после чего даже часть амулетов удалось собрать. А куртку пришлось оставить. Девушка в какой-то момент сообразила, что слишком увлеклась этой занятной рыбалкой и если станет упорствовать, опять свалится в обморок. И найти в этот раз может вовсе не Латьялла.
Вздохнув и напомнив себе, что куртку можно пошить новую, девушка распихала все извлеченное по сумкам и довольная пошла дальше.
Возмущенно притихшие лягушки тут же начали орать, видимо жаловались друг другу на ненормальную девицу в штанах. А потом из-за растущих высокой стеной камышей вышла лошадь, принадлежащая второй школе Пятилистника. Повела ушами, хлестнула хвостом по крупу, сгоняя надоедливых насекомых, и уверенно потрусила за девушкой, видимо, считая, что она сможет перевести ее через болото.
А заросший неопрятной бородой мужчина появился, когда и девушки, и лошади уже след простыл. Он уверенно подошел к тому месту, над которым очень долго просидела Томия, выуживая мечи. Протянул перед собой руку, изобразил лицом растерянность, а потом стал ругаться на неведомых воров, а немного подумав еще и на пигалицу, которая теперь точно за все заплатит.
К его несчастью, к камышовой стене как раз подошел славный парень, с боевыми ежами-ищейками, умеющими идти по следу за девушками, которых надо спасти, но они почему-то этого не понимают и сбегают непонятно куда. Парень немного послушал, догадался, что кучу неприятностей и серебряную цепь на шею обещают именно нуждавшейся в спасении девушке, плюнул себе под ноги, едва не попав в ежа, а потом прищурился и неприятно улыбнулся.
А тучи комаров и прочих мошек потянулись со всего болота к ругающемуся мужику. Немного над ним покружились, а потом самозабвенно атаковали, окружив его таким плотным коконом, что парень и ежи прошли мимо, а он их даже не заметил. Впрочем, он не заметил даже молодых магов, тоже решивших перейти болото, потому что так было ближе к портальной почте. Да и они не обратили особого внимания на странную аномалию, окруженную невероятным количеством насекомых.
Аномалия как раз стояла на месте, держа щиты и изобретая огненное заклинание, так что подозрений не вызывала.
А маги были увлечены разглядыванием хорошо местами пропечатавшихся лошадиных копыт и вялым спором о том, та ли лошадь здесь прошла, которую они все подозревают.
Кто-то из великих, а может просто достаточно известных для того, чтобы его цитировали, говорил, что своих желаний следует бояться. Именно из-за того, что они могут однажды взять и сбыться. И Ване когда-то это казалось очень странным.
Ведь если сбываются желания, это же хорошо. А скорее, даже великолепно.
Желаний тогда у Вани было много. Большую часть из них он даже сформулировать не мог. Впрочем, эта большая часть мало чем отличалась от тех, которые обычно бывают у парней. Ну, может градус желаний был не столь высок, как у некоторых, потому что Ваня был симпатичным, а его папа был щедрым. И благодаря этому сочетанию с девушками у него особых проблем не было. Вообще, первая проблема «с девушками» появилась после того, как бывшая одноклассница сначала сама его бросила, а потом передумала и попыталась вернуть. Возвращаться Ване к тому моменту уже не хотелось, да и замена ей успела найтись, и эта дура взяла и пожаловалась брату. И они вдвоем довели его до того, что он стал тратить вечера на просмотр дурацких мультиков и даже умудрился ими увлечься, попутно почитывая гаремники.
И ему иногда очень хотелось оказаться в окружении разномастных, неистово влюбленных девушек, способных дружить между собой. И чтобы не было никаких братьев. И чтобы девушки были прекрасны и не обращали внимания на других мужчин.
Ну, здорово же?
Как оказалось — не очень. Потому что куча агрессивных, обделенных мужским вниманием баб способна вынести мозги быстрее и качественнее, чем какие-то там брат с сестрой.
И ведь, заразы, действительно дружат.
И добра желают, даже против гарема бы не возражали, благо узнали о его существовании от ежиков.
А Ваня наконец понял, почему несчастные арабы выделяли своим гаремам женскую часть, и запрещали их обитательницам соваться без особой надобности на мужскую половину. Иначе они бы не выжили. У мужчин должно быть место, где можно спрятаться от баб, жаждущих их тела.
— До чего я докатился, — пробормотал Ваня и погладил ближайшего ежа.
Наверное, следовало еще два года назад уйти из села куда глаза глядят. Так нет же, убедил сам себя, что ежи без него пропадут. Ага, и что ненормальные девицы повыходят замуж и исчезнут. Ну, некоторые даже выходили, но взамен подрастали другие и вливались в охоту на самого завидного жениха.
Ваня заглянул в лужу, находящуюся как раз посередине островка, на котором сел отдохнуть. Ничего способного сделать его самым завидным женихом так и не увидел. Русый парень, такого светлого оттенка, глаза серо-голубые, нос немного курносый, а лицо в целом ни в каком месте не мужественное. Так и остался симпатичным парнем. Даже непонятно на первый взгляд сколько там лет, кажется, что меньше, чем на самом деле.
Ваня хмыкнул, взбаламутил воду в луже и мрачно стал есть холодную куриную ногу, а то к вечеру обязательно испортится.
Нет, Ваня вовсе не был дураком, ни сказочным, ни обыкновенным. И самообманом предпочитал не заниматься. Он даже понимал, что большинство охотниц на завидного жениха привлекает в нем именно то, что он способен насобирать по лесу меда. Мед штука не дешевая. А значит, по меркам сельских дев, бортник — чуть ли не олигарх.
Но все равно, все как-то слишком.
— Может, их действительно кто-то проклял, несмотря на то, что проклятья никто не нашел? — спросил у ежа Ваня.
Еж в ответ загадочно пофыркал.
— А еще вы откуда-то взялись. Как раз после моего сна. И те камни там не просто так стояли, — задумчиво сказал Ваня и прикрыл глаза. — И резали там, судя по всему, только девушек. А значит, вполне может оказаться, что одни девочки рождались именно потому, что кому-то надо было там кого-то резать. Логично же? И во что я вляпался? С другой стороны, если бы тот мужик был не один, то мои «невесты» стали бы пропадать, а
