покраснела. И прикрикнула на своих мальчиков, чтобы они прекратили немедленно её углаживать, а то так и до греха не далеко…
Мальчики нехотя прибрали свои шаловливые ручонки. По их глазам было видно, что чем тискать приклады излучателей, они бы с гораздо большим удовольствием бы мяли бы прелести своей хозяйки…
— Не время сейчас, — вырвалось у меня, — отечество в опасности…
Тяжёлые створки, закрывавшие выход из нашего блока с шипением расползлись в стороны и перед моим взором предстал коридор, уходящий во тьму. Эти мерзавцы и свет выключили… Не иначе, экономят сволочи… Зачем?
Ну да ладно, это нам не сильно помешает.
Я перешагнул через комингс. Операция началась.
Первые несколько десятков метров мы прошли в полной тишине. Разве что грюканье наших бронированных сапог рождало в извилистой кишке корабельного коридора глухое эхо.
Но, приближаясь к очередному повороту, я получил от Бони картинку, свидетельствующую о том, что нас там поджидают…
На относительно просторной площадке, где пересекались несколько коридоров, была навалена огромная куча разнокалиберного металлического мусора.
Эта гора вторсырья, вероятно, была тут воздвигнута для того, чтобы максимально затруднить нам передвижение.
За этой преградой тревожно переговаривались люди Юргена. Напротив нас их собралось более десятка.
Но, если учесть, что из брони у них были только лёгкие ремонтные скафандры, предназначенные для непродолжительных выходов в открытый космос, особых проблем они доставить не должны были.
По идее, для того, чтобы с ними разделаться, хватило бы одной Лизы.
Но, прежде чем выпускать её вперёд, я решил лично проверить, насколько яростно собираются с нами биться эти смертники.
И, как только я высунулся из-за поворота, по мне отработал стационарный излучатель. И, стоит отметить, бодро так отработал, на все деньги.
Но моему ИМД это не повредило, так как энергия залпа была рассеяна моим защитным полем. А это значит, что Лизе ничего серьёзного угрожать не будет, так как её защита не хуже моей, это уж точно.
Втянувшись обратно за угол, киваю сестрёнке, что теперь её выход.
Она скроила на редкость серьёзную мордаху, поджала губёшки, и шагнула за угол, выходя на огневую позицию.
Я услышал шипение стационара, который отработал по появившейся в поле зрения бандитов Лизе.
А потом мы все услышали рев пламени. Пламя бесновалось пару минут, как мне показалось. Потом всё стихло.
Я тоже шагнул за угол и натолкнулся на сестру, которая смотрела на остатки баррикады, спёкшейся от её огненного колдунства в один огромный металлический ком.
На площадке не просматривалось никаких шевелений. Только из кучи обгорелого металла то тут то там поднимались струйки жирного дыма.
Значит с этими ребятами Лиза разделалась.
На всякий случай, я оставил её пока позади, перепоручив заботам Кирилла.
Кирилл, кстати, очень проникся Лизиными талантами и сейчас смотрел на неё с явным уважением, и, как мне показалось, даже с некоторой опаской.
Наверное, сейчас представляет, что может произойти с его роскошными усами, если ему не повезёт вызвать неудовольствие Елизаветы Петровны Антоновой, хе-хе…
Да, за сплавленным мусором валялось то, что осталось от защитников этого фортификационного сооружения. Тут же стоял печально опустивший оплавленный ствол остов излучателя.
Да, мы тут управились, причём, весьма быстро.
Но тут моё внимание привлёк Боня, который во время этого краткого сражения отслеживал всё, что творилось в окрестностях.
А творилось там следующее.
В направлении только что захваченной нами баррикады полз гусеничный ремонтный робот. И вместо манипулятора у него была грубо примонтирована плазменная пушка.
Похоже, кто-то у этих бандюганов имеет тягу к техническому творчеству, хе-хе… Вот и работал бы техником. Так нет же, потянуло на большую дорогу…
Кстати, робот-то приспособлен к работе в агрессивных средах, а потому так же лихо с ним разделаться, как и с этими бандитами, нам не удастся.
Но, есть варианты, есть…
Когда в одном из коридоров, выходящих на площадку по стенам забегали блики света, я шагнул в этот коридор, одновременно замахиваясь для броска.
Не присматриваясь, метнул свой нано-сюрикен в выезжающий из-за поворота механизм. Сюрикен влип в его обшивку, и почти сразу после этого в меня полетел косматый плазменный ком.
Я шмыгнул за угол, не желая испытывать судьбу. Поле отчуждения, это оно, конечно, хорошо, но зачем его перегружать, расходовать энергию, когда можно просто уклониться?
За поворотом послышался какой-то беспорядочный лязг, надсадный вой движка робота, скрежет гусениц по композитной поверхности пола.
Работают мои малютки, мои маленькие наниты…
Огромный робот в раскоряку застыл поперёк коридора. Все лампочки, светодиоды и прочие индикаторные огоньки погасли, и то, что совсем недавно было умной и опасной машиной, превратилось в неподвижную груду бесполезного металлолома…
Но, как выяснилось, этот робот был не более, чем попытка отвлечь нас от главного.
Дело в том, что пока мы возились с этим агрегатом, группа уголовников пробиралась по направлению к палубе, к которой стремились и мы.
Их замысел легко читался. Они рассчитывали успеть раньше нас к ангарам, где стояли спасательные боты.
И, если их попытка увенчается успехом, то мы будем заперты на этом проклятущем рудовозе. А это меня не устраивает совершенно.
Независимо от того, где мы вынырнем, мне хотелось бы сохранить возможность перемещаться в пространстве.
Там же, вроде как звезда типа G2 должна быть, а это значит, что и пригодные для жизни планеты могут оказаться. Не факт, конечно, но вероятность такая есть… И, может так случиться, что нам придётся срочно покидать это корыто, в кишках которого мы сейчас плутаем…
Ведь мы не знаем, что за гости к нам начнут стучаться, когда мы прибудем в точку назначения…
Значит, нам надо, кровь из носа, успеть раньше бандитов к ангарам.
Я дал команду членам нашей группы, и мы быстро втянулись в один из отнорков, который, как показал мне Боня, должен привести нас к ангарной палубе кратчайшим путём.
Глава 14
Юрген все
Минут двадцать, наверное, мы, сдавленно матерясь, протискивались по узким техническим тоннелям. Причём матерились все поголовно.
Даже Лиза, что с ней случалось достаточно редко.
Всё-таки она достаточно неплохо вжилась в образ наивной безобидной дурочки. Эдакого, знаете ли, оранжерейного цветочка, к жизни вне парника совершенно не приспособленного.
И делала она это по вполне понятной причине.
Дурочек охотнее берут замуж, ошибочно полагая, что так оно и есть на самом деле.
Тут мне, кстати, вспомнилась фраза кого-то из древних: «Это какой же надо быть умной, чтобы быть дурой».
Да, но сегодня у Лизы приключился срыв, и, грубо задвинув на задворки сознания наивно
