айна совсем сникла, видимо, представив себе картину, где она выходит из прыжка, потягивается в кресле, оборачивается и видит лишь страдальчески обезображенные лица и тела своих сокурсников. — И как же силовые поля?
— Повезло. А поля — это что-то вроде стенок батискафа, не позволяют смять кораблик сразу и живность запустить. А резкий уход в глубокие слои гиперпространства и обратно — сродни декомпрессии, с которой никакая аппаратура не способна справиться. И всё зависит от вида, личных биологических и психических особенностей организма и того, был ли организм раньше в гиперпространстве, сколько раз, как долго и как глубоко. И даже у самых выносливых есть пределы. А ты, считая по себе и совершенно не зная, как с гиперпространственными перелётами у твоих спутников, занырнула. — Брайан всё больше распалялся, но Веста между тоскливым созерцанием грязного асфальта и страдальческим возненесение взора к зеленоватому небу планеты Океан, всё же вздохнула с облегчением.
По крайней мере, это уже не походило на то, как прошла посадка: с криком воплями, тревожной суетой той же Айны, которую от штурвала отвлек Феникс, который чуть ли не единственный, кроме самой пилотировавшей иглолёт девушки, почти не испытывал никаких отрицательных эффектов от перелёта. Тогда из гиперпространства пришлось выйти ещё далековато от планеты, плавно «всплывая» из глубин «изнанки» вселенной и замедляя обычный досветовой двигатель до черепашьих скоростей.
И весь изначальный выигрыш по времени быстро сошёл на нет, и второй, не шиловидный с ажурным внешним корпусом гранский иглолёт, а чёрный хищный треугольный стелс-звездолёт вскоре вышел из гиперпространства и догнал слишком резвого партнера.
Посадка была жёсткой, на первом попавшемся плавучем космодроме и с агрессивным требованием предоставить место немедля. Диспетчерскую службу, Веста помнила, не раз и не два в переговорах отправили то в чёрную дыру, то в центр войда, то в ещё не менее экзотические места вселенной.
И стоило шлюзу открыться, как служба космопорта, так и экипаж второго корабля поспешили вытащить полубессознательных пассажиров иглолёта и оказать тем медицинскую помощь, не разбирая, кому та была действителньо нужна, а кто просто всех радовал побледневшим или зеленым лицом, но не более.
— Тогда почему со мной всё нормально, я же через гипер летал раза два или три, не более? — спросил Феникс, пытаясь перевести буйство старшего по званию с совсем уже сникшей Айны, ругавшейся более от упрямства, чем от действительно того, что считала себя правой.
— А это хороший вопрос, кадет. — Брайан переключился на новую цель. — И эта хвостатая недоучка должна была сама после академии знать и про глубокие слои
