— Меня или мои деньги? — спросила она, приподняв одну бровь.
— Это сказал ваш бандит?
— Нет, — честно призналась она. — Но разве неправда, что мой отец отправил вас в эту спасательную экспедицию в надежде, что я влюблюсь в вас? Ему очень хочется, чтобы я вышла замуж, осталась дома и рожала детей.
Он улыбнулся ей, дернув поводья, чтобы лошадь бежала быстрее.
— Это начиналось действительно так. Я дошел до той точки, когда был готов жениться на трехголовом страусе, лишь бы получить возможность обеспечить себе нормальную жизнь. Но правда заключается в том, Крис, что это стало значить для меня нечто большее. Вы самая смелая женщина, которую я когда-либо встречал. Вы самая… самая интересная женщина, которую я когда-либо встречал. Даже если мы проживем вместе девяносто лет, не думаю, что мне будет скучно с вами.
Она рассмеялась:
— Я думаю, что это один из самых замечательных комплиментов, которые я когда-либо получала.
— А теперь, когда этот самоуверенный бандит находится далеко отсюда, думаю, у меня появился шанс. Я никогда не пойму, почему вам, женщинам, нравятся подобные типы.
Крис смотрела на него, и он пожал плечами. «Неужели Тайнан всего лишь один из подобных типов? — подумала она. — Только это, и больше ничего?» Он казался таким удивительным, таким особенным. Может быть, она просто ослеплена его удивительной красотой? Ее сердце было готово выскочить из груди, когда она услышала позади себя на дороге стук копыт, но это был всего лишь какой-то ковбой. Она с облегчением откинулась на спинку сиденья и попыталась расслабиться, насколько это было возможно в тряской повозке.
Через два часа они добрались до дома Гамильтонов.
— Теперь не забывайте о том, что вы Диана Эскридж, кроткая, слабохарактерная женщина, а не известная Нола Даллас. Если вы выйдете из роли, мне придется сделать вам замечание.
Крис посмотрела на него широко раскрытыми глазами и начала что-то говорить, но из дома вышла полная женщина в переднике, и Крис опустила голову.
Она выбрала одежду, которую, по ее мнению, должна была носить Диана, — простые платья блеклых тонов из набивного ситца, без малейшей претензии на моду. Это была одежда женщины, которая позволяла своему мужу делать ее несчастной.
— Вы, должно быть, Эскриджи, — сказала широколицая женщина. — Мы давно ждем вас, уже начали беспокоиться. Заносите свой багаж, а я позову мистера Оуэна.
Она прошла в дом и стала подниматься по ступенькам.
— Кстати, меня зовут Юнити, — добавила она через плечо.
Крис прошла в дом. Они стояли в коридоре, справа от них была музыкальная комната, слева — гостиная, а дальше — столовая. Она подняла глаза и увидела, что по лестнице спускается мужчина. Он был высокорослый и широкоплечий, над его полными губами росли небольшие усы. Меньше всего на свете он был похож на злодея. Его улыбка была настолько приятной, что Крис захотелось сказать ему правду о том, кто они?
— Вы, должно быть, Диана, — сказал он. У него был низкий голос, который позволял человеку сразу же расслабиться. — Наконец-то мы встретились.
Она протянула ему руку.
— Да, наконец, — пробормотала она. — Позвольте представить моего мужа, Уитмена. Мы просто не знаем, как благодарить вас за то, что вы пригласили нас в ваш чудесный дом.
Он улыбнулся им обоим с неподдельной теплотой.
— Не думайте об этом. Я рад компании, а Юнити довольна тем, что ей будет о ком заботиться. А сейчас вы, должно быть, устали. Позвольте мне проводить вас в вашу комнату. Мы соберемся есть через час, а пока прошу меня извинить, у меня масса бумажной работы, которую необходимо сделать. Послезавтра ко мне приезжает покупатель с востока, и мне необходимо подготовиться к его приезду. Чувствуйте себя как дома. У нас есть сад, который вам должен понравиться. Вот мы и пришли. — Он открыл дверь в большую, просторную комнату с большой двуспальной кроватью, шкафом и небольшой скамеечкой в углу, который образовывался из-за того, что эта часть комнаты выходила в эркер. Крис с радостью заметила небольшую кушетку вдоль одной из стен. Эшер проследил за ее взглядом и подмигнул ей, заставив покраснеть.
— Это больше чем достаточно, — сказал Прескотт. — Большое спасибо.
— Если вам что-то понадобится, просто покричите. Мы живем без официальных условностей. Юнити обычно находится на кухне внизу, а меня можно найти наверху. У меня там есть бильярдные столы и хорошо укомплектованный бар. Самая большая роскошь в жизни, которую я себе позволяю. Увидимся в столовой в двенадцать тридцать. — Он закрыл за собой дверь и ушел.
Эшер сел на кровать и немного попрыгал на ней, чтобы проверить мягкость пружин.
— Мне бы не хотелось, чтобы она скрипела. Из-за этого распадается больше браков, чем из-за…
— Он ничего не сказал о Лайонеле, — сказала Крис, обрывая Эша. — Как вы думаете, он здесь? Может, он уже что-нибудь с ним сделал?
— Закопал среди розовых кустов? Оуэн не похож на человека, который способен причинить кому-нибудь зло. Я никогда раньше не видел человека, который бы так радушно встречал своих нищих родственников. Как насчет того, чтобы подремать перед обедом?
— Я искренне надеюсь, что вы не станете с такой настойчивостью обсуждать… интимные подробности жизни женатых пар. Думаю, мне лучше осмотреть тот сад, о котором упоминал Оуэн. Именно там может играть одиннадцатилетний мальчик.
Крис спустилась в кухню. Юнити там не было, но запахи, исходящие от готовящейся на плите еды, были восхитительными. Ей показалось, что прошли годы с тех пор, когда она ела нормальную пищу.
Сад, расположенный позади дома, был очень красив; в нем росли азалии и тюльпаны. Сад явно пользовался чьей-то очень большой любовью, и Крис подумала, что, скорее всего, это был Оуэн Гамильтон. Под большой елью стояла полукруглая каменная скамья, и она села на нее, прислонилась спиной к дереву и закрыла глаза. Как никогда раньше, ее охватила тоска по дому. У ее матери был точно такой же сад, но с тех пор, как она умерла, отец перестал заботиться о нем. Сейчас она видела, как сад зарастает сорняками. «Тебе следует остаться дома и самой следить за ним», — говорил ей отец.
— Тебе нельзя сидеть здесь. Это моя скамейка. Крис открыла глаза и увидела стоящего перед собой мальчика. Он был немного похож на Оуэна, но если лицо Оуэна отличалось приветливостью, то у мальчика оно было хмурым.
— Ты, должно быть, Лайонел, — сказала она, улыбаясь. — Я….
— Я знаю, кто вы. Вы — бедные родственники, которые приехали, чтобы выжить меня отсюда. А теперь вставайте и уходите.
Крис продолжала сидеть и смотреть на него. Лицо Лайонела стало покрываться краской.
