Рядом со взлетно-посадочной полосой сновали люди, но их активность могла показаться беспорядочной только на первый взгляд, при более внимательном рассмотрении Джулии стало ясно, что людская армия действует слаженно, следуя четкому плану. За всем этим чувствовалась невидимая рука Роджера, хотя сам он был далеко.
Джулию ждал пикап, за рулем которого сидела Рори. Увидев знакомое лицо, Джулия воспрянула духом. Выезжая на разбитую дорогу, Рори возбуждено тараторила:
— Могло быть хуже, мы еще легко отделались. А теперь благодаря мистеру Хогану все под контролем.
В лагере медицинской экспедиции тоже кипела работа. Какой-то мужчина руководил погрузкой медикаментов и продовольствия. Люди действовали слаженно, почти по-военному. Джулия повернулась к Рори.
— Кто этот человек?
— Кого вы имеете в виду?
— Того, который всеми руководит. Видите, вон тот, в костюме защитного цвета…
Рори удивленно вскинула брови.
— Вы его не узнали? Это же Эндрю!
Показывая Рори, куда поставить машину, мужчина повернулся к ним лицом.
— Действительно Эндрю! — воскликнула Джулия.
Он подошел к пикапу и помог Джулии выйти.
— Рад тебя видеть, дорогая.
Эндрю сильно изменился, его некогда холеное лицо обветрело и загорело, вокруг глаз появились новые морщинки. Но он выглядел как человек, который наконец обрел свое место в жизни. К своему удивлению, Джулия не почувствовала ни малейшей неловкости, встречаясь со своим несостоявшимся женихом. Эндрю проводил Джулию в здание больницы. Там она встретила Тома, мальчик осваивал профессию медбрата на практике, работая наравне со взрослыми, и он был далеко не единственным добровольным помощником штатного персонала больницы.
— Я вижу, вы получили подкрепление, — заметила Джулия.
— Да, и волонтеров становится все больше. Я рассчитываю, что самые способные впоследствии останутся при больнице. Благодаря Роджеру мы можем готовить фельдшеров на месте, он очень много сделал для местных жителей.
— Да, я знаю, — тихо согласилась Джулия.
Она заметила и Инес Гарсиа. К ее немалому удивлению, Инес помахала ей рукой, улыбнулась без тени ехидства или враждебности и продолжила работу.
— Роджер прислал нам все, что нужно, — с удовлетворением сказал Эндрю, — скоро он сам к нам присоединится.
— Как, он прилетит сюда? — не смогла скрыть удивление Джулия.
— Да, следующим рейсом. Разве ты не знала?
— Я не знала, каким рейсом он вылетает.
Такой уклончивый ответ позволил Джулии умолчать о том, что она не имеет представления о дальнейших планах Роджера. Она поспешила сменить тему:
— Пострадавших много?
— Нам повезло, что лавина сошла днем, когда большинство жителей находились под открытым небом, а те немногие, кто был в домах, успели выскочить. Так что погибших нет, есть только раненые. Если бы дома накрыло ночью, страшно представить, сколько людей могли бы погибнуть. Раненых мы уже отправили в больницу имени Энтони Хогана. Главная проблема в том, что многие остались без крыши над головой, и мы должны срочно соорудить временные жилища.
— Понятно.
Джулия почувствовала, что Эндрю искренне переживает за пострадавших. По-видимому, работа помогла ему пережить неудачу в личной жизни. Он как-то странно посмотрел на нее и тихо сказал:
— Джулия, не знаю, как начать, но, думаю, я должен тебе сказать… В моей жизни появилась другая женщина. Надеюсь, ты не против?
— Против ли я? Конечно нет! Я рада за тебя, — искренне сказала Джулия. — Кто эта счастливица?
— Инес Гарсиа.
Все встало на свои места, Джулия поняла, и почему Инес не проявила к ней своей обычной враждебности, и почему в Эндрю появилась какая-то новая уверенность.
— Кто съездит на аэродром за Роджером? — Эндрю снова заговорил деловым тоном.
Джулия не долго раздумывала над ответом.
— Могу я.
— Ты?
— Ну да, а почему нет? У тебя здесь все под контролем, каждый человек на своем месте, полагаю, разумнее отправить за Роджером меня, чем отрывать от работы других.
Разумеется, Джулия не собиралась объяснять, что если Роджер привез с собой красотку с телевидения, то она предпочитает узнать об этом первой.
— Когда прилетает его самолет?
— Боюсь, тебе придется выехать прямо сейчас.
— Отлично, сейчас так сейчас.
Ведя машину по грунтовой дороге, Джулия предвкушала реакцию Роджера, когда он увидит ее у взлетно-посадочной полосы. Ей вспомнилось, как «гостеприимно» он встретил ее в этом самом месте несколько недель назад. Ну ничего, мстительно подумала Джулия, теперь твоя очередь побыть пассажиром. Однако к тому времени, когда грузовой самолет, на котором должен был прилететь Роджер, стал заходить на посадку, от бравады Джулии мало что осталось. Она ждала появления Роджера с замиранием сердца. К счастью, ждать пришлось недолго, Роджер спрыгнул на землю едва ли не раньше, чем самолет остановился.
Кажется, он один. На всякий случай Джулия выждала некоторое время. Но нет, ни телекамер, ни софитов, ни корреспондентов с микрофонами и фотоаппаратами. Словно почувствовав на себе ее взгляд, Роджер повернулся и посмотрел на Джулию. Их взгляды встретились, он быстро зашагал по пыльному летному полю, неотвратимо приближаясь к Джулии.
— Джулия!
— Роджер. Удивительно, что ты смог вырваться.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты же был занят, я не ожидала, что ты прилетишь один.
— Я не один. — Он показал на группу добровольцев, спускающихся по трапу. — Почему ты меня не дождалась?
— Не хотела терять время. Я думала, что Эндрю…
— Эндрю? — Роджер помрачнел. — При чем здесь Эндрю?
Не дожидаясь ответа Джулии, он подошел к пикапу и сел на пассажирское сиденье. Джулия сказала себе, что сейчас работа должна быть важнее личных переживаний. Она вернулась к машине и села за руль.
— Я отвезу тебя в лагерь и по дороге расскажу, что здесь происходит.
— Я уже знаю, я говорил с Эндрю по рации с борта самолета, он ввел меня в курс дела. Так что не трать время на разговоры, лучше поскорее доставь меня на место.
Давно Джулия не видела Роджера таким взвинченным. Она в сердцах захлопнула дверцу пикапа сильнее, чем было необходимо, но Роджер никак на это не отреагировал. Он с горечью думал, что недооценил Джулию, но, как бы то ни было, он не собирался становиться в очередь за Эндрю.
Джулия истолковала причину плохого настроения Роджера по-своему. Ему, вероятно, еще не доводилось оказываться в ситуации, когда женщина ушла от него сама, и это задело его гордость. В продолжение своих мыслей она сказала:
