— Здесь зеленью никто драконов не заправляет, — хмыкнул Гор, — Здесь даже арбузик считается плебейской энергией.
— Вот даже как. Красиво жить не запретишь.
— Красиво здесь живут не все, — возразила Лула, — Иначе каждый, кто имеет хоть самый маленький объем верохранилища здесь жили.
— Понимаю. Классовое неравенство.
— Еще какое. С маленьким хранилищем максимум можешь рассчитывать на работу в сфере услуг. Но это подходит не всем. Если ты не повар, не стилист, не зодчий, повезет, если получишь работу уровня подай-принеси.
Гор свернул с оживленной трассы, пролетел над частным сектором с двух и даже трёхэтажными особняками и приземлился на живописном скальном выступе, с которого открывается потрясающий вид на далекий город богов.
— Странно, такое ощущение, что до ближайших зданий города богов здесь километров тридцать не меньше.
— Так и есть километров тридцать, — сказал Гор.
— Но этого не может быть, — выражаю недоумение, — Мы же с тобой облетели Олимп за один день. Если бы у Олимпа реально был такой диаметр, каким он видится отсюда, мы бы неделю его облетали.
— Не забывай, парень, — поучительно выдал Гор, — Здесь и там — разные измерения. Ты просто не заметил, как мы пересекли их границы.
— Да, действительно не заметил… ну, показывай. Где все происходило?
— Вот здесь, на этой поляне. Место уединенное. В самый раз для эксцентричных ритуалов Мэгры.
— И ей никто не пытался помешать?
— Здесь не принято лезть не в свое дело, парень, — сообщил дракон, — Да и нет тут никого. Рублевка заселена не так плотно, как город богов. Найти тихое место несложно.
Мы прогулялись по полянке, которую указал Гор, но ничего интересного не обнаружили. Ни малейших следов.
— Наверно, зря мы сюда прилетели. За пять тысяч лет тут и не могло ничего остаться. И Барб здесь вряд ли появится, хранилища у нее больше нет.
— Зато посмотрели на Рублевку… смотри, Марк, — Лула присела на корточки перед валуном, — Здесь что-то выцарапано.
Я тоже опустился рядом с Лулой и осмотрел камень.
— Если не ошибаюсь, здесь написано: «времени нет».
— Понимай, как хочешь, — хмыкнула Лула, — Но я бы сказала, что надпись свежая.
— То есть у Барб все-таки есть хранилище? Кто, кроме нее мог это написать?
— Не знаю, Марк. Запишем в загадки.
— Запишем. Ладно, летим обратно.
На обратном пути старина Гор походя подрезал какого-то зазевавшегося дракона премиум-класса. Реальный такой рептилоидный линкор. У него там наверно пространства столько, что можно открывать передвижной торговый центр.
Водила этого летающего мегамолла походу оскорбился, что его обогнал дряхлый ветеран, и припустил за нами следом.
— Вот что ему от нас надо? — расстроилась Лула, глядя в экран заднего вида.
— Взыграло ретивое, — делаю предположение, — Теперь пока нас ответно не подрежет, не успокоится… Гор, снизь уже скорость. Потешь самолюбие богатого дурачка. Глядишь, отстанет.
Но богатый дурачок не отстал. Обогнав Гора, он начал подавать сигналы, требуя, чтобы мы приземлились.
— Гор, садись. Богатому дурачку мало нас обогнать, он хочет высказать нам в лицо, кто мы такие перед ним, и как мы сильно попутали берега. Рублевка — она и на Олимпе Рублевка.
Гор приземлился. Рептилоидный мегамолл сел рядом. Из его необъятных недр вышел зверобог с бычьей рогатой головой, посаженной на толстую шею. Лично мне выходить из кабины не хочется. Я ограничился приоткрытием форточки. Пусть показывает крутость, стоя под форточкой.
— Скока лет твоему дракону? — спросил быко-бог с наездной интонацией.
— Год выпуска неизвестен, — отвечаю ровно.
— За сколько купил? — в той же беспардонной манере полюбопытствовал бык.
— Шесть пятьсот. Брал в кредит.
— Шесть с половиной миллионов? — прифигел быковатый быколлоид.
— Шесть с половиной тысяч кворков, — даю уточнение, ситуация начинает меня забавлять.
— Шестьсот пятьдесят тысяч? — переспросил водитель мегамолла.
