такая Марина, но очевидно, что была затронута запретная тема. Хотя… Может жена? Только сейчас до меня доходит, что Ариэль ни разу не сказал о том, что Эрик женат. Я точно знаю, что он был осведомлен об этом.
Чувства предательства, как тяжелый камень придавило грудную клетку. Всё, что я сейчас могла, это отстраненно наблюдать, как эти двоя выясняют отношения.
— Что такое? — издевательски протянул Ариэль, даже не пытаясь вырваться из рук Эрика. — Думаешь, только ты горазд на больное давить? Или все будут хранить твои секреты как паиньки? Не забывайся, — прошипел Ариэль и приблизился к лицу своего коллеги. — Это ты у нас тут должен держать отчёт за свои действия. Я перед всеми чист.
И стряхнул руки Эрика, словно его хватка для него была ничто. Меня поразило, как легко и эффектно Ариэль поставил на место Эрика. Изначально мне казалось, что именно первый тут слабое звено. Эрик постоянно его цеплял и хоть Ариэль и пытался ему ответить, обычно победителем всё равно выходил Эрик. А сейчас понимаю, что Ариэль по каким-то причинам сдерживался. А с Эриком расправиться мог легко в любой момент.
Поправив свою одежду, Ариэль повернулся ко мне.
— Пойдём?
Протянул руку. Сейчас мне очень хотелось просто последовать за ним. От чего-то ощущалось, что Ариэль моя единственная защита. Тело толкало прижаться к нему, найти в его объятиях покой. Теперь-то, я точно знала, каково это. Эти воспоминания и чувства жгли изнутри. Соблазняя меня, хотя прав на это у меня не было.
Я взглянула на Эрика. Он всё ещё стоял в прострации, пытаясь прийти в себя.
— Пока, Эрик, — попрощалась я с ним. Надеюсь навсегда. Не хочу быть втянутой в очередную измену. Чем дальше, тем меньше у меня веры, что есть счастливые пары. Всё больше склоняюсь к тому, чтобы жить одна. Может быть я просто идеалистка?.. Есть ведь те, кто прощают измены. Принимают возлюбленных обратно. Одна мысль об этом вызывала во мне рвотные позывы.
Я вложила руку в теплую ладонь Ариэля. Мы вошли в лобби отеля молча. Тем для разговора была уйма. Я даже не знала с какой стоит начать. Однако все они были серьёзными. Каждый вопрос поднимал бурю в душе. Царапал сердце. Это как доставать давно запрятанную коробку. Непрожитые чувства со временем становились лишь сильнее, вызывая взрыв, когда происходило даже легкое касание.
Я решила, что будет лучше поговорить прямо у меня в комнате. Майа опять ушла куда-то, а мне надо было сложить еду в холодильник. К тому же, я могла в любой момент выгнать Ариэля и это придавало мне спокойствия.
Он расположился на диване, пока я всё раскладывала. Закончив, налила чай для него и себя.
— Итак, — сев напротив него, сказала я. — Ты хотел поговорить?
— Да, — он ладонью прошёлся по лицу, словно пытаясь прийти в себя. — Да, хотел. Думаю, нам стоит всё обсудить.
— Согласна. Вряд ли у нас выйдет дружба или любые другие отношения, без разговора. Поэтому я задам этот вопрос, — я зажмурилась. Самый страшный вопрос. Хотя нет, страшнее был ответ. Это как прыгать в пропасть, не зная есть ли там дно и выживешь ли ты после этого. Однако я понимала, что если не сейчас, то никогда не решусь его задать. — Почему ты тогда бросил меня?
Ариэль вздрагивает от моего вопроса. Он отводит глаза. Я же решительно всматриваюсь в него. Хочу заметить каждую деталь. Пора узнать причину.
— Это будет длинный рассказ. Ты к этому готова?
Я кивнула.
— Хорошо… Всё началось в тот день.
Десять лет назад
Ариэль Морозов
Сильный дождь застилал глаза. Хотя я и доехал до дома на такси, всё равно успел промокнуть до нитки пока шёл до здания. Я тряхнул волосами, сбрасывая влагу. Погода в последнее время жёстко шалит. То солнечно, то, как сегодня, ливень.
Дома было тихо. Очевидно, что родители ещё не вернулись. Я прошлёпал на кухню. Живот скручивало от голода. Есть хотелось зверски. Пока доставал еду из холодильника и разогревал её, моё телефон вибрировал от сообщений. Я с интересом заглянул в него.
Малышка. Это она мне писала. Внутри всё скрутилось от предвкушения и радости. Давно я себя так не чувствовал. Ула не первая моя девушка. Однако я и долю не испытывал тех чувств к бывшим, что ощущал к ней.
Малышка с детства была моим солнцем. Всегда освещала мне путь. Дарила тепло. Мои отношения с родителями не были плохими, но до того, как мы переехали по ближе к Уле, хорошими их тоже было трудно назвать. Моя мать всегда хотела девочку. Это была её мечта. Все её друзья вокруг родили мальчиков, и она неистово желала именно девочку. Мой отец, сколько я его помню, всегда обожал свою жену. И поэтому его желание было исполнить мечту его возлюбленной. Поэтому, когда мама забеременела, они оба были в восторге и полны надежд. Даже решили не проверять пол малыша у врача. Настолько были уверены, что это будет девочка.
Когда я родился, все их мечты потерпели крах. Мальчик. По словам бабушки, мама впала в депрессию. Долгое время, она не могла даже взять меня на руки. Отец пытался помочь ей, как только мог. Даже если это значило забыть о своём ребёнке. В итоге, первое время меня воспитывали дедушка и бабушка. Одно из лучших времен в моём детстве. С ними я всегда чувствовал себя любимым. Однако мне всё равно хотелось видеть своих родителей. Получить от них любовь.
От бабушки с дедушкой меня забрали, когда мне было где-то десять лет. Отец просто приехал за мной, сказав, что забирает. Конечно, бабушка была разгневана. Они буквально бросили меня на долгие десять лет, а потом пришли забрать, словно ничего не случилось. Однако остановить отца бабушка и дедушка никак не могли. Да и сам я хотел жить с родителями. В школе постоянно слышал истории других детей про их семьи. Мне всегда казалось, что я неправильный, ведь живу не с родителями. Другие дети часто указывали на то, как странно, что меня воспитывали дедушка и бабушка.
Мама встретила меня холодно. Я даже не был уверен, что она испытывала ко мне какие-либо эмоции. Буквально через день, она красиво оделась и привела меня к своей подруге, Наташе Никицове. В тот день, я впервые встретил её — Урсулу. Ей было всего четыре года. Она была маленькой и ужасно застенчивой малышкой. Когда я обратил внимание на маму, то всё внутри меня упало. Помню этот момент, словно
