горшочек со щами.
— Простите, господин Бестужев. Я всё уберу. Щи за наш…
Далее парень просто заткнулся, потому что вспомнил, что здесь всё бесплатно. Ну а я понял, что официант перешёл к нам из дорогого ресторана… и перешёл недавно, раз на рефлексе хотел сказать, что «щи за наш счёт».
Однако какие бы слова не сказал парнишка, это не отменяло того факта, что в окне с два десятка крылатых тварей, жаждущих убить меня и всех тех, кто рядом со мной.
Похоже, обед будет демонически-агрессивным.
Я сжал кулаки и прошептал себе под нос:
— Высший Аспект, если ты меня слышишь, активируй в новом теле защитную оболочку прежнего меня для борьбы с Бесами.
И вот здесь я был приятно удивлён первым сдвигам.
— Ну всё, твари, держитесь!
Глава 11
Билл тем временем подошёл к окну и выставил средний палец.
— Ты что делаешь?! — гаркнул я. — Это не лабораторные Демоны, а настоящие.
— Да, я знаю, — спокойно ответил граф Башомон. — Но я начинаю чувствовать, что мне нужно встать именно здесь.
Я совершил скачок к Биллу, чтобы поставить перед ним невидимую стену. Сам же в таковой не нуждался, так как почувствовал по всему телу те самые приятные защитные импульсы от Высшего Аспекта. Значит, не всё потеряно, и вскоре я смогу выйти в медитацию, которая поможет понять, зачем неизвестный аристо алмазного легиона из клана «Распутиных» хочет со мной встретиться, но сам предпочитает пока что не делать первые шаги. Этот маг явно ждёт от меня каких-то конкретных действий, с которыми мне поможет разобраться лишь правильная медитация.
А пока что меня ждут Рогатые.
Трое из демонических крылатых тварей влетели в панорамное окно, где стоял Билл и показывал им средний палец. Да, парень не видел, кому он его показывает, но он интуитивно знал, где Бесы попытаются пробить окно. А ещё знал, что Демоны не смогут пробить его с первой попытки.
Я, если честно, удивился, что такое «хрупкое» окно выдержало удар сразу трёх Рогатых.
— Тут защита на стенах и на окнах, — сказал граф Башомон. — Я знал, что раз никого не вижу, а ты вопишь, то Бесы рядом.
— Я не вопил, — сразу же исправил графа. Уж что-что, но это слово со мной никак не вяжется.
— И да, я знал, что окна выдержат, — продолжил Билл, игнорируя мою поправку. — А вот сейчас мне нужно валить. — И мой друг отбежал к официанту, не стесняясь вооружиться двумя серебряными вилками.
Раз парень отвалил, то следующие удары в одну и ту же точку станут критичными для центрального панорамного окна.
Что же, так и было.
Первый Демон влетел в кухню-столовую через пробитую дыру. Окно всё ещё сдерживало натиск, поэтому твари решили не рисковать собою, а просто лезть через дыру. Бесы и без того потеряли четыре сородича, пока пробивались в столовку.
Граф Башомон напрыгнул на одного из Демонов и пробил ему голову двумя серебряными вилками. На удивление, тварь начала выть, рокотать, а потом и вовсе биться об стену своей тупой головой, пытаясь вырвать вилки.
— Столовое серебро, — подметил Билл. — Бесы его не любят. Вообще, любая нечисть ненавидит этот металл.
Официант, который «обмазался» серебряными подносами, сказал:
— А у нас тут вилки и подносы из серебра, честное слово.
— Я вижу, — ответил граф Башомон и даже заржал. Ему почему-то было смешно. Видимо, из-за того, что он понял, что не видит Рогатых, но при этом его слова имели и другое значение. А так как он сам понял данное значение, то обрадовался, что стал ещё немного лучше разбираться в этом сложном языке.
— Как ты понял, что Бес именно здесь? — указал я на точку, где недавно находилась голова Рогатого, в которую Билл вогнал две серебряные вилки.
— Повезло, — снова заржал граф Башомон, вспоминая, как рассказывал мне, что он самый невезучий человек в рулетке.
Тут в столовую забежала раскрасневшаяся Жаклин, которая, видимо, услышала звуки кровавой бойни, но не решалась сразу же заходить. И всё же любовь к хозяину взяла верх.
— Господин, я…
Граф Башомон резко обернулся и крикнул:
— Жакуся, нахрен вали отсюда, иначе убьёт!
Блондиночка сразу же закрыла рот на полуслове и выбежала из кухни-столовой, громко захлопнув дверь. Но не от злости, а от испуга и непонимания, что здесь происходит.
Ну конечно девушка не понимала. Она же не видела Бесов. А если бы и увидела очертания рогатых тварей, например, благодаря дождю или какому-то распылителю, то всё равно так быстро не сообразила бы. Слишком огромный пинг в мозге.
Я тем временем разбил тупую гнилую голову ещё одного Беса. И кстати, тот первый Демон, с двумя вилками в башке, только сейчас взорвался. Похоже, серебро его дезориентирует. Потом крылатая тварь начинает биться головой об стену и подыхает.
Осмелевший парнишка-официант тоже решил принять участие в драке и с двумя подносами побежал к разбитому участку панорамного окна. Правда, к этому времени уже трое Демонов ворвались внутрь. Пришлось драться на кулаках. Я хотел проверить, насколько хватит моей защитной оболочки, которая теперь обжигала тварей в любой части моего тела.
Она работала как мои напитанные кулаки, только по всему телу. А ещё защищала, словно это невидимая стена, которая приняла мой телесный облик, то бишь обволокла всё моё тело. И вот с таким «магическим вооружением» я беспощадно мочил рогатую вражину.
Признаюсь, и ноги, и руки, и даже голова обжигали Демонов. За счёт оболочки я не чувствовал боли при сильных ударах. И всё бы ничего, да только тварей стало больше.
За три минуты нам удалось убить больше десяти Рогатых. И это не считая тех тварей, которые совершили демонический суицид о магический щит на панорамном окне.
Так вот, защита на центральном окне была полностью снята, поэтому другие Бесы выбили окно целиком и уже всей бандой ворвались в столовую.
— Да твою-то мать! — гаркнул я. Не зная, как зовут официанта, крикнул: — Макс, вали к повару и сиди тихо!
Парень бросил в стену два серебряных подноса, думая, что там Бесы, и громко ответил:
— Я не Макс.
Однако официант сразу же побежал в сторону кухни, где, скорее всего, прятался повар, который готовил нам холодец, щи и другие блюда.
Граф Башомон работал как рыба в воде, или как вода среди камней. Даже если бы человек мог увидеть Бесов, то среди кучи тварей невозможно двигаться так, как двигался Билл. Он реально знал абсолютно всё, что будет. Со стороны, для обычного человека, это выглядело