— Даже не шестьдесят пять. Кабина у него маленькая. Шесть пятьсот! — настаиваю на своей версии.
— Сколько потом вложил? — требовательно спросил зверобог.
— Пятнадцать, девять и семь, — называю рыночную стоимость произведённых апгрейдов.
— Пятьсот девяносто семь… всего? — обрадовался быко-бог.
На этот раз я не стал его поправлять. Мне это надоело. Походу он с математикой не просто не дружит, а вообще находится в состоянии вооружённого конфликта.
— Одиннадцать процентов к силе и восемь процентов к скорости, — выдаю технико-тактическую характеристику в надежде, что теперь он уже отстанет.
— Эт-та, слышь… мне тоже надо, — сообщил зверобог, — Пятьсот девяносто девять и девять ваще норм цена, поставь мне тоже.
Прежде чем ответить, я прочистил горло. Этот недалекий пассажир готов заплатить шестьсот тысяч за услугу, которая стоит в двадцать раз дешевле. Ну грех отказываться, когда деньги сами в руки идут. Я ведь его обмануть не пытался. Его обманывает собственная платёжная культура. Для него сумма меньше ста тысяч кворков вообще не деньги.
— Сделаем, — обнадеживаю быко-бога, — Но то расценка в городе богов. Мне ж еще надо как-то сюда доставить сервисную бригаду.
— Ты сделай, — быкнул бык, — Заплачу.
Сговорились на шестьсот пятидесяти. Чесслово, теперь я понял, где надо устраивать сервисный центр. Взял адрес и пообещал «завтра прислать бригаду». Это я понтовался конечно. Какие тут бригады. Я единственный известный мне член профсоюза с верохранилищем. Как сказал бы в таком случае Людовик четырнадцатый, бригада — это я!
Довольный быко-бог улетел, а я решил слегка задержаться на Рублевке.
— Гор, где тут самый оживлённый перекресток?
— На выезде, — не задумываясь, ответил дракон.
— Не, это не совсем то. На выезде не наши клиенты. Наши клиенты те, которые с Рублевки не выезжают.
— Тогда слонцевская площадь. Там всякие рестораны и заведения для богатых.
— Ты хотел сказать сОлнцевская площадь?
— Как хотел, так и сказал, — тут же вскинулся едкий старик, — Площадь называется сЛонцевская.
— Я ж просто уточнил… ладно, давай смотаемся на слонцевскую.
Припарковаться на сей знаменитой площади нам не позволили. Рыльцем не вышли. Пришлось искать место парковки за два квартала и до площади идти пешком. Лулу необходимость пешей прогулки не испугала, решила сходить со мной.
Площадь действительно подавляет великолепием. Я бы сказал, это даже не площадь, а целый увеселительный парк. В центре площади возвышается золотая статуя бога Слонце. Во всем человекоподобный бог кроме хобота, заменяющего нос. Отчего издалека кажется, что это статуя человека в противогазе.
Я попытался выяснить, сколько здесь стоит аренда помещения… ну хотя бы маленького… ну хотя бы павильона… будки сапожника… ну и цены здесь. Аренда четырех квадратных метров под прилавок с зонтиком для торговли сомой на разлив стоит от десяти тысяч в сутки.
Немного подумав, арендовал «сидячее место» на обочине пешеходной дорожки, такое арендуют художники, музыканты, фотографы и экскурсоводы, завлекая прохожих творческими услугами.
За семь тысяч кворков в сутки мне позволили поставить маленький фанерный баннер. Сосед по обочине оказался художником, работающим в манере дружеского шаржа. За недорого он оформил рекламный текст и изобразил старого дракона, лихо обгоняющего новенький спорт-драг.
В тексте я попросил художника указать, что услуга апгрейда осуществляется с выездом к заказчику. Тому достаточно черкнуть Алесе пару строк в чате, и мобильная помощница быстро пришлёт специалистов по нужному адресу.
— Тогда давайте нарисуем и Алесю, — предложил художник, — Чтоб клиент имел представление, к кому обращается.
— А давайте.
Художник содрал с меня еще тысячу за Алесю, которую нарисовал совершенно непохоже, зато под вкусы целевой аудитории. Можно было найти художника в городе богов намного дешевле, но время, которого у нас нет, — это деньги, которые у нас есть. Сойдёт и так.
