в руках.
Я уже буду мертва к тому времени, когда за мной придет Палач… мое сердце останется с малышом. потому что ни одна мама по своей воле не отдаст то, ради чего она живет.
Может, так будет лучше и к Палачу выйдет лишь пустая телесная оболочка в раной в груди, где теперь будет пусто.
Я не вздрогнула, когда услышала осторожный шорох за окном, которое выходило на противоположную часть дома от той части, где расположился со своим костром, орешками и грибами Янтарь.
Умно, конечно! Так он не увидит Тайгу сразу, но ведь почувствует!
— Ты рано! — зашипела я на девушку. стоило ей только осторожно влезть в окно, словно это каким-то образом могло спасти наше глубоко конспиративное дело от вездесущего Янтаря и его золотых глазищ! И пары секунд не пройдет, как он по варварски вломиться внутрь, чтобы узреть своими собственными глазами, что его нюх не подводит, даже если мозг явно коротнет при виде нашей рыжеволосой парочки двух гребанных агентов 000, которые были не способны даже просто вынести ребенка из дома без лишних свидетелей!
Ей-богу в моей голове носились шальные мысли о том, хватит ли сил у Тайги, в которой было достаточно медвежьей крови, чтобы шарахнуть сковородкой Янтарю с такой силой, чтобы вырубить его хотя бы ненадолго!
Конечно же, я не хотела, чтобы он пострадал!
Но лучше пусть ходит с шишкой на голове, чем останется без головы совсем!
— Мы же договорились, что ты придешь перед рассветом!
Тайга как обычно была крайней немногословной и до безобразия спокойной, не потрудившись даже просто кивнуть мне, но отправляясь прямиком в спальню, где спал мой кроха.
Я даже руками всплеснула, двигаясь за ней и постоянно пытаясь заглянуть через плечо в ее глаза:
— Что теперь с Янтарем делать будем?! Он же вломиться сюда паровозом с минуты на минуту!…
В моменты, когда ты близок к истерике и лютому рукоприкладству. такая вот невозмутимость, как была у Тайги в эту секунду, выводят из себя лишь еще сильнее! Пока мне казалось, что у меня мозг пойдет трещинами и голова лопнет, выпуская струю пара до самых небес, эта девушка без особой торопливости аккуратно достала из гнезда Молчуна, ловко и явно со знанием дела завернув его в один из приготовленных пледов, оборачиваясь ко мне, чтобы кивнуть на одежду, разбросанную на полу:
— Оденься и выходи.
— И это всё, что ты хочешь мне сказать?!
Ей-богу я была готова перейти на визг, наблюдая, как Тайга просто кивнула в ответ. размеренно двинувшись к тому же окну, через которое вошла, бережно прижимая к себе Молчуна, и оборачиваясь лишь на долю секунды, чтобы прошептать, чуть улыбнувшись:
— И ничего не бойся.
Я была слишком сосредоточена на Тайге и своем бешенстве. И в этом была моя большая проблема!
Потому что тогда бы я почувствовала немного раньше, что теперь проблема не в Янтаре.
Вернее, не в нем одном!
— ТАЙГА! — прохрипела я так, что это было бы оглушительным криком, если бы только не нужно было привлекать лишнего внимания, — Ты же обещала помочь!
— Я помогаю.
Уже выпрыгнув через окно, девушка обернулась ко мне, прежде чем скрыться в лесу, еще раз кинув:
— Оденься, чтобы потом было не стыдно.
Стыдно?!
Вслед Тайге мысленно полетели как минимум с три десятка отборных ругательств, на какие я только была способна, почему-то кинувшись первым делом к одежде, проклиная девушку, которую едва знала и которой доверилась. Напрасно!
— ….Господи, хоть бы с Молчуном все было хорошо!
По крайней мере, утешало только то, что с малышом она обращалась ловко, но осторожно. Про остальное думать пока не получалось, когда я прыгала на одной ноге, натягивая на себя штаны, водолазку, и валенки, чтобы потом вывалиться на улицу.
Вернее не вывалиться сразу, а застыть на пороге, застучав зубами оттого, что меня в прямом смысле подкосило от переизбытка тестостерона, который теперь буквально окружал дом, словно невидимый кокон.
Было стойкое ощущение, что Тайга привела целую армию, судя по той бешеной беровской энергетике, которую я ощущала настолько остро, как еще никогда в своей жизни, когда казалось, что зашевелились даже волосы на затылке!
Думаю, именное такое состояние бывает перед тем, как тебе в макушку шарахнет молнией, потому что даже сам воздух вокруг стал каким-то вязким и тугим, заставляя дышать урывками, когда не спасал даже январский мороз.
Я так и жалась у сломанной двери, которая меня не спасет и явно не сделает невидимкой, пока не в силах собраться с духом, чтобы выйти на порог и своими глазами узреть всю суть происходящего, когда услышала голос Янтаря:
— …Э…Пап? Вы чего тут?…
Ну по крайней мере, судя по голосу варвара, в глубоком удивлении была не я одна!
Хотя бы это отчасти успокаивало, даже если захотелось спрятаться под полом, когда меня пронзило новое осознание…. ПАП?!
Там был отец Янтаря?!
На секунду мир просто помутнел перед глазами и стало плохо настолько, что даже резко затошнило. когда я подпрыгнула истерично и дергано, услышав новый голос такой басистый и раскатистый, что даже голос Янтаря как-то мерк и казался не таким уж и громким:
— Свататься пришли епт!
— Чего?!
— Прикуси блинорезку!
Ей-богу, я бы поперхнулась сейчас от смеха, если бы не было так страшно и жутко опозориться перед отцом Янтаря, когда уже очень скоро мне нужно было как-то сбежать…
Вот уж спасибо от всей души, Тайга, мать твою! За ногу! Об косяк! Раза три!!! Как минимум!!!
Мало было того, что мне нужно было как-то сбагрить самого Янтаря, так ты еще и отца его привела, чтобы жизнь сказкой не казалась!
— Ну и где твоя заноза?
— Зазноба, пап!
— Один хрен!
Нелепо потоптавшись на месте. я все таки сделала последние пол шага к двери, чтобы осторожно выглянуть в приоткрытую щель, стараясь не показывать. не дышать и не двигаться больше, когда сразу встретилась с глазами.
Необычными, странными, настолько светло-серыми, что они казались практически прозрачными, словно лед.
Глазами, которые тут же взяли меня в суровый плен. заставив замереть по стойке смирно и увидеть теперь и суровое мужское лицо с белоснежной аккуратной бородой и такими же белоснежными волосами, зачесанными назад.
— Иди-ка сюда.
Я тяжело сглотнула, не смея даже моргнуть и видя теперь с подступающим ужасом, что мужчина был настолько огромный и широкий, что ему пришлось склониться вперед, поманив указательным пальцем, чтобы быть наравне с моим лицом.
Я вышла, словно нашкодившая школьница первого класса, которая устроила канализационный потоп в кабинете
