будет проще воздействовать на Лику, в случае если она передумает, захочет увести куда-нибудь или выкинет какой-нибудь очередной номер. Всегда верил ей безоговорочно, но после всего лучше перестраховаться. Нынешняя Лика не та же женщина, что была в моих воспоминаниях.
Морально вымотавшись, решаю ехать сразу домой, а не обратно в офис как и планировалось. Тем более, завтра утром подъедет доктор, с ним у нас договорённость — вместо моего нахождения в больнице, он сам приезжает раз в пару дней.
Злата игнорирует меня после того разговора, сидит закрывшись в своей комнате и не идёт на контакт. Мне искренне жаль, что так вышло, но между тем, чего я хочу и тем, что должен сделать — я выбрал первое.
— Здравствуй, — здороваюсь, проходя в дом. — Как себя чувствуешь?
— Явился? — фыркает и отворачивается. — У меня всё замечательно, кроме того, что любимый человек от меня отказался.
Вздыхаю, подходя ближе к дивану в гостиной и присаживаюсь на другой край от Златы. На второй раунд со второй Мироновой я сейчас не готов, остаётся только надеяться на конструктивный диалог.
— Я не отказывался от тебя, — говорю как можно мягче. — Мы отменили свадьбу, потому что поторопились с этим решением. От съёмной квартиры, которую я готов тебе оплачивать, ты отказалась, сама ведь продолжаешь жить здесь. Чего ты тогда хочешь от меня?
— Скажи мне честно, — поворачивается корпусом ко мне, игнорируя вопрос. — Это из-за неё?
— Да, — отвечаю уверенно. — Не хочу врать тебе.
Лицо бывшей невесты сереет, а губы поджимаются, сдерживая поток слёз. В этот момент я буквально чувствую себя настоящим чудовищем, подонком, что водит за нос бедного ангелочка. Злата подпрыгивает и в пару шагов оказывается возле домашнего бара, наливает себе из первой попавшейся бутылки и осушает залпом сморщившись. Достаёт второй бокал, наполнив, протягивает мне.
События последних дней и предстоящий разговор удавкой на шее маячат вокруг, поэтому я принимаю бокал и делаю глоток. В полнейшей тишине Злата наливает ещё по одной. Горький вкус приятно обжигает горло, расслабляя напряжённые мышцы.
— Как ты уже, наверное, догадалась, Ярослав — мой сын, — начинаю. — Я не намерен от него отказываться. Я хочу участвовать в его жизни и воспитании.
— Догадалась, — тоскливо подтверждает Злата. — Ты делал тест, уверен что он от тебя, а не от того, второго?
— Он похож на меня и я уверен, тест нужен только для юридической стороны вопроса, — отвечаю.
В доме снова воцаряется молчание, позволяя нам обоим перевести дыхание и осмыслить всю полученную информацию. Злата допивает и тянется за новой порцией. Понимаю, что заливать негатив не самая лучшая затея, это лишь отсрочка, ведь в реальной жизни ничего не исчезнет, но чувство вины не даёт её остановить.
Тяготящую тишину нарушает звук моего телефона. Извиняюсь перед Златой и выхожу из гостиной, чтобы ответить.
— Ну привет, дорогой, — здоровается мужской голос с неизвестного номера.
— Это кто? — спрашиваю напряжённо.
— Сергей Анатольевич Нестеров — собственной персоной, — насмешливо произносит он. — Пора бы нам уже поговорить начистоту
Глава 39
Алексей
— Сергей Анатольевич Нестеров — собственной персоной, — насмешливо произносит он. — Пора бы нам уже поговорить начистоту.
Зубы сводит от желания послать его куда подальше за такой тон, но осознавая ценность возможной информации о Степанове, я не сбрасываю. Если эти двое что-то не поделили, то вполне вероятно Нестеров захочет сдать товарища. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, как договорится.
— Говори, — произношу ровно. — Слушаю тебя очень внимательно.
— Нет, это не телефонный разговор, наверняка Большой Брат немножко подслушивает, — смеётся. — Давай лучше встретимся?
— Приезжай ко мне в офис в любой день до девяти, — предлагаю, зачем-то кивая.
Его тон больше поход на насмешку, будто держит меня за дурака, но, честное слово, им я и окажусь, если позволю гордости взять верх. Хочу спросить про Большого Брата, понимая кого он имеет ввиду, но мне не дают сказать слова.
— Хорошо, до встречи, дорогой, — прощается Нестеров и тут же кладёт трубку.
Несколько минут вдыхаю прохладный воздух, наслаждаясь ощущением охлаждения кожи. Лицо приятно пощипывает от летящего снега, успокаивая пульсацию в висках. Но впереди ещё продолжение разговора со Златой, так что приходится вернуться.
— Кто звонил? — прищурившись спрашивает Злата, осматривая мои покрасневшие руки. — Замёрз? На, согрейся…
Принимаю бокал из её рук и делаю глоток. В голове прокручиваю варианты скорой встречи — установить микрофоны для звукозаписи разговора? Может скрытые камеры?
— Не Анжелика, если ты об этом, — отвечаю садясь обратно. — Что ты думаешь обо всём этом?
— Что я могу думать? — отворачивается, пряча вселенскую печаль во взгляде. — Я не готова расставаться, пусть без свадьбы, но лишь бы сохранить всё. Не прогоняй, дай шанс мне. Что касается ребёнка, если он правда твой, то мне придётся смириться. Только надеюсь сама Анжелика не будет влиять на наши отношения, ты же знаешь как я ревную.
— Никто тебя прогонять не собирается, живи здесь или на квартире, как пожелаешь, но отношения мы заканчиваем в любом случае. Ни Лика, ни Ярослав никак не влияют на моё решение.
Какое-то время мы снова сидим в тишине, а потом я допиваю остатки напитка и встаю. Доктор явно не будет в восторге от такой самодеятельности, но этот разговор был нужен нам обоим.
— Я пойду спать, наверное, этот день был слишком долгим, — оповещаю бывшую невесту. — Ты тоже долго не засиживайся.
После разговора об окончании отношений Злата спит в отдельной комнате и сейчас это кажется наиболее лучшим вариантом.
Всего полторы порции, каких-то 70–80 грамм, но в голове уже умиротворяющий туман. Скопом навалившиеся трудности выжимают все соки, поэтому стоит мне лечь в кровать, как я тут же засыпаю.
Снова она. Продолжает преследовать меня во сне. Наша гостиная, кожаный диван, тусклый свет от бра. Анжелика стоит позади сидящего меня, массирует мои плечи, периодически наклоняясь, чтобы поцеловать в шею или за мочку уха. Запах тех самых духов проникает прямо до мозга, заставляя глупо улыбаться самой счастливой улыбкой. Знаю, что сон, ведь только так я могу позволить себе мечтать о ней.
Руками тянет назад и запрокидывает мою голову. Нежными ручками проходится по груди, даже сквозь рубашку даря тепло. Целует в щёку, подбородок, добираясь до губ. Сплетаемся языками, вытесняя всю нежность страстью. Расстёгиваю пуговицы рубашки, желая чувствовать её руки на голом теле, утопаю в бурлящей лаве.
Лика отрывается на секунду и грациозной кошкой обходит диван. Разворачивается спиной, намекая на застёжку платья. Медленно стаскиваю красную ткань, обнажая желанную фигурку, каждый новый открытый участок покрываю поцелуями.
В предыдущих снах
