Келли с ужасом посмотрела на отца и вспомнила все те жуткие звуки, которые доносились из их спальни. Неужели маме нравилось! Эта совершенно неожиданная мысль захватила ее воображение. Может быть, поэтому мама отказалась от своей собственной жизни и принесла себя в жертву ради ночных удовольствий?
Келли ведь и сама поддалась поцелую Джейса. Трепетала, как последняя безвольная дурочка. Если они поженятся… может так случиться, что близость с мужем сделает ее абсолютно беспомощной…
– Папа, я не думаю… мне не хочется… Большой Джим обнял ее за плечи, притянул к себе и крепко прижал к своей груди.
– Я рад, что мы поговорили, Мышонок. Теперь ты видишь, что бояться нечего. Джейс будет тебе хорошим мужем. И чем, скорее, тем лучше.
Сердце ее упало. Папа уже все решил за нее. А у нее, как всегда, не хватит мужества ему перечить.
– Чтоб мне провалиться, Джейс! – Бет ложкой указала через стол на его голову. – Уже совсем и не видно, где этот бандит тебя поранил. Осталась всего только маленькая полоска на голове.
Келли нахмурилась. Хотела сделать Бет замечание, но вместо этого тяжело вздохнула. Какой смысл? Несколько часов занятий с Бет не могут исправить то, что сестра приобретает, проводя столько времени в магазине и слушая грубые речи посетителей. Если бы только в Дарк-Крике было побольше детей для того, чтобы открыть школу!
Джейс рассмеялся. Потер свой шрам.
– Похоже, на мне все быстро заживает, Принцесса. – Он потянулся к блюду и положил себе еще картофеля. – Все – таки миссис Экленд готовит отменно.
Он придвинул тарелку поближе и принялся за еду. Уидди поднял глаза на отца.
– Думаешь, они когда-нибудь поймают тех бандитов?
Большой Джим пожал плечами.
– Мистер Хэпуорт говорит, вряд ли. За это время они могли добраться даже до Калифорнии. – Он усмехнулся. – Не могу сказать, чтобы Ральфа Дрисколла это очень огорчало.
Джейс оторвался от еды и нахмурился.
– А он, какое отношение имеет к ограблению?
– Бандиты украли платежные ведомости и деньги компании «Юрека Майн» Управляющий сказал мне, чтобы заплатить рабочим, им пришлось взять ссуду в банке. А Дрисколл, поскольку он в нашем городе единственный банкир, заломил огромные проценты.
Джейс хмыкнул:
– Это на него похоже. Сукин… – Он запнулся, бросил взгляд на Келли и закончил нерешительно: – Проходимец.
– Можете не сдерживать себя в моем присутствии, Джейс.
Келли с горечью подумала о том, что он уже покончил со своим притворством. Теперь осталось только начать материться в ее присутствии.
Уидди воинственно вздернул подбородок.
– Если эти подонки когда-нибудь появятся в Дарк-Крике, я их пристрелю. Да я им голыми руками шею сверну!
Большой Джим хлопнул по столу.
– Уидди, как ты себя ведешь! Тебе скоро отправляться в Гарвард! Когда только ты научишься сдержанности и цивилизованному поведению! Вот, например, как Джейс.
На щеках Уидди выступили багровые пятна. Келли закусила губу. Мало того, что отец не обращает на парня никакого внимания. Но сравнивать его с управляющим, да еще ставить в пример, как будто он стал его любимым сыном…
Джейс тихонько засмеялся.
– Нет, Большой Джим. Я считаю, что вы можете гордиться Уидди. Он проявляет еще, какой характер. Я в его возрасте таким не был.
Келли в изумлении не сводила глаз с Джейса. Вот уж никак не ожидала, что он вступится за Уидди.
Поколебавшись, некоторое время, Большой Джим одобрительно кивнул.
– Пожалуй, ты прав, Джейс. Он крутой парень, даже круче, чем я ожидал.
От этих неожиданных комплиментов Уидди, казалось, вырос на целый дюйм. «Спасибо, папа, – мысленно проговорила Келли и нехотя добавила: – Спасибо, Джейс». Может быть, он и двуличный негодяй, однако иногда удивлял неожиданными проявлениями настоящей доброты.
Большой Джим отодвинул свою тарелку.
– Все, больше не могу съесть ни крошки. Вы прекрасно готовите, миссис Экленд.
Экономка начала убирать посуду. Взглянула на Джейса, потом на Большого Джима.
– А виски?
– Думаю, сегодня вечером мы возьмем его с собой в гостиную.
Бет соскользнула со стула, обежала вокруг стола к Джейсу и дернула его за рукав.
– Пойдем к роялю. Я хочу еще раз послушать песню, что ты пел на днях.
Келли насторожилась. Один Бог знает, какое влияние может оказать этот человек на сестренку.
– Что это за песня, Джейс?
Его взгляд был невинным, как у младенца.
– «Моя жена – самая мудрая женщина».
– Похоже на то, что обычно поют в кабаре.
– Ну-у, мисс Келли, вы же знаете, что я никогда не посещаю подобные заведения. Это самая веселая песня мистера Фостера. Мы пели ее во время войны, у костра, чтобы поднять дух. Единственное, можно сказать, утешение для солдат вдали от домашнего очага.
Большой Джим покачал головой.
– Сегодня вечером придется обойтись без песен. Уидди и Бет, вы можете идти. Я хочу поговорить с Келли и Джейсом.
Келли почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Уже сегодня? Так скоро! Значит, отец не придал никакого значения тому, о чем она пыталась поговорить на прошлой неделе.
Бет надула губы.
Джейс легонько дернул ее за нос.
– Завтра вечером споем, Принцесса.
– Обещаешь? – Сияющие восторгом глаза Бет с обожанием смотрели на него. – О, Джейс! Я хочу, чтобы ты остался с нами навсегда. Можно сделать это частью твоего обещания?
– Почему бы нет? А теперь беги. Делай, что говорит папа.
С тяжелым сердцем Келли прошла в гостиную. Глядя, как мужчины пьют виски, она впервые в жизни пожалела о том, что не может почерпнуть храбрости в вине.
Большой Джим откинулся на спинку кресла, сложил ладони рук вместе.
– Ну что, вы решились? Джейс, казалось, был испуган.
– Как, сэр, уже?
– Фу-ты ну-ты! Может, хватит? Ты здесь полтора месяца, сынок. Пора на что – то решаться. Я хочу оформить все бумаги. Половина магазина отойдет вам с Келли, как я и обещал в своем письме.
Келли посмотрела на Джейса и поняла, что он тоже ошеломлен неожиданной поспешностью отца.
– Но… п-п-папа… это так неожиданно…
– Да, черт возьми, сколько можно ждать! Тебе пора замуж. Я не могу ждать до бесконечности.
– Но… если я не готова…
– Фу-ты, черт возьми! Мы же для этого его и вызвали, разве не так? Если ты скажешь «нет», я не могу позволить ему остаться на зиму. Мне придется подыскивать кого-нибудь другого, и побыстрее, пока не начались снегопады. Так что решай, девочка.
Келли не могла заставить себя взглянуть на Джейса; казалось, будто стены комнаты надвигаются на нее. О Господи! Теперь ее охватил страх совсем другого рода. Что, если он ее не хочет?..
Джейс поставил стакан.
