Скажу ей, что ты приступила к работе, и я согласен, что тебе следует это делать.
– Я ценю твою поддержку. – Откидываясь на спинку кресла, я закидываю ногу на ногу. Сегодня на мне темно-фиолетовое платье с открытыми плечами, длинными рукавами и плиссированной юбкой. Единственная обувь, которая к нему подошла – это бежевые туфли с заклепками из коллекции Rockstud, но из-за высоких каблуков мне неудобно. Меня больше не волнует, смогу ли я быть такой же высокой, как Лили. Я просто хочу обувь, в которой мне не будет страшно стоять. Подумав о жене Кейна, я спрашиваю:
– Как Лили?
– Хорошо. – Он печально улыбается. – Это если коротко. С каждым днем становится немного легче. Спокойнее. Мне очень повезло, что у меня появился второй шанс.
– Да, действительно повезло. – Я тоже хочу второй шанс. Надеюсь, я его получу.
– Послушай, Эми… я должен извиниться перед тобой. – Он резко выдыхает, и кажется, что вся его уверенность улетучивается. Он ни в коей мере не стал слабее, но неожиданно кажется уязвимым.
Я смотрю на него, не в силах найти слов. Кейн вроде бы выглядит совершенно спокойным, но я замечаю, как он сжимает подлокотники с такой силой, что костяшки пальцев белеют. С трудом сглатываю, чувствуя, что в горле пересохло. Я хочу что-то сказать, чтобы заполнить повисшее молчание, но мозг отказывается подчиняться.
– Я понимаю, что все уже далеко в прошлом, – продолжает он, – и, возможно, было бы даже лучше ничего не говорить сейчас, но ты заслуживаешь узнать, что я сожалею о том, каким был, когда мы впервые встретились, и о своем поведении последние несколько лет.
Нет никаких сомнений, что его слова искренние, и я не могу не ответить.
– Что ж… я признательна.
Он удерживает мой взгляд своими бездонными темными глазами.
– Мое несчастье не оправдывает того, что я вел себя как мудак. Ты была милой, когда я этого не заслуживал. Спасибо тебе.
У меня перехватывает дыхание. На мгновение задумываюсь, не сплю ли я. Разве я не представляла этот сценарий миллион раз? Мысленно я надевала десятки разных нарядов и находилась в десятках других комнат, когда слышала это извинение от Кейна. И во время этих воображаемых встреч меня переполняло чувство триумфа, когда я показывала ему на своем телефоне альбом с фотографиями всех женщин, с которыми он трахался. «Посмотри, какой ты больной!» – говорила я ему, смеясь.
Черт возьми, что со мной было не так, раз я могла думать о таких вещах? Как будто что-то нездоровое завладело моими мыслями.
Я взволнованно вскакиваю на ноги и отворачиваюсь от него, желая скрыть свой стыд. Я встаю у окна и смотрю на вереницы черных лимузинов и грязно-желтых такси на городских улицах. На тротуарах толпы людей спешат по своим делам.
Почему-то я перестала куда-либо ходить.
– Кейн, не благодари меня, – наконец произношу я хриплым от непролитых слез голосом. Возможно, мне было легче обвинять его, чем разбираться в себе и своих неудачах. – Я не всегда была настроена милосердно.
Он издает смешок.
– Нет, я так не думал.
– Но я ценю твои извинения. – Повернувшись к нему лицом, я тяжело вздыхаю. С души словно свалился камень, которого там вообще не должно было быть. – Сначала я была сбита с толку, но поняла, когда увидела фотографию Лили и услышала ее историю. А теперь все уже в прошлом.
Он сверкает белоснежной улыбкой, в которой сквозит облегчение. Впервые с тех пор, как мы познакомились, я чувствую свою значимость и понимаю, как было бы ужасно, если бы он смотрел на меня как на женщину, а не как на жену своего брата. Мне достаточно Рамина, и это ужасно, жутко и безумно. Как я могла так долго этого хотеть? Почему я так зациклилась на той единственной ночи с Кейном, когда Дариус удовлетворяет все мои потребности?
Кейн встает, и нас разделяет только мой маленький рабочий стол.
– Хочу еще раз поблагодарить тебя за то, что ты была так внимательна к Лили. Для нее это много значит, я знаю, и для меня тоже.
Я складываю руки на груди и медленно киваю, вспоминая, что побудило меня обратиться к ней. Уж точно не великодушие. Иронично, что, хотя я так зациклилась на том, чтобы выглядеть как Лили, у нас с ней гораздо больше общего, чем просто внешность. Я нутром чувствую, что это так: как будто я только что очнулась и реальность совсем не такая, какой я ее помню. Из всех, кого я знаю, она, возможно, единственная, кто может понять, что я чувствую, и наоборот.
– Я с нетерпением жду встречи с ней на ужине на следующей неделе, – говорю ему. – Может, мы что-нибудь запланируем. День в спа-салоне или что-то в этом роде.
– Да, ужин. Будет весело. – Он смеется, и я удивляюсь ему. Он действительно совершенно другой человек.
Это доказывает, что среди Армандов можно быть счастливой. Возможно. С тех пор как Лили вернулась, у нас не было семейных встреч, а до этого последней совместной встречей была моя свадьба. Тогда я была слишком глупа, чтобы заметить острое, как колючая проволока, напряжение среди членов семьи, и слишком зациклена на Лили.
Теперь я буду следить за всеми. И учиться.
17
Алия
Я стою у стола своей помощницы и тут замечаю, как Кейн выходит из кабинета Эми. Какое-то время я просто смотрю, отмечая, что ее дверь была закрыта и что Кейн выглядит по-другому. Руки в карманах, настроение приподнятое, и он что-то насвистывает. Я быстро моргаю, чтобы прогнать образ своего старшего ребенка, каким он был в юности, но безуспешно.
Он сменил стрижку, оставив волосы более длинными, как раньше. И он расслаблен.
Что, черт возьми, он обсуждал с Эми? Тем более за закрытой дверью. Ничего хорошего, это точно. В течение многих лет эти двое избегали даже смотреть друг на друга.
Кейн ловит мой взгляд и уверенно разворачивается в мою сторону.
Я выпрямляюсь и, собравшись с мыслями, выдавливаю из себя улыбку.
– Доброе утро.
– Пока еще доброе, – беззаботно отвечает он и очаровательно улыбается, отчего в глазах моей помощницы будто появляются маленькие сердечки.
Я тоже не могу устоять перед этой улыбкой. Его отец искусно пользовался своим обаянием, что помогло ему создать первую версию «Бахаран-фарма» и заманить меня в брак. На протяжении многих лет очарование Кейна было скрыто от посторонних глаз, и хотя в глубине души я рада, что оно вернулось, у меня есть и другие соображения, что стало
