странной болезнью, может, это она дала такие осложнения. — Возразила я.
— Болезнь только усугубила и ускорила этот процесс.
— Я думала, что волшебные существа не болеют.
— Все болеют. — Скромно вздохнул Сакатов.
— Дождь накрапывает. — Сказал Илья, и мы увидели первые мелкие капли на ветровом стекле.
Дорога повернула резко направо, и мы поехали вдоль высоковольтной линии. Трава под ней была высокая, было полно молодой поросли берёз. Пригорок впереди был малиновым от цветущего Иван-чая. Мы ещё раз повернули и выехали на еле заметную грунтовую дорогу, которая пересекала вырубку под высоковольтными вышками. Потом заехали в лес, тоже еловый, как и в том месте, где мы нашли запретный город. В лесу до машины уже не долетали капли небольшого дождя, но мы быстро подняли стёкла, о которые тут же стали хлестать тяжёлые лапы елей.
Рено совсем сбросил скорость, ехал медленно, словно пешком шёл. Проехав с километр, машина съехала с дороги и стал между двух сосен. Мы остановились прямо за ними. Я сразу же вышла из машины, за мной Сакатов. Из Рено никто не вышел. Евгений Романович что-то говорил, повернувшись к женщине на заднем сиденье. Потом он вышел, открыл заднюю дверь, и протянул руку женщине. К нам вышла молодая миниатюрная брюнетка в тёмных очках. Она сняла очки, глаза у неё были карие. Лиэн улыбнулась нам и заговорила, с небольшим акцентом, приятно растягивая слова:
— Добрый день, меня зовут Лиэн. Я вам очень благодарна за помощь. Вы Ольга? — Спросила она меня и протянула руку, я её пожала, потом она повернулась к Сакатову и Илье — А вы Алексей Александрович и Илья. — Она попеременно пожала руки обоим — Я уже заочно вас всех знаю. Моего помощника, Евгения Романовича, вы уже видели, а это Вика, его сестра. — Она тихонько постучала по стеклу, и к нам вышла Вика — Вика у нас самый главный боевой товарищ. Наша охрана, наш оракул, и чтобы вам было понятно, она — настоящая колдунья. Пока она рядом, нам не стоит беспокоиться ни о каких неожиданностях со стороны Канхэ. Канхэ вы видели на заправке. Вика уже встречалась с ней один раз, когда надела на её прислужницу Дибулу ошейник. И Канхэ уже знает, что Вика ей не по зубам. И Дибула больше не сможет пользоваться своими тёмными силами. Вот такая у нас Вика. Ну вот, торжественная часть закончилась. — Лиэн снова повернулась ко мне — Ольга, не сочтите за труд, расскажите, пожалуйста, всё, что Вам сказала Навана. И про город тоже. И про книгу.
Я как можно подробнее, стараясь не упустить ничего, начала по порядку рассказывать о своих приключениях в городе, как книга меня привела к нагам, как я увидела шествие великих Нагов, как вернулась и попыталась обратить на себя внимание женщины-нага, и весь наш разговор с Наваной. Лиэн слушала меня очень внимательно, ни разу не перебив. В конце я не выдержала и задала вопрос, который у меня возник сразу же, как только Лиэн с нами заговорила:
— Лиэн, мы уже немного знаем про потомков великих Нагов. Но… — Я замялась.
— У меня нет явных признаков потомка нагов? Да, это так. Но я наг. И потом, у нас есть Канхэ, у которой все эти признаки налицо.
— Канхэ? Но её же воспитали демоны!
— Да, будет не просто. Но ведь правильно сказала Навана, мы никогда не должны сдаваться. И идти до конца. И верить в мудрость древних великих Нагов. В Канхэ течёт кровь нашего великого предка Васуки, и чтобы там демоны не вложили в её голову, есть то, что никогда у нас не отнять. Мы всегда останемся истинными Нагами. И Канхэ должна это вспомнить.
— Но ведь у вас будет только один шанс, чтобы убедиться в том, что Канхэ вспомнит, что она истинный Наг! — Воскликнул Сакатов — Столько веков её ветвь жила среди демонов, они наполняли её злобой, которая должна подчинить или сокрушить остатки нагов!
— Да, определённый риск есть. Но есть одна история, которая даёт нам пусть маленькую, но надежду. Когда демоны поняли, что на земле есть ещё один потомок из истинных, сам Тибилис поклялся найти и убить его. Тибилис — это демон, который держит великого Нага Васуки в сети серого забвения. В ту пору потомку Литы было всего одиннадцать лет, её звали Хитта, и её хранитель был убит. Но он успел её отправить под охраной своего сына в далёкую деревушку. Новый её хранитель тоже ещё был молод и не опытен. Тибилис принял облик человека и пошёл за ними по следу. Хитта и её новый хранитель пробирались тайными тропами, через горные ущелья, где легче было спрятаться. Но расстояние между Хиттой и Тибилисом с каждым часом всё сокращалось. Хитта с хранителем поднимались по узкой горной дороге, чтобы дойти до пещеры, где их уже ждали. С одной стороны от них была отвесная скала, а с другой стороны пропасть. Жестокий камнепад обрушил Тибилис на Хитту и правителя, когда они уже почти дошли до пещеры, и только чудом они остались живы. Они стояли перед огромным валуном, который перегородил им такую узкую и ненадёжную тропу. У них было два пути — или идти обратно, и попасть прямо в лапы Тибилису, или столкнуть камень в пропасть, освободив себе дорогу. Но сил Хитты и правителя было недостаточно, и камень оставался на месте, как они только не пытались его сдвинуть. Хранитель сказал Хитте, что он попробует перебраться через камень, и если у него получится, он поднимет её. Он осторожно начал забираться на камень, но та сторона, которая была повёрнута к ним, была срезана, словно ножом, никаких выступов на ней не было, а чтобы схватиться за острое ребро сверху, не хватало его роста. Хитта была храброй девочкой, и она настояла на том, чтобы он привязал к её талии верёвку, поднял её и помог ей уцепиться за верхний срез. Она оказалась на острой вершине этого камня. Но с противоположной стороны камень был так сколот, что висел над пропастью, и тропы не было видно. Тибилис был уже совсем близко, Хитта это чувствовала, и она стала спускаться, стараясь не глядеть вниз, где совсем не видно было землю под плотными облаками. И вот, когда она доползла до края камня, верёвка дёрнулась, и Хитта увидела, что камень своей острой гранью почти перерезал верёвку. Медлить больше было нельзя, она собралась отпуститься от камня, чтобы спрыгнуть на выступ, и в этот момент верёвка
