– Зато бесплатно! – радостно подвела итог путешествия довольная Аня, поправляя вечернее платьице.
– Да уж, – согласился с ней Дмитрий, оглядывая платформу, на которой они оказались в гордом одиночестве.
– Здесь недалеко, через лес и поле, – успокоила его Аня, – нам сильно повезет, если там не пасется фермерское стадо. Быки обычно остро реагируют на конкурентов. Но я точно не знаю, сама пойду первый раз. Местные жители рассказывали, что от платформы до деревни рукой подать.
Одинцов сильно засомневался, что знакомые ему местные жители хоть однажды добирались до Копейки на электричке, после чего долго и мучительно добирались до своего дома пешком, но спорить не стал и пошел за девушкой.
Как только солнце зашло за горизонт, погода испортилась и стал накрапывать мелкий дождик. От сырости Аня натерла ноги и сняла туфли, ее примеру тут же последовал Одинцов. Он вспомнил свое босоногое детство и принялся убеждать Аню в полезности хождения босиком. Он предлагал ей забыть в принципе, что такое обувь, и начать новую жизнь. Аня не соглашалась, ссылаясь на нездоровую экологическую обстановку на дорогах и тротуарах, улыбалась и размахивала туфлями.
В Копейку странная босоногая парочка зашла под проливной дождь. Вымокшая до каждой нитки не своего платья Аня попрощалась у дома с кавалером, поцеловав его в мокрую щеку. Одинцов, до которого медленно начинало доходить, что сегодняшний день закончен, решился пригласить Аню на очередной совместный ужин. Та пообещала выполнить его просьбу и исчезла за калиткой.
Калерия Леонидовна Чебушевская с тревогой выглядывала на улицу в поисках Фараона, но то, что она увидела, повергло ее в такое изумление, что она подумала, будто сходит с ума. Мимо ее дома, напевая бравурный марш, прошел совершенно мокрый, босой и грязный Дмитрий Одинцов и, увидев ее в окне, радостно помахал рукой. Это повергло даму в размышления…
– Что случилось?! – Алиса, открывшая дверь, в ужасе отшатнулась от подруги.
– Ничего, – произнесла довольная Аня и побежала наверх переодеваться.
– Как это ничего, – бросилась за ней следом Алиса, – ты испортила мое вечернее платье! Явилась мокрая, грязная и утверждаешь, что ничего не случилось.
– У меня украли твою золотистую сумочку, ту самую, что ты одолжила мне на вечер, – выпалила Аня, решив, раз уж ей достанется, то пусть за все сразу.
– Мою сумочку?! Мое платье!
– Если тебе станет от этого легче, то узнай, что ее украли со всеми моими документами, – сказала Аня, осторожно снимая испорченный наряд. – Я возмещу тебе убыток.
– Это ты – мой убыток! – воскликнула Алиса, картинно взмахнув руками. – Отправилась ужинать с миллионером и явилась пешком, в безобразном виде, без документов и миллионера!
– Ошибаешься, – ответила Аня, натягивая на себя любимые джинсы, – мы пришли вместе. Мы оба были мокрые и грязные. К тому же, – она округлила глаза, зная, как это воспримет подруга, – мы оба шли босиком по дороге! – Алиса действительно обомлела и принялась ловить ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. – Его тоже обокрали! – добила ее Аня.
– Он теперь банкрот?! – выдавила Алиса.
– Можно сказать и так, – согласилась с ней Аня, – но я его покормила и довезла в целости и сохранности. Ему одному предстояло только отыскать свой дом в Копейке, но он совершенно трезв и, я думаю, уже это сделал.
– Накормила, обогрела, обобрала…
Алиса поняла, что делать ставку в погоне за миллионерами нельзя ни на одну из ее подруг. Придется выкручиваться самой. Жалко новенькое платьице, пожертвованное для солидного мероприятия, золотистую сумочку тоже жаль. Но больше всего жалко эту мокрую дурочку, которая радуется тому, что она довезла миллионера-банкрота до своей деревни. Слов порицания она говорить больше не станет, Свиридова все равно их не поймет. Мозги налоговой инспекторши устроены как-то иначе, чем у нормальной девушки, которой Алиса себя считала. А она даже не знала всей истории, которую ей пообещала рассказать Аня, отправившись в душ. Алиса завернулась в теплый плед, ее начинала пробирать нервная дрожь, и приготовилась выслушать рассказ подруги в самом подробном изложении. Она должна понять, чего со Свиридовой не так.
Одинцов прекрасно добрался до дома и после ванны заварил себе чашку крепкого горячего чая. На дворе стояла прохладная ночь, но ему было жарко от переполнявших его чувств. Он вспоминал свое недавнее приключение и смеялся над собственной незадачливостью и сомнениями. Простая девчонка сумела его накормить и довезти до дома, затратив на это минимум усилий. Конечно, сегодня он вдоволь находился пешком, но это такие мелочи по сравнению с тем, что он узнал и вспомнил. Аня словно вернула его назад в молодость, и он ощущал себя скинувшим десяток лет. Когда-то и он бегал от кондукторов, ел булочки с сосисками и проходил десятки километров.
– Пешком?! – Не поверил помощник, названивающий ему весь вечер. – На электричке?! Босиком?! – Его сознание слабо воспринимало действительность. – С той же девицей? – поинтересовался он и, получив утвердительный ответ, понял, что шеф влюбился. Других объяснений быть не могло. Помощник бросился к телефонной книжке и принялся искать номер знакомого психотерапевта, которого решил завтра же порекомендовать своему шефу.
Дмитрий чувствовал себя отлично, он пил горячий чай и обдумывал планы на завтрашний день. Он пойдет к Ане и пригласит ее на ужин, нет, это банально да к тому же уже было. Никакая она не голодающая из Поволжья, она коренная москвичка да к тому же налоговый инспектор. Он пойдет и пригласит ее завтра рано утром покататься на яхте, которую одолжит у приятеля. Тот давно уговаривает Одинцова совершить на ней путешествие, чтобы похвастаться дорогой покупкой. Нужно будет ему позвонить и договориться. Он пойдет и пригласит. Нельзя идти с пустыми руками, нужно будет купить цветы. Дмитрий посмотрел на часы: первый час ночи, машины нет. Решение пришло сразу. Он набрал номер помощника…
Возле штрафной стоянки остановилась дорогая иномарка. Дежурящий милиционер встал и вышел навстречу ночному гостю, не ожидая от него ничего хорошего и держа руку на кобуре с пистолетом. Гость не стал требовать назад свой конфискованный до выяснения обстоятельств автомобиль, а только попросил забрать из его салона забытую безделушку. Милиционер не поверил скромному требованию, но подойти к машине разрешил. Гость достал ключи, открыл автомобиль и выудил из его салона огромный букет роз. Поблагодарив офицера, он вместе с розами пошел к иномарке, сел в нее и уехал. Милиционер почесал голову и сильно задумался над бренностью бытия и странностью сознания иных владельцев дорогих иномарок.
