не смог: она не подавала признаков жизни. И потом, она прямо на глазах стала менять цвет. Да! Она меняла цвет. Ее лицо и руки посерели. Эдгар пошел звонить по телефону, чтобы вызвать кого-нибудь. А потом говорит мне: «Открой ее сумочку – может, найдешь адрес, где она остановилась». Стараясь не глядеть на кушетку, где лежала эта бедняжка, я взяла ее сумочку. Представьте, как я была удивлена, да нет, ошеломлена, когда первым делом увидела в этой сумочке мои сто двадцать долларов, по-прежнему на скрепке. В жизни я не была так поражена.
– И так разочарована, – сказал Морган. – Не забывай об этом. И совершенно разочарована.
Майерс фыркнул.
– Будь вы настоящим писателем, как утверждаете, вы бы не смеялись, мистер Майерс, – сказал Морган, поднимаясь на ноги. – Вы бы не посмели хихикать! Вы бы попытались понять. Вы бы исследовали глубины души этого несчастного существа и постарались понять. Но вы не писатель, сэр!
Майерс смеялся.
Морган трахнул кулаком по журнальному столику, и чашки звякнули на своих подставках.
– Самый главный сюжет – здесь, в этом доме, в этой гостиной, и пора уже его изложить! Главный сюжет здесь, мистер Майерс, – сказал Морган.
Теперь он шагал взад-вперед по яркой оберточной бумаге: рулон развернулся, и блестящая полоса протянулась поперек ковра. Наконец Морган остановился и уперся злым взглядом в Майерса. Майерс содрогался от смеха, спрятав лицо в ладонях.
– Примите во внимание вот какую тему, мистер Майерс, – визжал Морган. – Примите во внимание! Некто, назовем его мистер Икс, находится в дружеских отношениях с… скажем, с мистером и миссис Игрек, а также с мистером и миссис Зет. Семья Игрек и семейство Зет, к сожалению, не знакомы друг с другом. Я говорю, к сожалению, потому что, если бы они знали друг друга, сюжет этот никогда не появился бы на свет. Просто потому, что не мог бы иметь места. Так вот, Икс узнает, что Игреки уезжают в Германию на целый год. Им нужно, чтобы кто-нибудь пожил в их доме, пока их не будет. Зеты, в свою очередь, ищут подходящее жилье, и мистер Икс сообщает им, что может им помочь. Однако прежде чем Икс успевает познакомить Игреков с Зетами, Игрекам приходится уехать. Иксу, как другу дома, поручается найти жильцов по своему усмотрению. Это могут быть и Игреки… То есть, я хочу сказать, Зеты. Ну вот. Мистер и миссис… Зет въезжают в дом и привозят с собой кошку. Об этом Игреки узнают уже потом, из письма мистера Икс. Вообразите себе: семейство Зет привозит в дом кошку, хотя в условиях четко сказано, что держать в доме кошек, собак и прочих животных запрещается, – у миссис Игрек астма! Настоящий сюжет, мистер Майерс, кроется именно в этой ситуации. Которую я только что описал. Семейство Зет, то есть, я хотел сказать, Игрек, въезжает в дом Зетов, вторгается в дом Зетов, если быть точным… Одно дело – спать в зетовской кровати, но совсем другое – отпирать зетовские бельевые шкафы, пользоваться их постельным бельем, варварски обращаться с их вещами – это, позвольте вам сказать, шло вразрез с духом и буквой договора о сдаче квартиры. И это самое семейство, эти Зеты вскрыли ящики с кухонными принадлежностями, презрев надпись «Не открывать!». И поразбивали посуду, хотя в договоре четко было обусловлено, что они не имеют права пользоваться личными вещами хозяев дома. Я повторяю, личными вещами семейства Зет! Личными!
Губы у Моргана побелели. Он снова шагал взад-вперед по сверкающей полосе оберточной бумаги, время от времени останавливаясь и бросая на Майерса злой взгляд. С губ его тогда слетали странные глухие звуки: пуфф-пуфф. Потом снова: пуфф-пуфф.
– И все наши вещички в ванной, милый, не забудь сказать про наши вещички в ванной, – напомнила миссис Морган. – Не говоря уже о том, что они пользовались нашими простынями и одеялами, то есть Зетов, я хотела сказать. Они еще влезли в туалетные шкафчики в ванной и переворошили личные вещи, которые хранились на чердаке! Где-то же должен быть предел!
– Вот вам главный сюжет, мистер Майерс, – сказал Морган и попытался набить трубку. Руки у него тряслись, и табак просыпался на пол. – Вот главный сюжет, который так и просится в рассказ!
– И здесь уж Толстой не понадобится. Любая бездарность сможет все это описать, – сказала миссис Морган.
– Здесь Толстой не понадобится, – эхом откликнулся ее муж.
Майерс смеялся. Они одновременно поднялись с кушетки – он и Пола – и двинулись к двери. Майерс сказал весело:
– Спокойной вам ночи.
Морган шел за Майерсом. Сказал из-за спины:
– Были б вы в самом деле писателем, вы бы об этом написали, и без обиняков. Без всяких там эвфемизмов.
Майерс смеялся. Взялся за ручку двери.
– И вот что еще, – сказал Морган, – я не собирался вытаскивать все это на свет божий, но вы так себя повели сегодня… Должен вам сообщить, что у меня пропал двойной альбом «Джаз и филармония». Пластинки эти очень для меня важны, с ними связаны некоторые воспоминания. Я приобрел их в пятьдесят пятом году. Я настаиваю, чтобы вы, прежде чем покинете наш дом, сообщили мне, что с ними произошло!
Миссис Морган помогала Поле надевать пальто.
– Вообще-то, Эдгар, – сказала она, – после того как ты проверил все пластинки, ты сам сказал, что не помнишь, когда видел этот двойник в последний раз.
– А теперь вспомнил, – возразил Морган. – Теперь я точно уверен, что видел эти пластинки незадолго до отъезда. И сейчас, в данный момент, я требую, чтобы этот, извините за выражение, писатель назвал точное местонахождение этого альбома. Вы меня слышите, мистер Майерс?
Но Майерс уже спустился с крыльца и, схватив за руку жену, бежал по заснеженной дорожке к машине. По пути они наткнулись на Баззи. Пес тявкнул в испуге и отпрыгнул в сторону.
– Я настаиваю на ответе! – кричал им вслед Морган. – Я жду, сэр!
Майерс втащил Полу в машину и завел мотор. Снова взглянул на пару, так и стоявшую на крыльце. Миссис Морган помахала им рукой, потом вошла в дом. Морган последовал за ней. Дверь закрылась.
Майерс выехал на дорогу.
– Они ненормальные, – сказала Пола.
Майерс погладил ее руку.
– Они просто страшные, – сказала Пола.
Он не отвечал. Голос жены, казалось, звучал где-то очень далеко. Майерс вел машину, и снежные хлопья летели ему навстречу, ударялись о ветровое стекло. Он молчал, внимательно следил за дорогой. Заканчивал новый рассказ.
Джерри, Молли и Сэм[24]
Ал видел только одно решение. От собаки надо избавиться так, чтобы не узнала Бетти и ребята. Сделать это надо ночью. Просто увезет Сьюзи… ну, куда-нибудь, потом решит куда… откроет дверь, вытолкнет собаку и уедет. Чем скорее, тем лучше. Решившись, он испытал облегчение. Любое действие лучше
